Культура

20:28, 03 октября 2012

Усадьба, ставшая судьбой

Усадьба,  ставшая судьбой
При подъезде к Одоеву на высоком берегу Упы виднеется старинный барский дом. В солнечную погоду он притягивает случайных путников кажущимся великолепием. Подойдя к нему ближе, понимаешь, что время не пощадило здание, но уже едва ли можешь отвести взгляд от благородных и спокойных очертаний. Все дело в том, что в доме генерала Мирковича живет история…
Безделушки из дома
с колоннами
Нынешней хозяйке некогда прекрасного имения Ольге Троицкой-Миркович эта история приоткрылась более полувека назад. Бабушка, Елена Михайловна Черская, дала девочке фотографию деда: мальчик лет шести сидит верхом на собаке на фоне дома с колоннами. Показала и вещицы: туалетный столик, несколько стеклянных безделушек – вазочка, яичко, башмачок…
– Этот столик мне подарила свекровь на свадьбу, – рассказала бабушка. – Звали ее Мария Александровна Миркович, и она была хозяйкой того дома.
Хранились в семье старые игрушки, книжки с цветными иллюстрациями.
– В бархатной, отделанной серебром шкатулке держали посуду, – вспоминает Ольга Серафимовна. – У меня был какой-то желтый, как будто пластмассовый веер – как я поняла много позже, сделанный из слоновой кости. Для игры в классики я приспособила маленькую серебряную пудреницу…
О дедушке, Борисе Черском, Ольга знала немного. В конце три­дцатых годов прошлого столетия его арестовали, но в домашних разговорах этой темы предпочитали не касаться.
В том самом туалетном столике внучка нашла свидетельство о смерти деда и справку о реабилитации по 58-й статье. С этими документами она поехала в отдел ЗАГС в надежде пролить свет на судьбу Бориса Болеславовича. Там посоветовали обратиться в архив ФСБ.
История семьи начала проясняться. Женщина узнала вполне предсказуемую, но от того не менее страшную правду: ее дед был расстрелян в 1938 году. Кроме того, документы почти столетней давности хранили и сведения о родстве Бориса Черского с дворянским родом Мирковичей.
Ольга Серафимовна припомнила рассказы бабушки о доме в Одоеве и приняла решение разыскать имение предков, не надеясь, впрочем, на то, что оно сохранилось.
В 1997 году она впервые при­ехала с супругом в районный центр. В местном краеведческом музее обнаружилась фотография уже знакомого дома, на фоне которого снялся не кто иной, как Борис Пастернак.
Директор музея, услышав рассказ гостей, отвез их в деревню Николо-Жупань. Так Ольга Троицкая-Миркович впервые увидела усадьбу предков.

Трижды прадед
В Одоеве это место знали как дом генерала Мирковича, но не представляли, ни что это был за человек, ни когда жил. Музейным работникам и местным жителям была известна лишь постреволюционная история усадьбы. К примеру, что дом не был разорен в 1917 году – его спасла добрая слава хозяев.
Их тогда, конечно, выселили, а здание отдали под школу крестьянской молодежи. В тридцатых годах имение в Николо-Жупани перешло в ведение Союза писателей. В нем открыли дом отдыха, где помимо Пастернака бывали Константин Тренев, Александр Серафимович.
В годы Великой Отечественной войны усадьба сильно пострадала и лишилась большей части убранства. Потом главный дом отремонтировали, но бельведер и некоторые художественные особенности были утрачены.
С 1952 года здесь размещался детский дом. Позднее он переехал в новое здание, а усадебное строение использовалось под общежитие для сотрудников.
Семья Ольги Серафимовны решила заняться изучением фамильной истории. Оказалось, что сведения о генерале Мирковиче сохранили военные архивы. Александр Яковлевич был замечательной личностью. В 1810 году он блестяще окончил Пажеский корпус и вступил на службу поручиком конной лейб-гвардии. Участник Отечественной войны 1812 года, Миркович сражался на Бородинском поле, дошел с войсками до Парижа, присутствовал при закладке храма Христа Спасителя в Москве, а годы спустя был приглашен на церемонию освящения собора, где бы представлен императору Александру III.
Именно Александр Яковлевич и построил дом с колоннами на одоевской земле, в имении, выкуп­ленном у жены Екатерины Александровны, состоящей в родстве с Демидовыми. После смерти супруги он оставил усадьбу единственному сыну Александру, а сам перебрался в Калужскую губернию. В последние годы жизни много времени посвящал сохранению памяти о героях войны с Наполеоном, в частности выступил инициатором возведения мемориала на месте сражения под Малоярославцем.
После сына генерала Мирковича, Александра Александровича, усадьбу унаследовали его жена и три дочери, одна из которых, Мария, приходится прабабкой Ольге Троицкой-Миркович.
Вот так и замкнулась цепочка древнего дворянского рода. Выходит, по старой фотографии и коротким бабушкиным рассказам Ольга Серафимовна вернула из забвения трижды прадеда.

