Ежедневная областная общественно-политическая газета

Войти на сайт

Сегодня 30 Октября 2020

Не разглядеть личину зла

Не разглядеть личину зла
01 Авг 2014 09:00 / Общество
Анастасия КАЛИНИНА
Елена КУЗНЕЦОВА

Эта история произошла чуть больше года назад. Галине Ковалевой, директору центра помощи детям, позвонили полицейские. Они попросили срочно забрать 11-летнюю девочку, которая ушла из дома в канун 8 Марта и не хотела возвращаться. Она сидела в подъезде, где жил ее одноклассник. Родители мальчика и вызвали стражей порядка.
– К нам привезли очень красивую девочку с длинными волосами. Как мы потом узнали, она к тому же хорошо училась в школе. Но в тот момент ее психическое состояние было просто катастрофическим – наши психологи диагностировали суицидальное настроение, то есть фактически готовность к самоубийству, – вспоминает Галина Петровна.
Слова,
которые убивают
Мы разговариваем с директором центра в ее кабинете. В открытое окно врываются щебет птиц и радостные крики ребятишек – дети собираются в парк. В коридоре топочут маленькие ноги – в общем, учреждение не производит гнетущего и тоскливого впечатления, какое часто возникает в детдомах и интернатах. Здесь все напоминает обычный санаторий или садик – ребятишки свободно бегают и гуляют по комнатам и во дворе, на больших окнах – уютные занавески, в ярких шкафах – огромные мягкие игрушки. Однако не случайно именно здесь три года назад был создан областной консультационный пункт по организации профилактической и реабилитационной работы в учреждениях социального обслуживания «Детский мир без жестокости и насилия». Потому что редкий воспитанник центра не был искалечен физически или морально.
– Как нам удалось выяснить, «беглянку» раньше воспитывала бабушка. Потом она умерла – и родительские обязанности с неохотой стала выполнять мать,– продолжает рассказ директор. – Она не была пьяницей, обычная женщина. Но когда после праздников мы пригласили ее в центр, она так кричала, что я не припомню подобного в своем кабинете.
Мать вопила, что в ее дочери нет ничего хорошего – мол, она разбрасывает фантики и арахис по дому и не выключает свет. Самый близкий, по сути, человек, называл своего ребенка «мразью». Обычно воспитанники центра, как ни плоха ситуация в семье, хотят вернуться домой. Но не в этом случае – девочка сразу восприняла в штыки предложение социальных работников попытаться наладить диалог с мамой.
Специалисты работали с ребенком целый год – душевное спокойствие не восстанавливалось. Оказалось, что редкие визиты матери только усугубляют состояние дочери. После долгой реабилитации девочку удалось устроить в приемную семью. Для чужих, по сути, людей она стала родной и любимой.
– Конечно, как ни жестоко и отвратительно физическое насилие, но травмы от него заживают быстрее эмоциональных, – рассказывает Галина Ковалева. – Пример, который я вам привела, наглядно показывает, как хрупка наша психика, как легко искалечить ребенка на всю жизнь.
Насилия
как бы и нет?
Таких историй у Галины Петровны, к сожалению, много. Она приводит их во время обучения социальных работников, сотрудников дошкольных учреждений и школ, представителей комиссий по делам несовершеннолетних – в общем, всех тех, кто по роду службы может столкнуться с проявлением жестокого обращения с ребенком.
Несколько лет назад, когда консультационный пункт «Детский мир без жестокости и насилия» только начал работу, здесь занимались обучением специалистов центра. Теперь они сами рассказывают всем заинтересованным работникам, как диагностировать насилие, какие виды оно может принять, как реабилитировать ребенка и помочь ему восстановиться. Работа эта гораздо важнее и сложнее, чем может показаться на первый взгляд.
То ли наш менталитет виноват (терпеть до последнего, «как бы хуже не было»), то ли вбитый с детского сада принцип «с ябедами никто не дружит», то ли недостаточно развитая гражданская ответственность – но говорить о фактах насилия не принято. Почти не ведется статистика и аналитика по этому вопросу; врачи, педагоги, социальные работники не всегда спешат досконально разобраться в проблемах детей, пропускающих школу, ходящих неряшливо одетыми или со ссадинами на руках и лице.
Один из тульских детских травматологов – в обмен на обещание не называть его имя – рассказал, что в случае заявления врача о факте применения насилия к ребенку специалист в белом халате, да и лечебное учреждение тоже, почти наверняка попадет под мощный прессинг возмущенных родителей. Кроме того, процедура доказательства физического насилия довольно сложна и кропотлива, врачу приходится идти на открытый конфликт. Очень часты случаи, когда матери, осознанно или бессознательно выгораживая, к примеру, сожителя, запрещают обследовать ребенка. Нередко родители, обвиненные в жестоком обращении, судятся с больницей и врачом – и выигрывают.
И в то же время проблема существует, и от стыдливого молчания она не исчезает. Вот несколько цифр, озвученных официально. В 2010 году в России жертвами насилия стали свыше 100 тысяч детей. Почти 2 тысячи погибли, 2 с лишним тысячам причинен тяжкий вред здоровью. 9 тысяч детей признаны потерпевшими от сексуальных преступлений. Эти данные были озвучены в марте 2012 года на совещании у Президента РФ по вопросу о насилии над детьми. Тогда же было сказано, что ежегодно количество случаев жестокого обращения увеличивается на 100 тысяч.
Жизнь после
Сейчас у консультационного пункта несколько отработанных направлений деятельности. При его поддержке несколько раз в году проводятся специальные просветительские акции, направленные на привлечение внимания к проблеме жестокого обращения с детьми, повышение информированности населения. Увеличивается и количество заявок на трехдневные курсы консультационного пункта. Специалисты успешно проводят обучение не только в стенах центра, но и выезжают в районы.
Но до формирования идеальной системы, когда жестокое обращение с детьми будет максимально эффективно отслеживаться и выявляться сразу несколькими службами, еще далеко.
Поэтому возникают чудовищные ситуации. Не так давно в центр поступил мальчик, который семь с половиной лет выглядел и вел себя как трехлетний: он не говорил, не мог самостоятельно одеться… На момент вмешательства социальных работников он уже более шести лет не был в больнице, не ходил ни в детский сад, ни в школу. Ребенок словно исчез – и никто не спохватился. В центре мальчика научили говорить, провели медицинское обследование – но, увы, он на всю жизнь останется инвалидом.
Долгое время педагоги и врачи не обращали внимания на симптомы неблагополучия 8-летней замкнутой и молчаливой девочки. Когда ее осмотрели специалисты центра, выяснилось, что она уже давно подвергается сексуальному насилию со стороны отца и его друга. Девочку долго лечили и реабилитировали, она выросла, обрела приемную семью. Но даже несколько серьезных операций не смогли полностью восстановить ее здоровье и у нее, скорее всего, уже никогда не будет собственных детей.
– Сейчас наша главная задача – научить неравнодушных людей распознавать жестокое обращение с детьми как можно раньше, а также грамотно отстаивать интересы потерпевшего ребенка, – завершает разговор Галина Петровна.
Специалисты считают, что с насилием – как с болезнью: чем раньше начать помогать пострадавшему, тем быстрее и эффективнее будет выздоровление. И порой от любого из нас может зависеть – будет тот или иной ребенок жить нормальной жизнью или он останется инвалидом, а может, погибнет вовсе.

