Общество

19:10, 09 ноября 2016

Атомная тайна без грифа секретности

Атомная тайна  без грифа секретности
 Людмила ИВАНОВА

Много лет назад эти люди дали обязательства о неразглашении государственной тайны. И тем самым подписались в бесконечных бедах, которые накрыли их жизни, будто облако ядерного взрыва. Страна потребовала, чтобы ее солдаты вычеркнули из памяти все, что видели и слышали об атомных испытаниях. И при этом первая забыла о них самих. А заодно – об их родных и близких, вынужденных расплачиваться за свое неведение сломанными судьбами и искалеченным здоровьем.

Без подсчета доз
Поседевшие бойцы и сегодня, спустя десятки лет, твердым «нет-нет!» уводят меня от вопросов о местах своей службы.
– Я имею право назвать только цифры, – говорит Николай Иванович Даниленко. – Я служил в воинской части 51966…
И как же нестерпимо больно становится от того, что первый же запрос в Интернет выдает эту самую военную тайну с потрохами. В/ч, о которой чуть ли не шепотом рассказывает подполковник в отставке, принадлежит системе 12-го Главного управления Министерства обороны Российской Федерации, отвечающего за ядерно-техническое обеспечение и безопасность. Находится в Красноярском крае, базируется в городе Железногорске…
Николай Иванович занимался сборкой ядерных зарядов. О том, чем это аукнется в дальнейшем, никто не говорил. Конечно, на заводе догадывались, что имеют дело с плутонием и ураном, но за тяжкими мыслями от радиации не спрячешься. И парнишки, наученные только защищать, а не защищаться, прикрывали страну своим будущим. Медицинская статистика наверняка вела подсчет доз облучения. Но никто из солдат и офицеров так и не получил ни одной бумажки с заветными цифрами, которые спустя много лет могли бы повлиять на размер их пенсий по инвалидности.
Николай Иванович вернулся в родную Тулу, выйдя в отставку. Жены уже нет. Детей и быть не могло. Из давних воспоминаний о столице оружейников – занятия спортом, игра за городскую юношескую сборную по баскетболу, мечты о прекрасном будущем. Но сегодня спорт – только по телевизору, жилье – в родительской квартире, а телефонные звонки – исключительно от друзей и знакомых.
– Знаете, что хочется пожелать ребятам, которые идут в армию? Берегите себя. Думайте о своем продолжении. Не пренебрегайте любой защитой – ни от ядерного, ни от химического, ни от любого другого оружия. Изучайте, что предписывают ученые. И дай бог каждому, чтобы попались отцы-командиры, которым ваше будущее не до лампочки …

Учения длились 15 минут
Пенсионер из села Денисово Ясногорского района служил на Новой Земле в поселке Рогачево. Ожидая решения вопроса о демобилизации, Василий Алексеевич Жилкин отдал армии пять лет молодости. Это по документам. О том, чем расплатился механик по электрообслуживанию вертолетов и самолетов, участвовавших в испытаниях ядерного оружия, в военном билете и медицинской карточке ничего не сказано.
– Какая защита? Какая информация? О чем вы? Никто не задумывался, что нужно беречься. Служба шла буднично. Все стало открываться, только когда рванула атомная станция в Чернобыле и ликвидаторам начали давать льготы и награды. Вот тогда и «наши» подняли головы – мол, как же так, и мы давали присягу и шли на смерть, а оказавшись за грифом секретности, стали невидимы для целого государства…
За очками с толстенными линзами едва различимы глаза Александра Александровича Есина. Зрение – минус 14. Кажется, такого и не бывает. Но реальность и тут страшна своей болью. В 18 лет, когда он проходил медкомиссию, окулист устал менять линзы, подбирая те, в которых призывник различал «ШБ» и «МНК»:
– Минус 8, юноша, отправляйтесь домой!
Но как жить дальше, если военкомат дает тебе от ворот поворот? Есин даже представить не мог, что выйдет оттуда с белым билетом, и упросил отправить его в армию. Служил на Семипалатинском атомном полигоне.
– Только потом я понял, что закинули меня туда как негодный элемент. Ну куда еще с моей слепотой? Когда были взрывы, нас отводили в сторонку, а потом возвращали обратно. В родную казарму. Построили ее за сопкой – за горой земли от предыдущего взрыва. Потом началась рвота, голова раскалывалась, и меня командировали на лечение. Позже вернулся в Тулу и женился на женщине с ребенком. Своих детей так и не привелось. А головные боли оказались неизлечимыми…
На Тоцкий полигон в Оренбургскую область Василий Егорович Климаков попал рядовым солдатом. Командование сразу предупредило, что будет испытание атомной бомбы. Пять месяцев готовились к плановому взрыву, обустраивая бункеры и закапывая технику. Суть учений состояла в «отработке возможностей прорыва обороны противника с использованием ядерного оружия». Тогда самым страшным последствием считалась ударная волна, поэтому все сидели в укрытиях. А вот защитные средства, выданные военным, были совсем смешными – плащ-накидки и противогазы.
Учения длились всего 15 минут. Вскоре после появления атомного гриба прозвучала команда: «К орудию!», и 100-миллиметровая пушка Василия Егоровича дала залп из 75 снарядов. Ствол раскалился докрасна, краска облезла, из носа и ушей солдат текла кровь. А над полигоном начался сильнейший ливень. Можно только догадываться, что за дождь отхлестал тогда наших солдат! После этого голова Климакова покрылась волдырями. Позже начались проблемы с сосудами. На сегодняшний день ему уже трижды меняли глазной хрусталик: ядерная катаракта не проходит бесследно. А лечащий врач Василия Егоровича как-то обмолвился: «Ты прямо как батон колбасы – сверху красивый, а внутри – одна химия».
С этой «начинкой» артиллерист вернулся в родную избу к братьям и сестрам, спал с ними на одной печке. Еще один доктор как-то заохал: «Да ты всю семью заразил!». И почему его не было рядом с солдатами, уходившими на полигон? Впрочем, еще не факт, что и медики были в курсе всех последствий ядерных учений.

