Общество

00:00, 05 мая 2018

Время первых: Евгений Дронов – Герой Труда

Время первых: Евгений Дронов – Герой Труда
Ольга ЛАНИНА
Геннадий ПОЛЯКОВ

Перед майскими праздниками генерального директора акционерной компании «Туламашзавод» Евгения Дронова наградили Золотой звездой Героя Труда Российской Федерации. Оценивая жизненный путь, он выносит суровый вердикт: не удержи он завод в лихие 90-е годы – не было бы никакой награды.

25-летний начальник цеха
За плечами Дронова – долгий и далеко не простой жизненный путь со своей историей и коллизиями.
Когда задаем вопрос, мечтал ли он после окончания института дорасти до директора, Дронов отвечает, что и в мыслях такого не было. А что было?
Труд на износ и задача выполнения плана.
 – Многие, кого после политехнического института распределили на ТОЗ, мечтали, чтобы скорее закончились три года «обязаловки», чтоб потом подыскать себе местечко потеплее, – рассказывает Евгений Анатольевич. – Ритм работы был очень тяжелым. Не проходило месяца, чтобы мы не ночевали на заводе. Иногда оставались по два дня подряд. Однажды поставили рекорд, когда трое суток не выходили за заводские проходные. Почему? Да потому что при плановой советской экономике первого числа каждого месяца надо было отчитаться о проделанном. А невыполнение плана грозило лишением премии и взысканием по партийной линии.
Но вот прошло три года, а молодой специалист не сбежал с оборонного предприятия.
– Почему я остался? – продолжает директор. – С одной стороны, прикипел к работе, с другой – налицо был карьерный рост. Я заканчивал отработку по направлению в должности заместителя начальника цеха. Потом в 25 лет стал самым молодым начальником цеха Тульского оружейного завода. А возглавлявший в ту пору ТОЗ Евгений Николаевич Сабинин пообещал мне квартиру. Правда, так и не дал (смеется. – Ред.) В 25 лет я был уже в браке, и вопрос с жильем стоял довольно остро.

Оборонка родом из детства
На самом деле Дронов, как скромный человек, просто прячет за бытовые предлоги истинную суть дела. Он не мог не остаться в оборонке.
Послевоенный мальчишка, сын кадрового офицера-фронтовика, Женя Дронов объездил с родителями по гарнизонам практически всю страну. Потом отец служил в группе советских войск в Германии, в городе Магдебурге. Таких, как он, пацанов, называли «детьми полка». Любопытный мальчуган вместе с другой ребятней лазал по танкам в батарее прикрытия в танковом полку.
– В 8 лет отец научил меня стрелять из пистолета Стечкина, – вспоминает Евгений Анатольевич. – А потом грянула хрущевская «оттепель» – сокращения в Вооруженных силах. Отца уволили, не дав ему дослужить полгода до пенсии. Мы переехали на постоянное место жительства в Тулу.
Вначале семья обосновалась у бабушки в деревне Михалково.
Через три года в знаменательный день полета Гагарина в космос, 12 апреля 1961 года, грузовик ЗИЛ перевез их в новую квартиру на улице Руднева в Туле. Уже в зрелом возрасте Дронову предлагали переехать в Москву, но он не отказался от малой родины – оружейной столицы.
Потом была учеба на машиностроительном факультете в Тульском политехническом институте по специальности «полигонные установки». А затем – дорога в оборонке длиною в жизнь. У Дронова в трудовой книжке всего две записи мест работы – Тульский оружейный завод и завод имени Рябикова, теперешний Тульский машиностроительный.

Учитель жизни
Своим главным учителем Евгений Анатольевич считает Виталия Михайловича Романова, который работал на оружейном начальником цеха, потом заместителем директора по производству. Именно с ним Дронов начинал на ТОЗе. Он же переманил перспективного специалиста на завод имени Рябикова, когда перешел туда сам.
– Работать я учился у него. Замечательный был человек, эрудированный, начитанный. Сам успевал «поглощать» много художественной и специальной литературы. К этому приучал и подчиненных.
– У Романова были определенные черты характера, – вспоминает Дронов. – Но основное, что я попытался перенять, – доброе отношение к сотрудникам.
По постановлению Совета министров СССР на заводе нужно было организовать ракетное производство. На это развивающееся направление и поступил с оружейного Дронов.
На «Туламашзаводе» он прошел путь от начальника цеха до генерального директора акционерной компании, не пропустив ни одной карьерной ступени.

