Общество

09:00, 14 августа 2015

Цветы, комбайны и Гамзатов

Для того чтобы сделать хорошее интервью с человеком, нужно хотя бы на 15 минут его полюбить. Так учили молодежь, прибывавшую в ряды газетчиков, известинские старожилы. Возненавидеть, конечно, тоже можно, но по ситуации. В любом случае общение с людьми – основа журналистской работы.

В первых номерах «ТИ» за 1992 год шли материалы под рубрикой «Что было? Что будет? Чем сердце успокоится?», в которой корреспонденты интересовались ожиданиями от жизни в новом государстве у самых разных людей – пенсионеров, фермеров, врачей. Была среди героинь рубрики и цветочница Надя, вчерашняя старшеклассница. Вся ее жизнь проходила перед глазами журналистки: в 1991-м комбайновый завод, где та работала распредом, а когда захандрила, ее свели с «южными мальчиками», которые торговали цветами, потом хозяин точки продал ее своему приятелю…
«Я встретила свою знакомую возле магазина «Нива», на углу Первомайской и проспекта. Ее парень предлагал прохожим гвоздики, а она, прижимаясь к стене за его спиной, составляла букетики.
– Как живешь, Надя? – спросила я.
– Нормально, – буркнула она. Заметив, что я хочу что-то еще спросить, испуганно стрельнула глазам в сторону своего парня и добавила: – Идите вы!..»
Вот такое получилось интервью.
В общении с людьми бывало всякое. Так, нашему культурному обозревателю довелось однажды беседовать со знаменитым тульским чемпионом по боям без правил Магомедханом Гамзатхановым, более известным как Волк-Хан. Задушевный разговор как-то не вязался – собеседник, человек скромный и не умеющий бросать слова впустую, отвечал кратко, без подробностей. И тогда журналистка, проведя впустую несколько приемов, заметила на столе у борца три малахитовых фигурки аксакалов и стала читать стихи его выдающегося земляка Расула Гамзатова. Волк-Хан, поняв, что перед ним «свой человек», начал читать их по-аварски. Стоит ли говорить, что интервью получилось отличным?
Автор этих строк, конечно, тоже сталкивался с трудными собеседниками. Как-то утром мы приехали в одно из плавских хозяйств – поговорить о том, как идут дела, как движется уборочная. Но руководитель предприятия был вынужден срочно уехать в Тулу на совещание, а нас оставил на попечение агронома, который, несмотря на поручение начальника, общаться с нами категорически отказался.
– В прошлый раз приезжали журналисты – так у нас в тот же день два комбайна сломались, а я человек суеверный. Так что мою фамилию даже не пишите! И не фотографируйте! – пояснял агроном, отгородившись от досужих газетчиков дверью «уазика».
Добиваться от него информации о том, на какой площади посеяны зерновые, каких сортов, сколько в хозяйстве комбайнов, пришлось с боем. Но маленькая заметка «Крестьянские суеверия», которая вышла в «ТИ», для меня ценнее иных материалов размером с полосу.

Ранее на тему