Здоровье

12:09, 22 октября 2021

Дела сердечные

Дела сердечные

В его регалиях легко заблудиться – не каждый даже народный артист может похвастать таким внушительным шлейфом, сотканным из профессиональных достижений и званий. А если говорить про дела сердечные, то тут и вовсе с ним не тягаться. Председатель правления общества специалистов по неотложной кардиологии, руководитель отдела заболеваний миокарда и сердечной недостаточности национального медицинского исследовательского центра кардиологии Минздрава России, доктор медицинских наук, профессор, заслуженный деятель науки России Сергей Терещенко о сердце знает всё и охотно делится информацией с врачами по всей стране. Эксперт побывал в Туле и, несмотря на очень плотный график, дал эксклюзивное интервью «Тульским известиям».

– Сергей Николаевич, коронавирус – по-прежнему, тема №1. С него и начнём. Так действительно ли он чрезмерно опасен для сердца и сосудов?

– Начну издалека. Любая инфекция для больной сердечно-сосудистой системы опасна. У тех, кто перенёс острые респираторные заболевания, буквально через две недели происходит обострение сердечно-сосудистых проблем, это общеизвестный факт. COVID-19 внёс свой негативный вклад в смертность при сердечно-сосудистых заболеваниях. А причина в том, что при COVID-19 нарушается свертываемость крови, повышается риск тромбообразования, инфарктов, инсультов и различных системных эмболий. Потому в обязательном порядке и назначаются антикоагулянты.

– Про свёртываемость крови ходит много «страшилок», в том числе и расхожее: одно лечим, другое калечим. Правда ли, что лечении от коронавируса наносит вред сердечно-сосудистой системе?

– Нет. При COVID-19 не назначаются лекарства, ухудшающие течение сердечно-сосудистых заболеваний. Я не хочу выступать рекламным агентом какого-то препарата, но, есть, например, колхицин, который сейчас используется при COVID-19. Так уже даже доказано его позитивное влияние на течение сердечно-сосудистых заболеваний. Приём его снижает риск развития инфаркта миокарда, осложнений.

– Это неожиданный эффект?

– Да, случайно был обнаружен. Ну и в целом, при коронавирусе врачи назначают прямые антикоагулянты, которые используются в лечении сердечно-сосудистой системы. Заверяю: нет таких препаратов, которые ухудшают течение сердечно-сосудистых заболеваний или провоцируют их. Здесь другая проблема: больные с COVID-19 сами прекращают прием лекарств, назначенных кардиологами, считая, что большое число таблеток может негативно повлиять на организм. Так вот: ни в коем случае нельзя отказываться от исполнения предписаний врача в лечении сердечно-сосудистых заболеваний, неважно, каких. Иными словами, проблема не в лекарствах, а в больных.

– И как с этой бедой бороться, когда каждый сам себе врач: прописывает или отменяет по своему желанию назначения медиков?

– Думаю, объяснять людям. Только не пугать! У нас, к сожалению, в СМИ, в интернете, да везде идёт запугивание. Сейчас вообще все стали специалистами в COVID-19, всё знают и пишут порой такой бред, что диву даешься! У меня вопросы возникают: а ты где учился? Очень много негатива и неверной информации.

– В том числе и в отношении прививок. Как они на сердце действуют? Как вы и говорите: слухов и домыслов – ворох, люди мусолят в соцсетях страшные байки…

– Если взять европейские и американские рекомендации по лечению сердечной недостаточности, те самые, по которым работает вся Западная Европа и врачи в США, то в них прописана обязательная вакцинация от гриппа! Если не хотите обострений заболевания, то надо прививаться. Это было доказано гораздо раньше, чем появился COVID-19. И тогда никто не возмущался, глупых слов не говорил. Тут нужно понимать, что вакцина – это средство, которое, как любое лекарство, имеет свои побочные действия, плюсы и минусы. Да, вакцинация не даст 100-процентной гарантии, что никто никогда не заболеет, но она необходима, чтобы не было ухудшения течения основного заболевания.

– То есть нужно руководствоваться принципом большей пользы?

– Безусловно.

– Профилактику коронавируса все знают: маски, дистанция, гигиена, прививки. А в условиях борьбы с COVID-19 профилактика сердечно-сосудистых заболеваний какова?

– Да вся та же самая, что и была до пандемии: здоровый образ жизни. Ничего нового. Главное, следовать принципам ЗОЖ постоянно. А то ведь у нас как: немного позанимались и бросили; препарат курсом пропили и думают, что всё в порядке. Нет. Так не может быть. Мы всю жизнь идем к заболеваниям сердечно-сосудистой системы, а потом считаем, что прием таблетки решит все проблемы. Но, увы.

– А как мы идем всю жизнь? Как раз нарушая принципы ЗОЖ?

– Конечно.

– То есть если я с сознательного возраста, конечно, чем раньше – тем лучше – буду вести здоровый образ жизни, у меня не возникнет проблем с сердечно-сосудистой системой?

– К сожалению, это не так. Риск развития уменьшится, но мы не боги и не можем предсказывать. Хотя все проведенные на сегодня исследования доказали: если человек не переедает, не увлекается жирной пищей, занимается физической нагрузкой – именно физкультурой, а не спортом, – старается не нервничать, ведь стресс – очень мощный фактор, провоцирующий заболевание, то шансы остаться здоровым, безусловно возрастают.