Из своего окошка зарплата надежнее
Директор из народа приступал к руководству в непростые «нулевые» годы. Тогда речь шла о самом существовании предприятия. Сейчас Евгений Анатольевич с благодарностью вспоминает людей, которые поверили в него и в его программу обновления.
– С 2002 года мы затеяли большую перестройку на заводе, – рассказывает Дронов. – Основным пунктом была реструктуризация предприятия. Часть производственных мощностей, которые на заводе были слабо загружены, мы выделили в самостоятельные «дочки». Так у нас появилось металлургическое предприятие, которое сегодня работает по прямым заказам, потом – предприятие, которое изготавливает пластмассы и резину. Так мы выделили в дочернее предприятие и «Станкостроение», которое сегодня изготавливает оборудование для нефтянки и газовиков. Аналогично организовали отдельное подразделение, которое делает механику для основного завода. Тот же путь прошло и инструментальное производство.
Объяснение этому у Дронова вполне логичное. Раньше за зарплатой все ходили в одно окошко – в кассу. Наличие или отсутствие денег в ней не касалось никого, кроме самого директора. Самостоятельность же подтолкнула людей к необходимости «барахтаться в жизни»: искать заказы и зарабатывать деньги.
Чтобы остаться на плаву, люди начали проявлять инициативу, связываться с РЖД и предприятиями машиностроительного куста. Появились заказы, с ними и финансы.
– А когда появились деньги, – добавляет Евгений Анатольевич, – заработал второй пункт программы – техническое перевооружение. Сегодня у нас на заводе вы не увидите ни одного универсального станка. Везде стоят трех-, четырех-, пятикоординатные обрабатывающие центры. А один такой «монстр» заменяет шесть или восемь универсальных станков. Теперь умножьте это на количество людей, которые обслуживали старое оборудование. Численность основных рабочих уменьшилась минимум в шесть раз. И в шесть раз как минимум возросла производительность труда. Отсюда появились дополнительные средства, которые пошли на разработку новых изделий.

Без кредитов – десять лет
Итоги за 16 лет руководства директор иллюстрирует цифрами, и получается «картина маслом».
– Когда в 2002 году я принял завод, объем производства предприятия составлял 1 миллиард 950 тысяч рублей, – поясняет Дронов. – Кредитная масса превышала годовой оборот завода и достигала 2 миллиардов 200 миллионов руб­лей. Выработка на одного работающего была на уровне 220 тысяч рублей. А средняя заработная плата не превышала 3 тысяч рублей. Сегодня объем производства – 16 миллиардов рублей. Получается, что за это время мы выросли в восемь раз! Выработка на одного работающего составила 2 миллиона 600 тысяч рублей. (Рост – на порядок!) Кредитов у нас нет. Мы 10 лет работаем без заемных средств. А зарплата по прошлому году в среднем составляла 42 тысячи рублей, в этом – приблизится к 47 тысячам рублей. Это отражается в коллективном договоре, вносится в бюджет. Мы ежегодно принимаем бюджет, в котором все прописываем и принимаем.

Арктический «Панцирь» и другие новинки
Сейчас основные усилия машзавода направлены на завершение государственной программы вооружения до 2020 года. Но Дронов не может жить без задела. И здесь у него громадье перспективных планов.
– Сейчас мы работаем над продолжением темы «Панцирь», – конкретизирует Евгений Анатольевич. – С 2000 года завод изготавливал боевое отделение сухопутного «Панциря», а теперь мы выпускаем арктический вариант и первую партию морского. Новые изделия в ближайшее время будут поставлены на корабли.
Далее машиностроители начнут осваивать новую для себя ракету – изделие «Корнет» разработки Конструкторского бюро приборостроения. Со следующего года пытаются выйти уже на серийный выпуск. Кроме того, предприятие занимается постановкой на производство новой пушки калибра 57 миллиметров Василия Грязева. Это была его последняя конструкторская разработка, поэтому для машзавода престижно внедрить ее в серию.
– На данном этапе производство серьезно загружено изделиями для обороны, – объясняет Дронов. – С 2002 года мы ежегодно прирастаем в среднем на 12%. Даже с условием инфляции – это серьезная характеристика, которая тянет на уровень мировых стандартов. Такая возможность появилась за счет полной модернизации производства.
Возрождение мотороллера
Но Дронов прекрасно понимает, что теперь не получится сидеть на одной спецтехнике. Он и сам говорит, что придет время, когда инвестиции в оборонку будут уменьшаться, а рабочие места на заводе сокращать не хотелось бы. Надо брать новую гражданскую продукцию и быть конкурентоспособными.
Тем более что такую задачу ставит и президент страны. Путин заявил, что к 2021 году объем гражданской продукции на оборонных предприятиях должен составлять не менее 30% от общего объема производства. Но и здесь «Туламашзавод» впереди своих коллег.
– У нас уже сегодня объем гражданской продукции составляет 30%. Для себя мы ставим новую планку: к 2021 году довести объем «гражданки» до 50%.
Для этого предприятие работает по нескольким направлениям. Оно продвигает уже имеющиеся разработки: дизель-генераторные установки двойного назначения, оборудование для тушения пожаров и мини-сельхозтехнику «Тарпан». Но есть у акционерной компании и совершенно новые разработки. По словам Евгения Анатольевича, совместно с итальянцами завод начал выпускать гамму коммунальной техники для уборки и ремонта дворовых территорий. Сюда входит подметальная машина и машина для уборки снега, мини-экскаватор и машина для ямочного ремонта дорог на основе дизельного двигателя, мусороуборочная машина и другое. Семь наименований за пять миллионов рублей. Директор утверждает, что цена упадет, когда итальянскую экипажную часть тоже будут выпускать на предприятии.
«Туламашзавод» серьезно занимается станкостроением, и уже готовы два новых собственных пятикоординатных станка, чем Евгений Анатольевич очень горд. К 2021 году стоит задача довести объем выпуска станков хотя бы до 100 штук в год. Для себя и на продажу. В условиях ужесточившихся экономических санкций Запада он старается наладить у себя выпуск полного спектра инструмента. Ведь что такое импортный станок без резца? Груда металла, пусть даже и современного. А предприятие, как передовое, просто напичкано зарубежными обрабатывающими центрами…
Но у Дронова есть тайна, которой он поделился под большим секретом. «Туламашзавод» возобновляет выпуск мотороллера. Теперь он будет с кабиной и сможет перевозить до тонны грузов. Первый экземпляр уже сейчас «накручивает» километры по пробегу, чтобы его можно было аттестовать. Одна из разновидностей мотороллера сможет ездить от электродвигателя.