Читайте также

Защитить дом с умом. Чем полезны интеллектуальные домофоны
16 Окт 2020 14:21 / Общество
Домофоны, видеодомофоны, видеонаблюдение на придомовой территории и в подъезде – все эти «умные» устройства придуманы для того, чтобы сберечь в целости наше имущество, препятствовать входу людей посторонних и главное – сохранить личную безопасность. С обычными квартирными трубками, видеодомофоны с передачей изображения на сервер оператора или на экран в квартире, с облачным хранением и без хранения данных, с возможностью связи с экстренными службами – сегодня для круглосуточной охраны дома «умными» устройствами используются все ресурсы и разработки. Как это происходит, рассказала заместитель министра по информатизации, связи и вопросам открытого управления Тульской области Елена Казмерчук. Читать »
Кто за грибами, а кто за «Веттерли-Витали»
14 Окт 2020 12:36 / Общество
Говорят, история повторяется дважды: первый раз в виде трагедии, второй – нет, в нашем случае, конечно, не в виде фарса, а, скорее, гражданского подвига неравнодушных земляков. Объясняем: в 1941-м лихвинские партизаны оборудовали в лесу несколько землянок, откуда выходили на задания и где отдыхали после боев. За ними впоследствии присматривали местные краеведы – вплоть до развала СССР, водили туда школьников-экскурсантов, потом сооружения сгнили, про них подзабыли, но уже в наши дни в Суворовском районе нашлись люди, которые решили воссоздать лагерь лесных мстителей. Можно много говорить о патриотическом воспитании – а можно делом доказать, что память о героях жива. Читать »
Квартира как стимул добывать уголек
14 Окт 2020 07:10 / Общество
Если вы думаете, что слова «гласность» и «перестройка» вошли в лексикон советского человека лишь в горбачевские времена, то вы ошибаетесь. Оказывается, уже в 1980-м они замелькали на страницах киреевской газеты «Маяк». «Перестройка начинается сегодня» – так называлась статья в районке (кстати, под редкой рубрикой «Интервью с отстающими»), в которой речь шла о том, что «шахта «Смирновская» на протяжении Х пятилетки работает хуже других угольных предприятий района, ее ежегодный долг в среднем составляет 40 тысяч тонн угля». Впрочем, мы не только перелистали газетную подшивку в областной библиотеке, но и отправились на ту самую шахту – точнее, в те места, где она когда-то существовала: в поселок Головлинский. По пути встретили словоохотливую женщину. Читать »

Комментарии

Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений
 
 

da300x250_v5.png








Предпочтительный формат


Наш Twitter