Ежедневная областная общественно-политическая газета

Войти на сайт

Сегодня 29 Октября 2020

Пока идет следствие

Пока идет следствие
01 Ноя 2012 21:06 / Общество
Все люди чего-то ждут. Дети – подарков на праздник, юноши и девушки – взаимности в любви, родители – успехов чада. Те, кто содержится в СИЗО, в постоянном ожидании могут жить несколько лет. Они ждут очередного свидания с родными, допроса, встречи с адвокатом, но больше всего – решения суда.
Работники следственных изоляторов и тюрем накануне отметили профессиональный праздник. Лучших наградили грамотами и благодарностями за многолетний труд. Очень подходящее слово – «труд». Работа с подозреваемыми и обвиняемыми – это ежедневный психологический стресс.
– Со стороны лиц, находящихся под стражей, идут постоянное противодействие, провокации по отношению к сотрудникам изолятора, – объясняет начальник СИЗО № 1 Юрий Медведев. Он работает в системе исполнения наказаний уже 20 лет – после армии пришел в изолятор младшим инспектором.
– Если бы труд инспекторов оплачивался на должном уровне, – рассуждает он, – может быть, было бы легче. Сейчас зарплаты сотрудников СИЗО оставляют желать лучшего, но с января их обещают повысить.
Об условиях содержания подозреваемых и обвиняемых сейчас, кажется, заботятся больше, чем об их надзирателях. В тульском следственном изоляторе есть даже камеры для проживания матерей с детьми до 3 лет, в которых ставят кроватку и электрическую плитку с чайником. Кроме того, подследственные делятся на группы по характеру преступлений. То есть убийцы и насильники – отдельно, наркодилеры – отдельно. Так же как рецидивисты и несовершеннолетние преступники живут в разных камерах. Это вызвано в первую очередь заботой о тех, кто совершил проступок впервые, может быть, даже случайно. Если предоставить таким гражданам возможность общаться с людьми, отмотавшими не один срок, вряд ли получится направить их по пути исправления в будущем. Сюда попадают и те, кто склонен к самоубийству или может причинить вред окружающим.
– С прибывающими в изолятор работают различные специалисты, – объясняет начальник учреждения. – Это и медики, и психологи. Они сразу выясняют предрасположенность человека к суициду или иные отклонения в психике. Тех, кто склонен к употреблению наркотиков, алкоголя, к побегу или нападениям, ставят на профилактический учет и работают с ними в течение всего срока пребывания. Ну и, конечно же, во избежание несчастных случаев у содержащихся под стражей отбирают шнурки, ремни, вынимают супинаторы из обуви, ведь из них можно сделать заточку.
Не положено здесь иметь при себе и сотовый телефон. Общение с родственниками – только через стекло по три часа два раза в месяц, и то с разрешения.
Кстати, сроки содержания в изоляторе с 2002 года стали лимитированными. Большинство подследственных проводят в этих стенах не более трех лет. А раньше подозреваемые в особо тяжких преступлениях могли жить в СИЗО по семь, а то и девять лет и порой успевали отбыть наказание до его назначения. Ведь день в изоляторе приравнивается к дню, проведенному в колонии или под домашним арестом.
Кстати, система взысканий и поощрений здесь такая же, как в исправительных учреждениях. И то, сколько времени обвиняемый провел в карцере, может повлиять как на решение суда, так и на его дальнейшую жизнь в колонии в случае обвинительного приговора.
Есть здесь и те, кто ждет выхода на свободу. Некоторые заключенные, получившие сроки в колонии общего режима, пройдя отбор, остаются в СИЗО и работают электриками, сантехниками, поварами, дворниками.
– Это лица, осужденные впервые и имеющие положительные характеристики, – отмечает Юрий Медведев. – Сейчас у нас таких 52 человека. Они живут в отдельном общежитии. У них своя столовая, комната отдыха.
...А ведь тюрьма на месте СИЗО № 1 стояла уже в середине XVIII века. Тогда это был деревянный острог, называвшийся «тюремным замком». В 1853 году деревянное строение заменили каменным и значительно расширили. В шестидесятые годы прошлого века после реформирования системы исполнения наказаний тюрьму преобразовали в следственный изолятор.
Здание, построенное два века назад, сохранилось. Это четырехэтажное строение с подвалом, где содержались приговоренные к смертной казни. Сегодня сложно представить, как люди жили с осознанием неминуемой смерти. Но состояние непрерывного ожидания, видимо, привычно для этого места и людей, которые здесь живут и работают. Лица меняются, а ощущение ожидания остается. И даже, кажется, витает в воздухе.
Яна КАЛЮЖНАЯ

Читайте также

Защитить дом с умом. Чем полезны интеллектуальные домофоны
16 Окт 2020 14:21 / Общество
Домофоны, видеодомофоны, видеонаблюдение на придомовой территории и в подъезде – все эти «умные» устройства придуманы для того, чтобы сберечь в целости наше имущество, препятствовать входу людей посторонних и главное – сохранить личную безопасность. С обычными квартирными трубками, видеодомофоны с передачей изображения на сервер оператора или на экран в квартире, с облачным хранением и без хранения данных, с возможностью связи с экстренными службами – сегодня для круглосуточной охраны дома «умными» устройствами используются все ресурсы и разработки. Как это происходит, рассказала заместитель министра по информатизации, связи и вопросам открытого управления Тульской области Елена Казмерчук. Читать »
Кто за грибами, а кто за «Веттерли-Витали»
14 Окт 2020 12:36 / Общество
Говорят, история повторяется дважды: первый раз в виде трагедии, второй – нет, в нашем случае, конечно, не в виде фарса, а, скорее, гражданского подвига неравнодушных земляков. Объясняем: в 1941-м лихвинские партизаны оборудовали в лесу несколько землянок, откуда выходили на задания и где отдыхали после боев. За ними впоследствии присматривали местные краеведы – вплоть до развала СССР, водили туда школьников-экскурсантов, потом сооружения сгнили, про них подзабыли, но уже в наши дни в Суворовском районе нашлись люди, которые решили воссоздать лагерь лесных мстителей. Можно много говорить о патриотическом воспитании – а можно делом доказать, что память о героях жива. Читать »
Квартира как стимул добывать уголек
14 Окт 2020 07:10 / Общество
Если вы думаете, что слова «гласность» и «перестройка» вошли в лексикон советского человека лишь в горбачевские времена, то вы ошибаетесь. Оказывается, уже в 1980-м они замелькали на страницах киреевской газеты «Маяк». «Перестройка начинается сегодня» – так называлась статья в районке (кстати, под редкой рубрикой «Интервью с отстающими»), в которой речь шла о том, что «шахта «Смирновская» на протяжении Х пятилетки работает хуже других угольных предприятий района, ее ежегодный долг в среднем составляет 40 тысяч тонн угля». Впрочем, мы не только перелистали газетную подшивку в областной библиотеке, но и отправились на ту самую шахту – точнее, в те места, где она когда-то существовала: в поселок Головлинский. По пути встретили словоохотливую женщину. Читать »

Комментарии

Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений
 
 

da300x250_v5.png








Предпочтительный формат


Наш Twitter