Человек слова
и люди дела
В Одоев семья стала приезжать чаще. И год за годом они наблюдали, как ветшают и разрушаются усадебные строения.
Родовое гнездо, несмотря на то что официально было признано памятником истории и культуры федерального значения, грозило кануть в Лету.
Опасаясь однажды обнаружить на месте дома с колоннами развалины, Троицкая-Миркович начала обходить кабинеты чиновников с просьбами о помощи.
В районной администрации связываться с настойчивыми потомками давно позабытых дворян не пожелали.
– Глава администрации Вячеслав Косарев оказался человеком слова. Как пообещал тогда, что помогать нам не будет, так до сих пор слово и держит, – невесело улыбается Ольга Серафимовна. – Но на долгом пути мы, к счастью, встречали и других людей.
Сотрудники областных ведомств и Министерства культуры РФ поспособствовали в оформлении передачи памятника в долгосрочное безвозмездное пользование с условием восстановления.
Это, правда, еще не было счастливым концом истории. Больше пяти лет ушло на выселение жителей, в основном беженцев, из ветшающего старинного дома, причем выписать всех не удалось до сих пор.
Но для Троицкой-Миркович годы не прошли даром.
– Мы проводили много времени в архивах Тулы и Калуги, – рассказывает Ольга Серафимовна. – Я большую часть жизни проработала инженером Министерства морского флота, муж – сотрудник автосервиса. Поэтому, когда мы приходили в архивы, это выглядело как в басне «Мартышка и очки». Мы совершенно не понимали, с чего начинать поиск. Но надо отдать должное сотрудникам: их поддержка, помощь нас очень выручали.
Общение со старожилами одоевской земли тоже стало приносить нежданные плоды. Люди рассказывали Ольге Серафимовне неизвестные подробности о жизни усадьбы, передавали предметы мебели, вещи, которые хоть и не всегда представляли материальную ценность, но зато хранили память об ушедших временах. Постепенно новым владельцам имения стало ясно, что быть ему музеем.
Троицкая-Миркович собрала необходимые документы и основала автономное некоммерческое учреждение «Культурный центр «Усадьба генерала Мирковича». Вырубили подступавшие к самому зданию заросли, сделали просеку и спуск к реке, подлатали козырек балкона, чтобы не рухнули колонны, одну из комнат первого этажа отмыли, покрасили и сделали там экспозицию, посвященную истории семьи. Супруги и двое их детей все делали своими силами и средствами.
Однако было понятно: и того и другого мало, чтобы создать настоящий музей. Благо помощь снова пришла: выпускники-архитекторы одного из московских университетов вместе с преподавателем сделали проект реконструкции дома генерала.
– Я ознакомилась с опытом восстановления подобных усадеб и могу сказать, что при рациональном расходовании средств реконструкция квадратного метра обходится в тысячу долларов. То есть нашему дому нужно около тридцати миллионов рублей. Сумма вроде не такая большая, и даже есть люди, готовые ее вложить. Но для этого нам нужно получить охранные документы на прилегающую к усадьбе территорию. А сделать этого мы пока не можем.
Явление, которое прежде называли волокитой, а ныне именуют бюрократией, Ольга Серафимовна прочувствовала на себе сполна. Несколько лет ей не удается договориться с районной администрацией о межевании приусадебных земель и оформлении кадастрового паспорта территории. Это важно и для учреждения культуры (ведь русская усадьба – целый комплекс с парком, прудами, хозяйственными строениями), и для инвесторов, поскольку им нужны определенные гарантии. Но для местной власти такие аргументы, видимо, слабоваты.
Несмотря на все эти передряги, центр ведет активную работу. Всякий раз, приезжая в усадьбу (жить при ней в ней постоянно, понятное дело, пока невозможно), Троицкая-Миркович принимает посетителей: школьников, жителей и гостей Одоева, историков, музейщиков. Да и сама регулярно участвует в самых разных мероприятиях. Четыре года назад «Культурный центр «Усадьба генерала Мирковича» стал лауреатом национальной премии «Культурное наследие». В год двухсотлетия Отечественной войны 1812 года Ольгу Серафимовну неоднократно приглашало на торжества областное правительство. Она верит, что помощь придет снова, как это бывало уже не раз, и не опускает руки. Дом с колоннами стал ее судьбой, а от судьбы, как известно, не уйдешь…
Елена КОЛОБАЕВА
Елена КУЗНЕЦОВА

Ранее на тему

На эту же тему