Рекламный баннер.

Культура

13:41, 27 июня 2022

Татьяна Рыбкина: Живу по принципу «вижу цель и не вижу препятствий», по-тульски

Татьяна Рыбкина: Живу по принципу «вижу цель и не вижу препятствий», по-тульски
Без страхов и сомнений идти только вперед, трудиться на благо своей малой Родины, развиваться, наполняясь новыми знаниями и смыслами, смотреть не за количеством проведенного с семьей времени, а за его качеством. Таковы жизненные принципы министра культуры Тульской области Татьяны Рыбкиной, побывавшей в гостиной «Тульских известий».

– Татьяна Вячеславовна, любовь к прекрасному унаследована от родных? Вы из творческой семьи?

– Профессионально – нет, родители – инженеры. Но творческие гены, безусловно, от папы. Он очень любил петь. Когда приходили гости и устраивались семейные застолья, в нашем доме звучали советские песни, военные, народные. Любили Высоцкого. Пели взрослые, а мы подпевали. По большим праздникам случались и танцы.

Классики не было. Ее я слушала в филармонии, куда бегала на концерты. В результате стала единственным человеком в семье, избравшим для себя творческую стезю.

– Это все происходило в Туле?

– В Тулу я приехала совсем маленькой. Мама родилась на севере. Они с папой учились в культурной столице – Ленинграде. Там и поженились, потом отправились на мамину родину. Но когда мне было два с небольшим годика, они все-таки решили переехать в больший город – к родителям отца. Здесь стали работать на разных предприятиях. Отец – в «оборонке», мама – в мебельной промышленности.

Но на север часто ездили в гости. Я помню Северную Двину, Котлас. Помню, как меня всегда ругали за то, что закрывала дверь. В тех краях никто не боялся воров или злых людей: народ был открытый, все друг другу доверяли.

А еще на севере было много деревянных домов. Резные ставни, наличники, ворота. Это не было уточненным, изысканным. Но было сделано с любовью.

– А каковы детские воспоминания о Туле?

– Это был активный, бурлящий город, богатый на развлечения и увлечения.

Родители работали много, часто уезжали в командировки, а нам предоставляли свободу. Учиться хорошо – это святое. А дальше – развлекались как могли: порой родители даже не знали, чем мы заняты.

Как в том стишке – драмкружок, кружок по фото и еще чего-то охота. Я занималась музыкой, театром, танцами. В хоре профсоюзов, почти профессиональном, танцевала в народном коллективе. Позже это пригодилось при написании диссертации.

Еще был волейбол, шахматы, настольный теннис, кройка и шитье. У меня, кстати, неплохо получалось. Могла сшить шторы, даже платья себе кроила.

В школе мы много путешествовали, ездили на экскурсии – и по Туле, и в другие города.

– Когда же появилось творчество?

– Еще в детском саду. На новогоднем утреннике мне непременно хотелось быть Снегурочкой. И еще в танце участвовать. И стихотворение рассказать.

Постоянное желание быть поющей, читающей, а может быть и играющей с педагогом на инструменте.

В какой-то момент заявила родителям, что мне нужно пианино, так как решила поступать в музыкальную школу. Несколько лет это оставалось мечтой: не все советские семьи могли позволить себе такое приобретение.

В 13 лет я осознала, что больше так продолжаться не может. И сказала маме с папой: «Даже если вы мне не купите пианино, я все равно пойду в музыкальную школу, поступлю. Потом напишу заявление, что дома инструмента нет, не покупают, поэтому прошу предоставить мне возможность заниматься вечерами в классе. И пусть вам будет стыдно».

Родители улыбнулись, и взяли в кредит мое первое пианино – «Тверца». Жестковатое, но хорошее, долго прослужило.

После десятого класса многие пошли в вуз, а я – в музучилище. Потом – в консерваторию, после – в аспирантуру.

Сейчас многие спрашивают: а были ли тогда свобода? Была. Полная. Свой жизненный путь я выбирала сама, не советуясь с родителями.

– Но кто-то же помог определиться?

– Были две педагога в музыкальной школе: педагог по сольфеджио и по специальности. Сольфеджист победила. Я только-только поступила в школу, а она уже сказала: «Слух почти абсолютный, музыкальная память хорошая, голова работает. Все данные для того, чтобы стать музыковедом. Давай определяться и двигаться в этом направлении».

Я старалась брать лучшее от педагогов – занималась с консультантом из училища, брала уроки в Московской консерватории. Вообще живу по принципу: «Вижу цель и не вижу препятствий». По-тульски.

– Сейчас в профессиональной жизни тот же принцип действует?

– Работая в культуре, нужно жить культурой. Мы трудимся тогда, когда остальные отдыхают.

