Рекламный баннер.

Культура

13:03, 28 февраля 2018

Музей, где ожила история

Музей, где ожила история
 Марина ПАНФИЛОВА

Живой музей – новая форма работы со зрителем сотрудников Тульской областной филармонии: это своеобразные лекции, которые иллюстрируются выступлением солистов, исполняющих классические произведения.

– Этот цикл мы назвали «Перекрестки времени», – рассказала ведущая – артистка ТОФ Елена Харькова. – Имена, события, даты иллюстрируют богатую историю тульского Дворянского собрания. Оно было открыто 8 января 1856 года, здесь работали куль­тур­но-про­све­ти­тель­ные, научные, государственные и даже лечебные учреждения губернии. В этом здании проходили дворянские депутатские съезды, на которых выбирали губернского предводителя дворянства и решали другие важные вопросы. В сентябре 1858 года на одном из таких съездов присутствовали Лев Толстой, Алексей Хомяков и Иван Тургенев…
Собравшиеся в одном из залов Дворянского собрания зрители с интересом прослушали рассказ о том, как Тургенев, принимавший активное участие в дебатах за отмену крепостного права, в письме к своей дочери написал: «Госпожа Виардо, вероятно, рассказала тебе, зачем я ездил в Тулу (наш губернский город); думаю, что тебя это не очень интересует. Я много спорил, говорил, кричал, вернулся совсем усталым – но здоровым».
Кстати, ряд тульских наблюдений он отразил на страницах романа «Отцы и дети». Это касается прежде всего показа споров о реформе, отношения к ней представителей различных слоев общества, показа двух дворянских партий – либералов и правых, различия между которыми носят по большей части формальный характер, как и в Тульском дворянском комитете.
А один из персонажей романа напоминает многими чертами тульского правителя того времени Петра Михайловича Дарагана. Он известен в первую очередь как генерал-губернатор, правивший Тульской губернией 16 лет. Но только единицы знают его как деда мало известной в России, но очень любимой на Западе художницы-экспрессионистки Марианны Веревкиной, которую называли «русский Рембрандт».
«Город***, куда отправились наши приятели, – говорится на одной из страниц романа «Отцы и дети», – состоял в ведении губернатора из молодых, прогрессиста и деспота, как это сплошь да рядом случается на Руси».
Подобная характеристика особенно подходила Дарагану. И описание бала у губернатора, на котором присутствовали главный герой романа Евгений Базаров и его друг Аркадий Кирсанов, видимо, списано с тульского праздника.
Зрители, собравшиеся на встречу в «живом музее», с интересом узнали, что именно Дараган был инициатором создания в Туле первой публичной библиотеки: в 1856 году он обратился с письмом к писателям – Толстому, Григоровичу, Хомякову, Тургеневу и другим. В этом письме говорилось, что еще в 1833 году в Туле было положено основание публичной библиотеки.
Но за 23 года ее существования было приобретено всего лишь 2300 книг, и губернатор просил, чтобы библиотека пополнилась книгами сочинений тульских писателей.
А поскольку присутствующие сидели в малой зале, в которой когда-то находилась библиотека, для них прозвучали поэтические строки Ивана ­Сергеевича Тургенева в исполнении Елены Сладковой и Александра Романова под аккомпанемент Марины Ворониной.
Была проведена и викторина по творчеству Тургенева – с разными вопросами, в том числе каверзными.
А потом был рассказ о том, что 18 февраля 1927 года в Туле единственный раз выступил главный поэт Страны Советов – Владимир Маяковский. В ту поездку он пригласил с собой Николая Асеева (с которым любил играть в карты – вот приятели и решили не расставаться).
В газетах писали: «Маяковский едет в Тулу. Это хорошо. Владимиру Владимировичу давно бы нужно это сделать. Главное, его в Туле, как и везде, знают. Да, да, знают, и обиднее всего – не понимают. Не понимает его тульская интеллигенция (я, конечно, не говорю об исключениях), не понимает его и рабочий класс города Тулы...»
Появившись на сцене Дома Советов (Дворянского собрания) безо всякого конферанса, поэт ринулся в атаку:
– Не успел я приехать в Тулу, не успел выпить чаю с плюшкой, как мне уже сообщили, что буржуазия моих стихов не читает потому, что меня ненавидит, а рабочие не читают моих стихов потому, что не понимают, – метнул он в зал претензию. В аудитории захихикали. – Но все же – попробуем. Может быть, что и выйдет. Читаю «Океан»!..
О том, как читал Маяковский, сказано немало. Сложные на первый взгляд стихи, изломанные прихотливой лесенкой, в его исполнении становились понятными. Он представил Асеева, о котором не упоминалось в афишах:
– Со мной приехал талантливый поэт Асеев. Своими стихами он доставит вам немало удовольствия. Для вас – несомненный выигрыш.
Выступали по очереди. Пока один читал, другой просматривал записки. Среди них были такие:
«Приходилось ли вам за границей читать свои произведения, и если да, то как вас там, понимали или нет?»
«Даешь «Облако в штанах!»
«Правда ли, что вы не могли оторваться от «Евгения Онегина» целую ночь?»
«Ну как, дружок, Тула-то какое произвела на тебя впечатление и не напишешь ли что-либо о Туле?»
«Тов. Маяковский! Ваши стихи хорошо читает Бася Бисевич. Вам далеко до нее!»
Прочтя под смех зрителей эти записки, Елена Харькова пояснила:
– Бася Бисевич в те годы была студенткой. Потом она действительно стала артисткой, произведения Маяковского занимали большое место в ее репертуаре. А поэт ответил: «Я приветствую Басю Бисевич и со своей стороны приложу усилия, чтоб ее догнать!» В 1927 году вечер в Доме Советов затянулся, после поэты отправились в Курск…
Когда зрители обменивались впечатлениями после посещения «живого музея», все сошлись во мнении, что «здесь словно оживает история…».
0 комментариев
, чтобы оставить комментарий

На эту же тему