Ежедневная областная общественно-политическая газета

Войти на сайт

Сегодня 26 Октября 2020

Мы много чего можем

Мы много чего можем
31 Окт 2012 21:08 / Общество
– Борис, сейчас получишь, – осаживает Сергей Борзунов огромного кролика, который решил выразить недовольство тем, что хозяин вытащил его за шкирку из уютной клетки и демонстрирует гостям. Внушение действует незамедлительно – пушистый гигант успокаивается и вскоре возвращается в привычную среду обитания.
Дом в деревне Гати Веневского района, где живет Сергей, его родители получили 42 года назад. Дед Борзунова был первым председателем местного совхоза 1 Мая, который организовался после слияния колхозов имени Сталина, Мичурина и Кирова.
– Он десятилетку окончил, а это тогда считалось очень крутым образованием, – рассказывает Борзунов. – Учился в Урусове, жил у родственников. Голодал, еду отнимал у собак – им мослы давали… Но это исключение –  вообще про наших, гатских, говорили, мол, они учиться не хотят.
Сам Сергей под старинную поговорку про обитателей его деревни тоже не подходит: сначала окончил Новомосковский строительный техникум, а затем – заочный институт в Балашихе по специальности «экономика и управление сельхозпроизводством». И потому, как у потомственного крестьянина и образованного человека, по вопросам житейским и аграрным у него на все свой взгляд. Причем, как правило, закаленный в огне собственного опыта.
– Я держал пятьдесят мулардов – это помесь пекинской утки и индоутки, пух щипал. С курами – брамами и фаверолями – ездил на выставку «Рябушка». Картошку, правда, забросил – муторно обрабатывать. У нас в сельском хозяйстве главная беда: привыкли жить тем, что есть, не используя ничего нового. Почему, например, не выращивать мраморное мясо? Японцы себе могут позволить этим заниматься, а мы сторонимся. Ведь герефорды, которые дают такое мясо, – отличные быки, неприхотливые. Это же интересно !  Баранов неплохо выращивать, но только их пасти надо, а пастбища не везде есть. Ну и еще одна проблема: селекционная работа заброшена, пород своих становится все меньше – кур хороших можно только в Татарстане или Башкирии купить, кроликов из Германии завозим…
Борзунов в своем личном подсобном хозяйстве герефордов тоже не разводит, но новшеств не боится: кроме кроликов у него есть не только куры и утки, которые для наших мест вовсе не экзотика, но и мохнатые вьетнамские свиньи. Они отличаются от привычных для наших мест хрюшек черным окрасом, сравнительно небольшими размерами, наморщенными пятачками и небольшой шерсткой.– И эта порода очень плодовитая, – отмечает Сергей, когда мы подходим к загону, где проживают свиноматка и восемь ее маленьких отпрысков. – В три месяца уже начинают спариваться, а к году у свиноматки бывает по два опороса. Случается, рождается по девять поросят от одной свиньи, каждый граммов двести. А вообще они умные, как люди, и неприхотливые. Самый кайф для скотины – когда ты ей создал нормальные условия, дал корм – и подходишь как можно реже, только почистить иногда. И им спокойней, и тебе приятней.
Борзунов заходит в загон. Поросята пугаются, мгновенно забиваются в угол, а когда Сергей берет на руки одного из них, свинья начинает угрожающе фыркать, но, увидев, что ничего злого визит хозяина не таит, успокаивается.
– Они еще чем хороши, – продолжает рассказывать Борзунов, держа на руках угольного поросенка. – Процент выхода мяса высокий. Шашлык? Делал. Но плов вкуснее!
Будто бы поняв эти слова, поросенок начинает визжать и вырываться из рук, но окрик хозяина заставляет его замолчать и смириться со своей судьбой.
– Правда, растут такие свиньи медленно, но дело ведь не в живой массе, а в том, сколько мяса можно получить. Шкура у них нежная, сала всего один, ну максимум полтора сантиметра, но и в нем есть постная прослойка. У вьетнамских свиней кишечник длиннее на 25–30 процентов, поэтому они лучше еду усваивают. Купил мелкой картошки – и кормишь. Иногда еще, конечно, сено даю, кабачки, яблоки, – рассказывает Сергей. – А вообще развожу их второй год. Даю объявления в Интернете, в веневской районке, продаю. Берут и туляки, и рязанцы. Честно говоря, мне и дальнейшая их жизнь небезразлична – звоню, интересуюсь, как живут.
Любопытство – важная черта настоящего крестьянина. Конечно, этот интерес совсем иного рода, нежели у деревенских сплетниц, которым дай только повод что-нибудь обсудить. А здесь любопытство практика, естествоиспытателя. Потому Сергей и ухаживает за своим хозяйством сам. Но почему же с таким опытом и неравнодушием к сельскому труду он не стал фермером?
– Да я поначалу фермерствовал, но когда понадобилось взять кредит, выяснилось, что нужно собрать столько бумаг… – машет рукой Борзунов.
Словом, получилось, как с картошкой, – бросил, потому что муторно. Да и какое отношение бюрократия имеет к сути крестьянства? Ведь все, по мнению Борзунова, должно быть настоящим. И сельхозпродукция – в том числе.
– Ты посмотри, как наши дети и внуки быстро толстеют, печень болит, желудок. И ведь это не только от сидячего образа жизни и вредных привычек. Главная причина – питание. На Западе люди это давно поняли. Вот бройлер – в месяц он весит уже девятьсот граммов. Представь, сколько в его мясе химии. А взять нормального месячного цыпленка – он маленький, но когда вырастет и когда его приготовишь – это же какое удовольствие от вкуса… Домашний бройлер чище, а значит, и здоровее, и вкуснее.
Но если за границей разницу почувствовали, то и у нас рано или поздно поймут, уверен Сергей. Потому что Россия не только нефтью и газом богата, но и людьми.
– Еще есть те, кто может созидать, кто любит природу, свою землю. Иной раз идешь на охоту или на рыбалку – у нас тут, кстати, карпы в речке водятся, до десяти килограммов! Вот идешь и думаешь – ну как такую красоту не замечать… Малую родину надо любить. Я, например, когда еду куда-нибудь, обязательно беру с собой тульские пряники. Один раз подарил финнам – так до того понравилось, что взрослые поругались, начали у детей отнимать! – смеется Сергей. – С любым, кто, например, скажет, что тульское оружие плохое, я спорю – а как не спорить, если это моя родина? А вообще мы много чего можем! И не только в сельском хозяйстве…
Когда мы уезжали из Гатей, Борзунов кивнул на дуб, который шумит листьями неподалеку от дома.
– Растет, как себя помню, вон уже какой вымахал, – говорит Сергей.
Солнце выглядывает из-за облака. Крестьянский день набирает тепло.
Андрей ЖИЗЛОВ
Геннадий ПОЛЯКОВ

