Общество

18:09, 18 апреля 2016

Не малявы, а весточки

Не малявы,  а весточки
 Людмила ИВАНОВА
 Маргарита РИМАР

«Привет, Павел, как у тебя дела? У нас все хорошо. Все мы ждем, когда ты придешь целым и невредимым. Твой брат Володя». – Паренек бережно сложил желтый треугольник солдатского письма и передал девушке в военной форме…

Отнять, чтобы понять
Немцы прорвались к Туле в середине осени с юга. Орел они взяли практически без боя и надеялись, что так же, без крови, войдут и в наш город. Пьяные от шнапса и боевых удач, они шли в полный рост и горланили песни. Разведка давно доложила, что в Туле остались только старики да бабы. А намотать их кишки на траки было проще простого. Немцы и подумать не могли, что навстречу им вый­дут люди, вооруженные великой любовью к Родине и неизбывным желанием отомстить за осиротевших ребятишек.
К тому времени, когда гитлеровцы подошли к столице оружейников, горожане успели эвакуировать на Урал оборонные предприятия, появились Комитет обороны и Тульский рабочий полк. Зенитчики и летчики защищали небо  над городом.
Один из пилотов, молодой сержант, на подбитой машине пытался долететь до зенитной батареи немцев, но не дотянул. Машина упала в сотне метров от фашистского оружия, немцы окружили это место, и летчик сгорел живьем. Долгое время его судьба была неизвестной. Но о пилоте, погибшем и похороненном в районе Ясной Поляны, помнило местное население. По архивным данным и словам однополчан выяснилось, что героя звали Николай Долгих. И умер он в 20 лет…
Парнишки с бритыми затылками всматриваются в фотографию героя, которая хранится в Тульском краеведческом музее, и высчитывают, на сколько старше них был этот безусый летчик. Всего-то от 20 отнять 18.
А молодой экскурсовод – по возрасту ненамного старше пацанов из Алексинской воспитательной колонии – уже переходит к рассказу о следующем герое…

Другой пример
С прошлого года в Алексинской воспитательной колонии реализуется инновационный социальный проект «Подвига героев – стать достойными», координируемый директором Объединенного проф­техучилища регионального УИС Вячеславом Кочетыговым.
В рамках масштабного мероприятия ребята, попавшие за колючую проволоку, встречаются с ветеранами Великой Отечественной войны, бойцами, прошедшими Афганистан и Чечню, готовят вечера памяти, выезжают к мемориалам.
Все это делается для того, чтобы мальчишки узнали о сильных духом, поняли, что быть дерзким и смелым можно, не преступая закона, и брали пример с тех, у кого это реально получилось.
Тульский краеведческий музей стал очередным пунктом в обширном плане патриотического воспитания. На уроках истории колонисты уже не раз вели речь об обороне Тулы. Самые лучшие в учебе и дисциплине заслужили право поехать в областной центр, чтобы прикоснуться к героическим событиям 75-летней давности.
– Во время боев за Тулу отличались и простые жители, – продолжает экскурсовод. – В период оккупации Ефремова семья Горшковых организовала целый госпиталь, в котором возвращала к жизни раненых бойцов. Ефремовцы выходили  52 красноармейцев...
А имя Саши Чекалина уже много лет носит город, в котором он погиб, борясь с фашистами. Примкнувший к партизанскому отряду парнишка подрывал поезда, брал «языков». Но когда заболел и оказался в деревне, местный староста выдал его немцам. Враги безжалостно пытали пацана, но он не выдал партизан. Над Сашей устроили показательную казнь. Юношу повесили на центральной площади Лихвина и полтора месяца не разрешали снимать с веревки. Когда же город освободили наступавшие части Красной армии, паренька похоронили с почестями…
Колонисты всматриваются в очередную фотографию за стеклом. Саше Чекалину было 16 лет. Теперь уже нужно посчитать, на сколько он моложе…

Письмо от брата брату
Переходя от одного стенда к другому, ребята собирают из пазлов карту обороны Тулы, отвечают на вопросы о ее героях.
Конечно, парни, попавшие в колонию из Ярославской, Владимирской и Ивановской областей, могут и не знать основных вех памятных событий. Но те, что родом из Тульской области, хорошо ориентируются в родной истории и порой переигрывают даже воспитателей, которые, пожалуй, с не меньшим интересом вслушиваются в слова музейных работников.
Пацаны разглядывают ржавые автоматы, пробитые каски, потускневшие листовки. Все это – эхо войны, которое до сих пор встречается на полях боевых сражений. Член молодежного военно-исторического объединения «Муравский шлях» Дмитрий Тимачев – а именно он проводил экскурсию для алексинских колонистов – рассказывает не только о сражениях, но и о часах затишья, когда бойцы чинили порванную одежду и писали письма родным и близким.
Дмитрию помогают девушки, переодетые в военную форму:
– Фронтовое письмо отличалось от обычного. Оно было лаконичным, потому что писалось в промежутках между схватками. Бумага использовалась самая простая, вместо ручки брался карандаш, чтобы уберечь письмо от растекания, если попадет в воду. Письма внимательно проверялись военной цензурой, поэтому в них не разрешалось сообщать о местах дислокации и о потерях. Возьмите по листочку, представьте, что вы далеко от дома или на фронте ваш старший брат, и напишите письмо сами.
Колонисты берутся за карандаши. У каждого вдали остались родные: отцы и матери, братья и сестры, бабушки и дедушки.  И они тоже ждут своих мальчишек.
«Привет Володя. У меня все хорошо. Жив-здоров. Скоро буду дома, не переживай. По всем вам скучаю. С добром – твой брат Паша».
0 комментариев
, чтобы оставить комментарий

Ранее на тему

На эту же тему