Ежедневная областная общественно-политическая газета

Войти на сайт

Сегодня 25 Октября 2020

Разведчица Маша. Легендарная. Наша

Разведчица Маша. Легендарная. Наша
17 Сен 2020 15:32 / Общество

На доме разведчицы Маши Порываевой так и не поставили памятную доску. Потому что нет ужени этого дома, ни села Нижние Дубки, где родилась будущая партизанка. Но есть память – тревожная и благодарная – о нашей землячке, замученной фашистами, шагнувшей в бессмертие совсем юной, за несколько дней до двадцатилетия…

Прерванный полет

Маша родилась в Одоевском районе, а когда настала пора учиться, родители увезли ее в Москву. Там девочка пошла в школу, играючи получала хорошие отметки, обожала все мальчишеские забавы, никогда не плакала, разбив коленки, и мечтала стать настоящим летчиком.

маша порываева аттестат.jpg

В 12 лет пионерка Порываева отправилась в военкомат и заявила, что хочет летать. Комиссар развел руками: «Ты же еще совсем ребенок!» Но Маша добилась-таки своего, поступив в один из планерных клубов. А когда ей было 18 лет, в журнале «Смена» появилась статья с выдержкой из письма дерзкой девчушки, где Маша говорила о первом полете. В 1940-м году комсомолка Порываева получила звание планеристки первой ступени. Окончив школу, Маша пошла работать сборщицей на баянную фабрику. А когда грянула Великая Отечественная, ушла добровольцем на войну.

Линия фронта… Линия жизни…

Бои на Смоленщине шли тяжелые. Нашим тогда явно не хватало ни доброго оружия, ни мудрых командиров. Под пулями умирали тысячи солдат. Чуть не погибла и Маша Порываева. Но в том бою, где полегли почти все ее однополчане, нашу землячку только контузило. Долгое время она пролежала без сознания. А очнулась от того, что один из таких же счастливчиков, выживший в страшной мясорубке, стал тормошить ее за руку. Видимо, чуть раньше Маша начала стонать, парень услышал ее голос и нашел девчонку среди мертвецов…

Как потом рассказала Маша своим родным, в кровавом бою на далекой Смоленщине в тот раз выжило три человека. Вместе с молодым красноармейцем был еще один солдат, возрастом постарше. Вместе они прорывались к своим, случайно напоролись на троих немцев, в Маша осталась одна…

Дальше она шла, пробираясь через болота, сторонясь любых населенных пунктов, где ее гимнастерка выдала бы сразу свою хозяйку. И тут снова случилось чудо. Машу заметила деревенская девчонка, резвая и смышленая, как многие дети той поры, которые взрослели без оглядки на годы. Девочка ей велела дождаться темноты и прийти к околице ближайшего села. Ночью она провела Порываеву к себе домой…

У деда девочки, местного пасечника, были свои счеты с немцами. Он рассказал спасшейся Маше, как проходить сквозь немецкие посты, предложил одежду своей невестки и документы умершей в городе сестры. Это удивительное стечение обстоятельств помогло Маше перехитрить немцев и «всеми неправдами» пройти через линию фронта...

Измученная страшной и долгой дорогой, Маша смогла добраться до Москвы. Дома, не особо вдаваясь в подробности, рассказала, о своем нелегком пути, расспросила, кто из знакомых остался в городе, а кто ушел на фронт, и вскоре сама отправилась в штаб обороны района.

Наверное, она могла бы попроситься в летную школу, о которой мечтала с самого детства. Но, пройдя по немецким тылам и познакомившись с седым народным мстителем, Маша решила, что ее место снова там – за линией фронта. Получив новые знания, уже через месяц она покинула Москву. Сначала планировалось, что с группой товарищей она попадет в район Брянска, а потом руководство все переиграло, и девушка оказалась в разведотделе штаба Калининского фронта.

Разведка девичьим сердцем

Бойцом 2-й Калининской партизанской бригады, состоявшей из двух отрядов, Маша Порываева стала по зову сердца, как многие другие комсомольцы, которых здесь было немало. Всего же это небольшое формирование насчитывало 167 человек. Одним «соединением» командовал чекист Рындин, другим Лесников. Командиром бригады был назначен старший лейтенант Арбузов, участник советско-финляндской войны, сам не раз ходивший по тылам, слывший человеком исключительной храбрости, награжденный орденом Красного Знамени.

Весной 1942 года бригада стояла у реки Ловать, ведя наблюдения за теми районами, где были сконцентрированы важные коммуникации. От Великих Лук и Новосокольников разлетались дороги в Москву и Ленинград, Ригу и Витебск, от Невеля было рукой подать до шоссе, ведущего в Киев. Стратегические сведения, добытые партизанами и разведчиками, уходили в войска Калининского и Северо-Западного фронтов. Между тем, на боевой счет бригады было занесено несколько десятков машин, уничтоженных на шоссе Невель – Пустошка, два воинских эшелона, пущенных под откос на железной дороге Новосокольники – Себеж…

В бригаде Арбузова Машу Порываеву называли Зоей. Маша сама так представилась, видимо, в память о Зое Космодемьянской. Разведчица работала за линией фронта, добывала важные сведения для Центра. Множество немцев погибло от бомбежек, проведенных нашей армией по тем координатам, которые сообщила юная патриотка.

