Ежедневная областная общественно-политическая газета

Войти на сайт

Сегодня 19 Октября 2020

Раз картошка, два картошка…

29 Авг 2012 20:19 / Общество

О Семилетней войне 1756–1763 годов, в которой участвовала Россия, сегодня мало кто знает. Между тем именно на этой войне Андрей Тимофеевич Болотов (1738, д. Дворяниново Алексинского уезда Тульской губернии – 1833, там же) познакомился с картофелем. С легкой руки первого отечественного агронома, переделавшего немецкое название (Kartoffel) на привычный славянскому уху лад, он прижился в России под нынешним именем.

Вообще-то в те времена картофель не был для россиян такой уж новинкой. Считается, что сначала мешок «черных яблок» (картошку называли и так) в конце XVII века отправил на родину для разведения Петр I. Но даже в высших слоях общества картофель тогда не оценили, и широкого распространения он не получил. Поэтому неудивительно, что вступившей в Пруссию в 1757 году русской армии «черные яблоки» были неизвестны. Солдаты не знали, как их готовить, и ели даже цветы и стебли, что улучшению здоровья не способствовало. Целые роты страдали расстройством желудка. Болотов вспоминал впоследствии, что у них отравились 200 человек. Командование даже запретило употреблять картофель в пищу, но любознательный 19-летний офицер рискнул: сварил очищенные клубни, посолил, отведал – и остался «зело доволен» получившимся блюдом. «Сей овощ – хлебу подмога», – записал Андрей Тимофеевич в дневнике.
В 24-летнем возрасте Болотов вышел в отставку и вернулся в родное Дворяниново, где занялся агрономическими опытами. Особое внимание уделял картофелю. Впервые посадив его в 1763 году на тульской земле, он изучал приемы возделывания этой культуры на различных почвах, испытывал и сравнивал сорта, проводил опыты – сначала на небольших делянках, а затем в поле. Картошка стала обязательным блюдом на барском столе, постепенно приобщались к «черным яблокам» и крестьяне.
Простой люд настороженно, даже боязливо относился к новому для него растению с затейливо-кудрявой ботвой. Людей пугало, что «яблоки» плодятся и растут в темноте под землей, по форме напоминают человеческую голову и имеют глазки, что у них черная кожура, – во всем этом виделось нечто дьявольское. Однако энциклопедист Болотов, не чуждый медицине и психологии, нашелся и тут. Собранные плоды он ссыпал в сараи, к которым днем приставлял охрану, а на ночь снимал. Запретный плод, как известно, сладок. Так крестьяне, многие из которых не прочь были урвать кусочек «барского пирога» и тайком наведывались за ним, начали постепенно привыкать к картофелю.
Интересно, что примерно тогда же пропагандист картофеля во Франции королевский аптекарь Антуан Пармантье использовал аналогичный прием. О «черных яблоках» он тоже узнал на Семилетней войне, побывав в плену у пруссаков. По возвращении домой Пармантье посадил картофель под Парижем. Собрав урожай, он пригласил известных ученых, среди которых был, в частности, физик Лавуазье, на обед, где все блюда были приготовлены только из этого овоща. Гости угощение отведали, но своей точки зрения не изменили. Агрономы продолжали твердить, что картофель, мол, истощает землю, врачи называли его ядовитым, вызывающим болезни, а издававшаяся во Франции энциклопедия определяла как грубую, малопитательную пищу. Пармантье попробовал достучаться до короля, преподнеся ему большой букет картофельных цветов. На это Людовик милостиво откликнулся указом о распространении этого растения, но высаживать его стали… на клумбах. Тогда аптекарь добился, чтобы его поле днем охраняли солдаты. И простые парижане, совсем как русские крестьяне, начали выкапывать картошку по ночам.
Спустя год после того, как Андрей Тимофеевич посадил в тульскую землю первые картофелины, этим овощем заинтересовалась российская Медицинская коллегия. Она представила в Сенат доклад о том, что крестьяне Выборгской губернии голодают и из-за этого может возникнуть «моровая язва». Коллегия рекомендовала принять меры к разведению высокоурожайных «земляных яблок», называемых в Англии «потетес». Предложение поддержала императрица Екатерина II, и в январе 1765 года появился указ о распространении картофеля. На приобретение семян за границей ассигновалось 500 руб­лей, Медицинской коллегии предписывалось организовать закупку и рассылку семенного материала по стране. Разослано также было напечатанное сенатской типографией огромным 10-тысячным тиражом «Наставление» – агротехническая и хозяйственная инструкция о времени посадки клубней, «приуготовлении земли», «очищении гряд и пашни», «времени вынимания яблок из земли и бережении их зимой» и т.д. В 1765 – 1766 годах Сенат, выполняя указание императрицы, рассматривал вопрос о картофеле 23 раза. Однако дело шло очень медленно. И двигалось бы еще медленнее, если бы не просветительская деятельность Болотова.
«Несовершенное знание, как оный садить; бывшая засуха, вследствие чего урожай везде худой, создала худое мнение и вящему размножению картофеля охоту отняла», – писал Болотов, отмечая также «несклоняемость нашего народа к предприниманию новых трудностей». Сам он пропагандировал «сей овощ» всеми способами. Так, в 1770 году Андрей Тимофеевич опубликовал в «Трудах» Вольного экономического общества «Примечание о картофеле» – первую в России научную статья по картофелеводству. Анд­рей Тимофеевич разработал простые и экономичные способы получения картофельного крахмала и использования картошки для приготовления крупы, выпечки хлеба и лечения. В затеянных им изданиях «Сельский хозяин» и «Экономический журнал» Болотов популярно излагал результаты своих наблюдений и опытов, на его счету около 400 публикаций на эти темы.
Казалось бы, Андрей Тимофеевич сделал все, что только под силу человеку, и даже больше. Во многом благодаря ему картофель прижился в России, хотя еще не скоро стал общепризнанным «вторым хлебом». Инерция народной «несклоняемости» была так велика и неподъемна, что в начале 1840-х годов, через восемь десятков лет после того, как Болотов посадил в тульскую землю первые клубни «черного яблока», по большинству губерний Центральной России, Урала, Севера прокатились «картофельные» бунты, вызванные насильственным отбиранием у крестьян лучших земель под эту культуру. «Картофель – и тот вводился у нас силой», – отмечал Лев Толстой.
Теперь в это верится с трудом, а картошка из «дьявольского искушения» превратилась в привычный продукт. Даже больше: современный сонник благоприятным знаком считает сны про нее. И если во сне вы окучиваете или выкапываете выращенный картофель – можете быть уверены в успехе ваших начинаний.
 Валерий РУДЕНКО