Читайте также

Защитить дом с умом. Чем полезны интеллектуальные домофоны
16 Окт 2020 14:21 / Общество
Домофоны, видеодомофоны, видеонаблюдение на придомовой территории и в подъезде – все эти «умные» устройства придуманы для того, чтобы сберечь в целости наше имущество, препятствовать входу людей посторонних и главное – сохранить личную безопасность. С обычными квартирными трубками, видеодомофоны с передачей изображения на сервер оператора или на экран в квартире, с облачным хранением и без хранения данных, с возможностью связи с экстренными службами – сегодня для круглосуточной охраны дома «умными» устройствами используются все ресурсы и разработки. Как это происходит, рассказала заместитель министра по информатизации, связи и вопросам открытого управления Тульской области Елена Казмерчук. Читать »
Кто за грибами, а кто за «Веттерли-Витали»
14 Окт 2020 12:36 / Общество
Говорят, история повторяется дважды: первый раз в виде трагедии, второй – нет, в нашем случае, конечно, не в виде фарса, а, скорее, гражданского подвига неравнодушных земляков. Объясняем: в 1941-м лихвинские партизаны оборудовали в лесу несколько землянок, откуда выходили на задания и где отдыхали после боев. За ними впоследствии присматривали местные краеведы – вплоть до развала СССР, водили туда школьников-экскурсантов, потом сооружения сгнили, про них подзабыли, но уже в наши дни в Суворовском районе нашлись люди, которые решили воссоздать лагерь лесных мстителей. Можно много говорить о патриотическом воспитании – а можно делом доказать, что память о героях жива. Читать »
Квартира как стимул добывать уголек
14 Окт 2020 07:10 / Общество
Если вы думаете, что слова «гласность» и «перестройка» вошли в лексикон советского человека лишь в горбачевские времена, то вы ошибаетесь. Оказывается, уже в 1980-м они замелькали на страницах киреевской газеты «Маяк». «Перестройка начинается сегодня» – так называлась статья в районке (кстати, под редкой рубрикой «Интервью с отстающими»), в которой речь шла о том, что «шахта «Смирновская» на протяжении Х пятилетки работает хуже других угольных предприятий района, ее ежегодный долг в среднем составляет 40 тысяч тонн угля». Впрочем, мы не только перелистали газетную подшивку в областной библиотеке, но и отправились на ту самую шахту – точнее, в те места, где она когда-то существовала: в поселок Головлинский. По пути встретили словоохотливую женщину. Читать »

Комментарии

Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений
 
 

da300x250_v5.png








Предпочтительный формат


Наш Twitter