Командир ценил Машу Порываеву за цепкий взгляд и силу духа, за то, что не терялась в сложных ситуациях.

Однажды вместе со своей напарницей она работала в районе Невеля. По легенде, девушки пробирались в Белоруссию, шли из-под Москвы, к себе домой. Местные жители их жалели, давали хлеба, поили молоком, рассказывали, как обойти немцев, которые стояли по всей округе и не пропускали ни одной юбки. А девчата делали свои выводы, тайком пробирались поближе к фрицам, толкались на рынках, подслушивая разговоры, «болтали» с местными мальчишками, которые бахвалились своей осведомленностью об аэродроме, построенном фашистами…

Данные, собранные в этой разведке, были переданы в штаб армии. Советские летчики за один налет тогда уничтожили вражеские самолеты. А командование объявило девушкам благодарность…

Еще одна дерзкая вылазка Маши случилась в районе станции Опухлики. Здесь, замаскированный специальными сетями, стоял большущий немецкий бронепоезд. Разговорившись с двумя подвыпившими немцами, девушка на свой страх и риск отправилась с ними на дрезине в соседний городок. Старший по званию стал оказывать Маше Порываевой знаки внимания, и она предложила ему уединиться. Прихватив плащ «господина капитана», вместе с фрицем она слезла на землю и поманила его в лес. Там немца совсем разморило, и Маша срезала у него сумку, в которой давно заприметила карту, и кинулась прочь, от беды подальше, с ценнейшей информацией для Красной Армии.

Зоя из Москвы

В конце июля 1942 года бригада Арбузова перешла полноводную реку Ловать. Штаб армии требовал новой информации о районе. В одну из разведок ушли три девушки, в числе которых была Маша. Двоим потом посчастливилось вернуться. Порываева в их число не попала…

Когда ее заприметил немецкий патруль, разведчица шла по березовой рощице у села Красное. Она не боялась встречи с немцами, потому что ее фальшивые документы были в полном порядке. Однако на этот раз среди фашистов оказался офицер элитных войск, военного формирования отрядов охраны. Эсэсовец, видимо, заподозрил неладное, почувствовав странный запах от девушки – запах костра и лесной землянки, въедавшийся в каждого партизана.

Маша немного понимала по-немецки и поняла, что фриц распорядился найти в деревне лошадь и подводу. Значит, повезут на допрос в город! Впрочем, эсэсовец допустил ошибку, отправив в путь обоих солдат: он прислонил автомат к березе, сам же собрался прикурить сигарету, а Маша мигом схватила оружие, дала очередь и кинулась побежала. Спасительный лес был рядом! Но патрульные были еще ближе. Патронов в автомате уже не осталось, вражеская пуля пронзила руку, немцы девушку жестоко избили, скрутили вожжами и повели в соседнее село. Ее допрашивали целый день, но, ничего не добившись, отправили в город.

На этот раз за русскую разведчицу взялись мастера своего дела: представитель контрразведки и начальник отделения службы безопасности Опочки. Садисты пытали девчонку жестоко, с оттягом, раненая рука раздулась и посинела, на теле не было живого места, но Маша так ничего и не сказала. Стоять на ногах она уже не могла, и утром ее потащили на виселицу. У немцев было неписаное правило: солдат – расстреливать, разбойников – вешать. И тут, собрав последние силы, наша разведчица запела песню: «Мы шли под грохот канонады…» Слов было уже не разобрать, но фашисты узнали ее мотив – мотив запрещенной в Германии песни о маленьком горнисте, созывавшем в бой...

Начальник отделения пришел в бешенство: девушка со страшными ранами на теле, с руками, связанными колючей проволокой, издевалась над ним, немецким офицером! Он выхватил из кармана пистолет и дважды выстрелил в грудь Порываевой. 

Фашисты приволокли к опочецкой виселице уже бездыханное тело Маши. Для устрашения местных жителей труп колыхался в петле три дня, а потом немцы приказали утопить его в болоте.