О патриотах и казенных сапогах
После испытаний в среде военных ходил анекдот: «Во время атомного взрыва нужно держать автомат на вытянутых руках, чтобы капли расплавленного металла не падали на казенные сапоги». К большому сожалению, многие чиновники и сегодня не в шутку, а всерьез больше заботятся не о людях, а о казенных сапогах.
Новому председателю Тульского отделения Комитета ветеранов подразделений особого риска ­Сергею Викторовичу Филатову трудно найти слова для оправдания «деятелей» соцзащиты, которые встали грудью, лишь бы не выдавать ему списки «атомных солдат». А потому может оказаться, что цифра в 137 человек, которых все-таки удалось свести воедино, еще не окончательная. К счастью, многие из них сами выходят на связь или звонят их родные. Некогда бездомная организация обрела наконец и офис в центре города, на Тургеневской, 12.
В стенах этого помещения меньше всего хочется вспоминать о том, как двадцать лет подряд ветераны подразделений особого риска проводили встречи и собрания, унижаясь и выпрашивая разрешение, чтобы разместиться хотя бы в пыльном коридоре. Сегодня ситуация изменилась. Изначально, правда, им предложили подвальное помещение. И они даже с радостью согласились. Но кто-то из милосердных чиновников тут же обмолвился: «Они же полжизни в бункерах просидели, и опять под землю?»
Ликвидатор двух ядерных аварий на атомных подводных лодках ­Сергей Филатов уверен, что теперь дело пойдет иначе. Ветеранов ПОР будут ждать каждую 1 и 3 пятницу месяца с 11 до 13 часов. Письма и пожелания можно отправлять по адресу kvpor-71@mail.ru. Звонить – напрямую председателю комитета: 8-961-145-15-15. В планах организации – создание небольшого музея, цикл лекций для молодежи и возведение памятника.
И все же многие проблемы решить не удается. Участники подразделений особого риска не имеют права на льготное зубопротезирование, им не разрешается бесплатная парковка, а с присвоением наград – настоящая засада: чтобы получить медаль или орден, нужно указать конкретный подвиг и подтвердить его справкой из архива – и это притом что самые секретные секреты никто не раскрывал!
К счастью, в последнее время ветеранам ПОР предоставлено право на бесплатную диспансеризацию в Тульском кон­суль­та­тив­но-диаг­но­с­ти­чес­ком центре. Кстати, «Тульские известия» всегда информируют этих людей о грядущих обследованиях. Кроме того, имеется возможность рассказать о проблемах сотрудникам соцобеспечения областного военкомата, регио­нального Фонда социального страхования и департамента социальной политики министерства труда Тульской области.
– Мы понимали, что мир нуждается в защите, и воспринимали свою службу как должное, – говорят ветераны. – Ради родной страны были готовы учиться и сражаться, как наши отцы делали это в годы Великой Отечественной. И результат не заставил себя ждать: вскоре после многочисленных испытаний ядерного оружия закончилась холодная война. Но с человеческой точки зрения мы оказались подопытными, как свиньи и лошади, которых приводили на полигоны, привязывали к кольям и прятали за танками или бетонными заборами. Мы лишились здоровья, а дети, если у кого-то и родились, оказались больными. Нас и наши семьи принесли в жертву, чтобы люди осознали опасность ядерного оружия и не применяли его.
Что же нужно взамен этим «атомным солдатам»? Память, уважение и правда о случившемся. Иначе подразделением особого риска может оказаться все человечество.
0 комментариев
, чтобы оставить комментарий