Читайте также

Защитить дом с умом. Чем полезны интеллектуальные домофоны
16 Окт 2020 14:21 / Общество
Домофоны, видеодомофоны, видеонаблюдение на придомовой территории и в подъезде – все эти «умные» устройства придуманы для того, чтобы сберечь в целости наше имущество, препятствовать входу людей посторонних и главное – сохранить личную безопасность. С обычными квартирными трубками, видеодомофоны с передачей изображения на сервер оператора или на экран в квартире, с облачным хранением и без хранения данных, с возможностью связи с экстренными службами – сегодня для круглосуточной охраны дома «умными» устройствами используются все ресурсы и разработки. Как это происходит, рассказала заместитель министра по информатизации, связи и вопросам открытого управления Тульской области Елена Казмерчук. Читать »
Кто за грибами, а кто за «Веттерли-Витали»
14 Окт 2020 12:36 / Общество
Говорят, история повторяется дважды: первый раз в виде трагедии, второй – нет, в нашем случае, конечно, не в виде фарса, а, скорее, гражданского подвига неравнодушных земляков. Объясняем: в 1941-м лихвинские партизаны оборудовали в лесу несколько землянок, откуда выходили на задания и где отдыхали после боев. За ними впоследствии присматривали местные краеведы – вплоть до развала СССР, водили туда школьников-экскурсантов, потом сооружения сгнили, про них подзабыли, но уже в наши дни в Суворовском районе нашлись люди, которые решили воссоздать лагерь лесных мстителей. Можно много говорить о патриотическом воспитании – а можно делом доказать, что память о героях жива. Читать »
Квартира как стимул добывать уголек
14 Окт 2020 07:10 / Общество
Если вы думаете, что слова «гласность» и «перестройка» вошли в лексикон советского человека лишь в горбачевские времена, то вы ошибаетесь. Оказывается, уже в 1980-м они замелькали на страницах киреевской газеты «Маяк». «Перестройка начинается сегодня» – так называлась статья в районке (кстати, под редкой рубрикой «Интервью с отстающими»), в которой речь шла о том, что «шахта «Смирновская» на протяжении Х пятилетки работает хуже других угольных предприятий района, ее ежегодный долг в среднем составляет 40 тысяч тонн угля». Впрочем, мы не только перелистали газетную подшивку в областной библиотеке, но и отправились на ту самую шахту – точнее, в те места, где она когда-то существовала: в поселок Головлинский. По пути встретили словоохотливую женщину. Читать »

Комментарии

Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений
 
 

da300x250_v5.png






Предпочтительный формат


Наш Twitter