Правда по крупицам

Извещение о гибели Маши было вручено ее матери 30 декабря 1942 года. Между тем в деревне Щукино, где похоронили замученную разведчицу, долгое время никто не знал настоящего имени погибшей. Тайну партизанки, схваченной среди березовой рощи, раскрыл писатель Николай Масолов. Услышав о подвиге неизвестной, он занялся поиском ее боевых товарищей. Довольно долго на все запросы Масолов получал неутешительные ответы, ведь разведчица назвалась немцам Зоей Кругловой, а такой партизанки в списках не значилось. Потом в одном из документов Калиниского партархива он прочитал о партизанской бригаде и о случае, когда девушка убила немецкого офицера. Но звали ее не Зоя, а Маша. Масолов стал искать командира бригады и ее комиссара, но оказалось, что Арбузов погиб, а комиссар пропал без вести. И все же удача улыбнулась писателю: в архиве он нашел адрес родителей Петра Рындина – командира отряда, в котором служила смелая девушка. На запрос Масолова пришел ответ, что Рындин вернулся с Великой Отечественной и проживает в Винницкой области. Между тем в дневнике одной из партизанок, сражавшейся под Ленинградом, он нашел фамилию Арбузова, а, когда встретился с этой женщиной, получил сохраненное ею письмо, в котором она рассказывала родной сестре о своей лучшей подруге – москвичке Зое Порываевой, которая жила на Домниковской улице, а потом погибла в далекой Опочке. Партизанка также указала, что родители Зои Васильевны умерли, остался только старший брат, и он работает на баянной фабрике. Писатель тогда сильно смутился: по архивным данным девушку звали Мария Григорьевна, а тут была Зоя Васильевна. Он разыскал Михаила Порываева, и тот отдал ему Машину фотографию. 

маша порываева фото.jpg

Спустя неделю этот снимок побывал в Винницкой области. И Петр Рындин вместе с женой, которая в годы войны сражалась в подполье, узнали в девушке на фотографию свою боевую подругу – Зою…

Вот так, крупинка за крупинкой, было установлено имя разведчицы, которая погибла от рук фашистов, и собрана книга о разведчице Маше, которая родилась на тульской земле. Посмертно партизанка Мария Порываева была награждена орденом Отечественной войны второй степени.

маша порываева, извещение 2.jpg

На доме в селе Нижние Дубки так и не поставили памятную доску. Но именем разведчицы названа школа в деревне Красное Пустошкинского района Псковской области. Рядом со зданием учебного заведения стоит памятник партизанке. А Москве больше нет улицы Домниковской, а есть улица Маши Порываевой.

 

P.S. Данный материал, так же, по крупицам, был создан благодаря неоценимой помощи жителей Псковского и Тульского края: главного редактора газеты «КурьерЪ. Псков – Великие Луки» Олега Константинова, научного сотрудника, библиографа Пустошкинского краеведческого музея Тамары Яковлевой, жителя деревни Щукино Виктора Алексеевича Васильева, директора Одоевского краеведческого музея Евгении Масленниковой.


Читайте также

Защитить дом с умом. Чем полезны интеллектуальные домофоны
16 Окт 2020 14:21 / Общество
Домофоны, видеодомофоны, видеонаблюдение на придомовой территории и в подъезде – все эти «умные» устройства придуманы для того, чтобы сберечь в целости наше имущество, препятствовать входу людей посторонних и главное – сохранить личную безопасность. С обычными квартирными трубками, видеодомофоны с передачей изображения на сервер оператора или на экран в квартире, с облачным хранением и без хранения данных, с возможностью связи с экстренными службами – сегодня для круглосуточной охраны дома «умными» устройствами используются все ресурсы и разработки. Как это происходит, рассказала заместитель министра по информатизации, связи и вопросам открытого управления Тульской области Елена Казмерчук. Читать »
Кто за грибами, а кто за «Веттерли-Витали»
14 Окт 2020 12:36 / Общество
Говорят, история повторяется дважды: первый раз в виде трагедии, второй – нет, в нашем случае, конечно, не в виде фарса, а, скорее, гражданского подвига неравнодушных земляков. Объясняем: в 1941-м лихвинские партизаны оборудовали в лесу несколько землянок, откуда выходили на задания и где отдыхали после боев. За ними впоследствии присматривали местные краеведы – вплоть до развала СССР, водили туда школьников-экскурсантов, потом сооружения сгнили, про них подзабыли, но уже в наши дни в Суворовском районе нашлись люди, которые решили воссоздать лагерь лесных мстителей. Можно много говорить о патриотическом воспитании – а можно делом доказать, что память о героях жива. Читать »
Квартира как стимул добывать уголек
14 Окт 2020 07:10 / Общество
Если вы думаете, что слова «гласность» и «перестройка» вошли в лексикон советского человека лишь в горбачевские времена, то вы ошибаетесь. Оказывается, уже в 1980-м они замелькали на страницах киреевской газеты «Маяк». «Перестройка начинается сегодня» – так называлась статья в районке (кстати, под редкой рубрикой «Интервью с отстающими»), в которой речь шла о том, что «шахта «Смирновская» на протяжении Х пятилетки работает хуже других угольных предприятий района, ее ежегодный долг в среднем составляет 40 тысяч тонн угля». Впрочем, мы не только перелистали газетную подшивку в областной библиотеке, но и отправились на ту самую шахту – точнее, в те места, где она когда-то существовала: в поселок Головлинский. По пути встретили словоохотливую женщину. Читать »

Комментарии

Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений
 
 

da300x250_v5.png






Предпочтительный формат


Наш Twitter