Уйти с работы в шесть по графику не выйдет. Выходные тоже заняты. И родные должны это понимать. Если вы готовы, то все получится.

Лично я считаю себя счастливым человеком – искала себя, попробовала все, поняла, что нужно и выбрала свой путь. В итоге попала именно в ту сферу, где хочу и могу существовать, где Господь дал способности.

– Какими были студенческие годы – тоже творческими?

– У нас в группе было 7 человек, и все девочки. Но поскольку училище небольшое, общались все вместе. Не нужно было создавать отдельные театры или концертные бригад, все рождалось внутри коллектива. К каждому празднику были капустники – интеллектуальные.

Ездили в колхозы – и там постоянно были концерты и импровизации. Если ты учился в музыкальном училище, неважно на каком отделении, то просто обязан был играть на гитаре. Подбирали репертуар, пели. Вот такой был творческий досуг.

Но учеба при этом была сложной. Игре на инструменте требовалось отдавать по шесть часов. Ежедневно. Как спорт.

Соседям непросто приходилось – с утра до ночи они слушали этюды, гаммы. Поэтому нередко допоздна задерживались в аудиториях. По-другому сделать из себя музыканта нельзя.

– С чего начинался ваш профессиональный путь в Туле?

– Всегда с гордостью рассказываю, что начинала в детском саду и музыкальной школе поселка Шварцевский Киреевского района. Убеждена, что человек должен знать кухню своей профессии. Поэтому все, что сейчас происходит в муниципалитетах, мне понятно, как говорится, от крови.

Подрабатывала уже на четвертом курсе – это было хорошей мотивацией.

Поэтому уже на четвертом курсе – это было хорошей мотивацией. Там же были и первые пробы пера в ДК.

Окончив училище, я сразу была нацелена на консерваторию – амбиции. После получения красного диплома была аспирантура в Гнесинке, диссертация. Даже докторскую начала писать.

– После Гнесинки не было соблазна остаться в столице?

– Совсем нет. К тому моменту я уже как-то заземлилась в Туле. Была преподавательская деятельность, проекты.

Это прекрасный момент – где родился, там и сгодился. Я счастлива, что приношу пользу своему родному городу, родному краю. И всем этого желаю.

После консерватории меня пригласили преподавать в родные пенаты – в училище. И я сразу вела множество предметов: ритмику, гармонию, музлитературу, сольфеджио. Ну и вскоре Генрих Самойлович Гиндес пригласил меня в филармонию. Предложил попробовать музыковедческое направление, вести курс лекций о серьезной музыке.

Я работала завлитом – заведующим отделом рекламы, все в одном лице. И выходила на сцену как музыковед – лектор.

То, что мы тогда начинали в те годы с Генрихом Самойловичем и Еленой Рудневой, которая тогда руководила детской филармонией, в итоге удалось воплотить в жизнь. Филармония стала площадкой академической музыки. И я этим горжусь.

– Тяжело ли было переходить от творчества к менеджменту?

– Нет. Я была заместителем директора музыкального училища. Руководителем я становиться не хотела. Это подразумевало хозяйственную деятельность, а у меня в тот момент были другие идеи. Я создала научно-методический совет, многих мотивировала поступать в аспирантуру, расти. Инициировала конкурсы – многие из них остались и по сей день. При мне появилось фольклорное отделение, развивалось художественное направление.

С директором мы даже обсуждали возможность создания вуза. Я понимала, что хочу чего-то большего – для развития культуры.

Ну а дальше. Кто-то подумает – везение. А я, как человек верующий, скажу: «Господь управил».

Прежний губернатор Владимир Сергеевич Груздев объявил конкурс в правительство. Меня никто не знал, я ни единого человека в «белом доме» не знала. Честно поговорила со своим директором и подала заявку на конкурс. Был серьезный, долгий отбор: психологи, детектор лжи, собеседования. В итоге сначала я стала заместителем министра образования и культуры.

Тема образования мне была близка, а вот с театрами, библиотеками пришлось, конечно, познакомиться поближе. Я знала и понимала людей искусства, осознавала, на какую почву ступаю – решать задачи чиновника, но в творческой обстановке.

– Был ли страх перед приходом на новую должность?

– Ни страха, ни сомнений. Это у меня в характере. Мой профессор даже звал меня в связи с этим торопыгой.

Я всегда очень быстро принимаю решения, не давая себе времени на сомнения. И никогда не даю страху залезть в душу.

Поэтому я буквально ворвалась в эту сферу. Еще не уволившись с прежнего места работы, до официального назначения, попросила разрешения ходить по учреждениям и коллективам, знакомиться с людьми. Сразу сделала акцент на районы, понимала, что там требуется колоссальная помощь.

