Общество

21:48, 04 февраля 2014

Крейсер «Варяг»: жизнь после подвига

Крейсер «Варяг»: жизнь после подвига
Валерий РУДЕНКО

В сражении при Чемульпо крейсер «Варяг» выпустил по превосходящим силам японской эскадры 1105 снарядов, канонерка «Кореец» – 52 снаряда. Огнем русских кораблей были серьезно повреждены три крейсера противника, потоплен один миноносец. На израненном «Варяге» из экипажа в 570 человек было 122 убитых и раненых, легкие ранения получили более 100 человек. Всего час длился бой, но этот час предопределил дальнейшую судьбу уцелевших моряков.

После триумфального возвращения с Дальнего Востока, почетного обеда с царем, награждений и торжественных приемов варяжцы вновь окунулись в рутину флотской службы. И сложно сказать, кому из них пришлось труднее. Командиру с его либеральными взглядами, внезапно ставшему частью высшего света? Офицерам, привыкшим к демократичной, доброжелательной атмосфере «Варяга»? Или матросам, оказавшимся в новых экипажах, где были свои нравы, свой устоявшийся уклад?
Командир
После Чемульпо капитан I ранга Всеволод Федорович Руднев был награжден орденом Святого Георгия 4-й степени и произведен во флигель-адъютанты с назначением командиром 14-го флотского экипажа и строящегося в Петербурге эскадренного броненосца «Андрей Первозванный». Однако уже в ноябре 1905 года из-за снисходительности к революционно настроенным матросам он попал в опалу. Сначала его отправили в отставку «с мундиром и пенсиею по положению». Затем последовал запрет на посещение кораблей и флотских экипажей. И наконец, Руднева вызвал морской министр, чтобы объявить: его пребывание в Санкт-Петербурге, по мнению влиятельных лиц при дворе, является нежелательным. Всеволод Федорович уехал в небольшое имение между селами Мышенки и Савино Алексинского уезда (ныне Заокский район) близ Московского тракта. Там он и прожил до своей кончины в июле 1913 года.
У односельчан о нем осталась добрая память. Вот что рассказывал в 1979 году пожилой крестьянин села Мышенки, который подростком участвовал в похоронах Всеволода Федоровича: «Хороший был барин! Наши мужики часто ходили к нему за советом, делились радостями и бедами, помогали ему строить мансарду, где потом была опочивальня его супруги, помогали советом и делом по уходу за садом… Когда мужики узнали, что адмирал тяжело болен, то часто заходили справиться о его здоровье, приносили молоко, мед, овощи. А каждое воскресенье, возвращаясь со службы в Казанской церкви села Савино, подходили к воротам имения, выстраивались и начинали хором петь: «Наверх вы, товарищи, все по местам...» Несмотря на болезнь, адмирал выходил, садился на скамью у ворот. Слушал. По его щекам и бороде текли слезы. Иногда просил повторить песню, а потом одаривал каждого полтинником, а то и рублем, и мы удалялись с поклоном. Несмотря на теплую погоду, он выходил в последнее время одетым в тулуп и валенки».
Хоронили Руднева без воинских почестей, но при большом стечении жителей окрестных сел. Никто из официальных лиц Тульской губернии и Военного ведомства не приехал проводить в последний путь опального героя-моряка. Единственным военным, присутствовавшим на похоронах, был его старый друг и сослуживец по Балтике адмирал Абрамов.
Корабельный священник
Уроженцу города Черни Тульской губернии, выпускнику Тульской духовной семинарии священнику Михаилу Ивановичу Рудневу, однофамильцу командира, было тогда 42 года. Перед боем иеромонах Михаил благословил моряков иконой Александра Невского, а во время сражения, по свидетельству «Московских ведомостей» от 14 апреля 1904 года, «переходил с места на место, с крестом в руках и с молитвой и добрым словом утешения на устах, воодушевляя воинов, подавая духовную помощь раненым».
По возвращении с Дальнего Востока иеромонах Михаил недолго пробыл клириком Морского Богоявленского собора в Кронштадте. Летом 1904 года он приезжал в Чернь к родителям – жили они в своем доме у мельницы, отец его тоже был священником. Михаил Иванович после этого прожил недолго – в январе 1906 года умер в кронштадтском госпитале. У него осталась дочь Мария, которая, по свидетельству старожилов, преподавала в чернской школе немецкий язык в 1918–1919 годах.
Экипаж
Моряков «Варяга» после возвращения с Дальнего Востока разбросали по разным экипажам. Большая группа попала на броненосец «Потемкин», часть оказалась в Свеаборге и позднее активно участвовала во вспыхнувших там восстаниях: для них, помнящих доброе отношение к рядовым со стороны офицеров «Варяга», были особенно нетерпимы бессмысленная муштра и полное бесправие на новом месте службы. Неудивительно, что в Первой русской революции, в революциях 1917 года, Гражданской войне большинство варяжцев приняли сторону борцов за новую жизнь. Лишь немногие воевали за белых и вместе с остатками их армий ушли в эмиграцию.
На несколько десятилетий о подвиге «Варяга» забыли. Но в 1954 году по инициативе ветеранов ВМФ широко отмечалось 50-летие сражения при Чемульпо. Правда, поставить в Туле памятник командиру «Варяга» к тому времени не успели – это было сделано лишь в 1956-м. Но юбилейную дату отметили не только торжественным собранием в Центральном доме Красной армии, на которое пригласили немногих доживших моряков «Варяга» и «Корейца» – их оставалось тогда около 50 человек. По инициативе адмирала Николая Кузнецова Указом Президиума Верховного Совета СССР им были вручены медали «За отвагу» и назначены персональные пенсии союзного значения. В их числе были и наши земляки: ординарец Руднева Тихон Иванович Чибисов и кочегар I статьи Петр Егорович Поликов, бывший потемкинец. После подавления восстания на броненосце Поликова, как и других варяжцев с «Потемкина», лишили наград за бой с японцами, а в 1955 году, напротив, наградили орденом Красной Звезды. Но самой высокой наградой среди варяжцев – орденом Ленина – был в 1943 году награжден младший врач крейсера Михаил Банщиков, работавший главным врачом одной из больниц блокадного Ленинграда. Его не стало в 1944-м.
…Время очистило подвиг «Варяга» от идеологических наслоений, вернуло нам историческую память. Она нашла концентрированное выражение в экспозиции Заокского музея адмирала Руднева, в гвардейском ракетном крейсере «Варяг» (славное имя присвоено флагману Тихоокеанского флота по инициативе Тульской области), в многолетней традиции шефства региона над тезкой героического корабля, экипаж которого ежегодно пополняют лучшие призывники с Тульской земли.
0 комментариев
, чтобы оставить комментарий

Ранее на тему