С пяти лет причислен к машзаводу
Реструктуризация предприятия, по идее Дронова, должна была проходить с дальним прицелом. Никакой модернизированный завод не выживет, если руководство не будет думать о кадрах.
– Предположим, ваш сын пришел в спортклуб «Машиностроитель», надел футболку с гербом «Туламашзавода». Ответьте мне на вопрос: в 18 лет он какой завод выберет? Поэтому в самые тяжелые для завода годы мы не отказались ни от «социалки», оставшейся с советских времен, ни от учебного центра. Все считали, что непрофильные активы только отвлекают финансы, ничего не давая взамен. На самом деле содержание социальных объектов – это инвестиции в человека, или отложенная на годы прибыль.
«Туламашзавод» давно вышел из кризисной ситуации, сохранив и обновив Дворец культуры и Дом спорта, мотоклуб, базу отдыха на Оке, пасеку на 60 ульев, охотхозяйство, а сейчас здесь работают над гостиничным комплексом.
– Вы даже не знаете, что месяц назад мы сдали корпус 3-звездочной гостиницы на 150 человек. – рассказывает Евгений Анатольевич. – Мы начинаем заниматься с детьми с 5-летнего возраста, чтобы вырастить достойного машиностроителя. Ничего не проходит просто так. Деньги надо считать сегодня, но еще надо смотреть и в перспективу. Отсюда растут династии на заводе, отсюда и преемственность поколений.
Для воспитания своих кадров и подготовки специалистов для других предприятий здесь работает учебный центр. Причем он тоже не прекращал функционировать в самые сложные для завода времена. Сейчас там готовят рабочих по 32 специальностям. Ученикам платят солидную стипендию в 12–14 тысяч рублей.
«Дети войны» ищут место
Евгений Дронов не только возглавляет огромную акционерную компанию. Он еще депутат городской Думы и благотворитель. Многие люди и организации обращаются за помощью к Евгению Анатольевичу. И в большинстве случаев не получают отказа. Если в Тульский социальный техникум для детей с ограниченными возможностями и сирот понадобились швейные машины, было закуплено современное оборудование.
А однажды тулячка пришла в администрацию области с идеей памятника детям, которые в Великую Отечественную войну трудились в промерзлых цехах оборонных предприятий. Отлить скульптурную композицию Юрия Уваркина на своем заводе согласился опять депутат Дронов. Сейчас девочка и мальчик из бронзы уже стоят в литейном цехе предприятия. Дело за малым – определить место для памятника.

Звезда под номером 30
Наградной список Евгения Анатольевича не умещается на одном печатном листе. На вопрос, какая из наград ему дороже всего, отвечает, что, конечно, последняя.
– Я не буду оригинальным, если скажу, что самая дорогая и весомая награда та, что сейчас на груди – Звезда Героя Труда. Она подводит итог моей работы. Эта награда существует с 2013 года. У меня Звезда под номером 30. В стране, в которой проживают 150 миллионов человек, предположим, что 50 миллионов – трудоспособных. А такую награду имеют честь носить только 32 человека. На награждение, как команду поддержки, я взял 15-летнего внука и 10-летнюю внучку. Сама церемония проходила в Георгиевском зале Кремля, и у них это событие, конечно, запечатлелось навсегда. Я был бы очень рад, если б внук Макар продолжил путь в оборонку. Сейчас он очень интересуется историей страны и оружия – в частности. А для чего мы, собственно, живем, работаем, развиваем завод? Все это мы делаем для будущего. А будущее – это кто? Наши дети и внуки.
0 комментариев
, чтобы оставить комментарий