А потом пришел Алексей Геннадьевич Дюмин. Амбиции, задачи, которые он перед нами ставит, цели, которых нужно достичь. Всему этому нужно соответствовать, постоянно двигаться вперед. Сложно, но очень здорово.

– А семья как восприняла ваше движение вверх по карьерной лестнице?

– К сожалению, семья – это то, чем приходится жертвовать. В бытовом смысле. Но у медали две стороны. Твои родные видят твои достижения, гордятся тобой. Это важно.

А еще я поняла, что главное – не количество времени, проведенного с семьей, а качество этого общения.

Конечно, бывали так называемые «издержки». Дети иногда обижались – мол, мама все время на работе. Но что поделать. Я такая. Но уверена, что в душе у них понимания гораздо больше, чем обид.

Тем не менее отдыхаем мы всегда вместе. Это очень ценно. Проводим время на даче. Случается, в выходные я уезжаю оттуда на мероприятия, но потом возвращаюсь.

Помогаю детям решать вопросы, поддерживаю супруга, когда это необходимо. Ну а он поддерживает меня.

– Ходит ли министр культуры в музей или театр не по работе?

– Мне в силу профессиональной деятельности приходится многое отсматривать: посещаю концерты, спектакли. Бываю на мероприятиях различного уровня – и в России, и за рубежом. Потому что руководителю отрасли важна насмотренность, наслушанность, чтобы повышать свой уровень.

И сотрудников своих стараюсь отправлять в командировки – чтобы знать, что есть в Питере или в Москве.

Что касается семейных выходов, то сын вместе с другими суворовцами сам ходит в музеи, театры.

Ну а вместе мы увлеклись цирком. На каждую новую программу стараюсь брать его с собой. И однокурсников – ребят из других городов. Такие массовые выходы уже стали традицией.

Бываем в кино. На ребенке я «тестирую» фильмы. Ему нравятся военные, патриотические, спортивной тематики. И друзьям его «заходят». Значит, все хорошо у нас с кинематографом.

– Сын – суворовец, а дочь пошла по вашим стопам?

– Она в IT-сфере. Окончила музыкальную школу, но математические способности взяли свое.

Однако весь ее досуг связан с музыкой. Она всегда чем-то увлечена. То купила синтезатор, кучу нот и начала играть. То решила брать уроки гитары. То занималась с театральным педагогом – постигала ораторское мастерство. На танцы ходит, пробует рисовать, участвовать в фотоконкурсах. Максимально развивает себя – творчески.

– Для себя садитесь сейчас за фортепиано?

– Это мечты. Но, глядя на дочь, хочу вернуться к игре. Потому что навыки не ушли: инструментом, читать ноты с листа умею. Хочется, чтобы музыка вернулась в жизнь на постоянной основе. Но пока это только в фантазиях.

– Нынешнее «Музейное лето» для министра культуры однозначно напряженное. А для туляков какое?

– Очень радостно, что эту тему взял под патронат губернатор Алексей Геннадьевич Дюмин.

Туле уже присвоили звание музейной столицы. Но для того, чтобы люди системно приходили в учреждения культуры, требовался проект. И вот он состоялся – «Музейное лето в Туле».

Пока он еще только набирает обороты, но впереди еще три насыщенных месяца. Мы стараемся сегодня, как говорится, во все лопатки, потому что тулякам и гостям города нужны новые, яркие продукты.

Интересные выставки из Москвы и Петербурга, даже те, что были ориентированы на Запад, уже радуют туляков. Есть уникальные предложения на август и сентябрь – но пока не хотелось бы раскрывать все тайны.

В Щекинском районе прошел Фестиваль крапивы – на мой взгляд, в этот раз лучше и активнее, чем раньше.

Ярким будет фестиваль «Толстой». Впереди – «Сказки деда Филимона», «Двенадцать ключей», День пряника, поленовские праздники, мероприятия в музеях. Мы ждем гастроли казахского театра – это станет знакомством с новой культурой. Коллеги привезут свои лучшие спектакли.

Тула в этом году, как говорит молодежь, жжет. Не хотелось бы сдавать темпов. И думаю, что проект нужно продолжать, чтобы люди знали, что лето можно провести культурно в Туле.

– Что бы вы пожелали тулякам этим музейным летом?

– И деньги, и любовь, и друзья – все это преходяще. А вот то, что ты положишь в свой духовный сосуд – знания, впечатления, опыт – это действительно важно. А что развивает лучше культуры?.. После посещения каждого музея выходишь другим человеком. Я желаю каждому понять, и почувствовать, что такое внутреннее, а не монетизированное богатство. Помнить об этом всегда и развивать себя.

Редакция «Тульских известий» от души поздравляет Татьяну Вячеславовну Рыбкину с днем рождения!

0 комментариев
, чтобы оставить комментарий