– В еде себя можно ограничить, как и заставить заниматься физкультурой, но как от стресса себя оградить?

– Это самое сложное. Надо к философам обратиться. Мы, к сожалению, учимся на своих ошибках. Надо понимать, что стресс – самый вредный фактор, который расстраивает работу организма. Так что нужно учиться управлять собой. Кто-то и к помощи психологов прибегает.

– Стресс – это ведь не про возраст. То есть действительно, если говорить о кардиозаболеваниях в целом, то они молодеют?

– Это так. И, да, виной тому стресс. Есть такой парадокс блокадного Ленинграда. Во время изоляции люди практически не умирали от инфарктов. Попросту такой болезни не было. Но вот после того, как город вернулся к более или менее нормальной мирной жизни, там стали фиксировать огромное число инсультов и инфарктов. Этот результат отложенного стресса. Организм мобилизовался к жизни в экстремальных условиях, но мы не можем находиться в постоянном перенапряжении. Потому и развиваются болезни.

– А холестерин, которым нас тоже так активно пугают, на самом деле вреден? Нужно ли нам всем знать о нём? И важно ли: плохой, хороший холестерин?

– Холестерин контролировать нужно. Но я не сторонник всех этих странных нововведений и скептически отношусь к рекомендациям якобы диетологов. То яйца были вредны, то их реабилитируем. Во всем этот есть определенный элемент шарлатанства. Кому верить? В этой ситуации должны говорить специалисты, а ни всем кому не лень выдавать противоречивую информация… Лучше проконсультироваться и, может быть, даже не раз. Есть такой замечательный анекдот: что делает человек, которому поставили онкологический диагноз? Если он англичанин, то садится писать завещание, русски — пить, а еврей идет к другому врачу за вторым мнением. Вот получить несколько компетентных мнений я бы и посоветовал.

– Тогда, возвращаясь к разговору о сердечно-сосудистой системе в целом: есть что-то, что подскажет: пора активно заняться профилактикой, либо пора уже бежать в больницу?

– Артериальное давление. Гипертония, к сожалению, не так хорошо лечится, а между тем ею страдают 42 процента населения. К слову, из них дай бог если пятая часть случаев поддается лечению. Так вот: если чувствуете утомляемость, появились головные боли, нужно измерять давление. Если оно выше 130/80, следует задуматься и понаблюдать за собой и, возможно, изменить питание, привычки, уменьшить вес, таким образом скорректировав цифры. А если они стали 140/90, тут уже требуется назначение лекарств.

– Давление имеет прямую зависимость от веса? Его можно на самом деле так корректировать?

– Конечно. Минус 10 килограммов дают эффект снижения давления на 2 миллиметра ртутного столба.

– Почему так высок процент россиян, страдающих гипертонией? Причина в генетике?

– Нет, в менталитете. Это отношение к жизни. Вот сахарный диабет – это болезнь или образ жизни? Эндокринологи говорят, что нужно убеждать больных в том, что это образ жизни. Люди не могут позволить себе то и это. И когда повышенным артериальным давлением страдает почти половина населения страны – тоже нужно вести речь не о болезни, а об образе жизни. Наши израильские коллеги говорят не про лечение артериальной гипертонии, а про корректировку цифр. Подходы разные.

– То есть мы вновь возвращаемся к пропаганде ЗОЖ. Но ведь и тут есть оппоненты. К примеру, мы много слышим про пользу Средиземноморской диеты, но есть и те, кто говорит, что в ней есть бокал вина и за обедом, и за ужином. И чем парировать?

– Я на это всегда говорю: чтобы получить результат от Средиземноморской диеты, нужно жить в Средиземноморье. Там-то ведь образ жизни совершенно иной. У тех же итальянцев еще и сколько хлебных изделий – я про макароны, например. И ужин в 9 вечера там тоже норма. И несмотря на это, всё у них хорошо. Это их менталитет.

– Тогда к какому итогу приходим?

– О чём бы ни шла речь, главное – не надо злоупотреблять. Помните: любые излишества вредны. А в России они – наше всё. Как в песне у Розенбаума: «лечить, так лечить, гулять, так гулять...». В этом суть нашего образа жизни.

– Сергей Николаевич, вас называют пионером маркёров диагностики сердечной недостаточности. Для людей непосвященных, простыми словами поясните суть: что это за маркёры и зачем нужны?

– Это лабораторные методы обследований, на основании которых мы подтверждаем или исключаем диагноз. Маркёры показывают: есть или нет заболевание. Назначать такие анализы должны врачи. И эти исследования сегодня уже доступны.

– Современные технологии, новейшее оборудование — всё это, в отсутствие профессионалов, груда хлама. Кадровая проблема остро стоит в стране?

– Много врачей, фельдшеров, медсестёр покидают профессию. Тяжело работать, нагрузка большая. Деньги – это очень важный момент, но когда тебе платят хорошо, при этом требуют выполнять объем работ, с которым физически справиться невозможно, происходит срыв. Пока много говорится в России о необходимости облегчить труд медработников, чтобы они лечили больных, а на деле врачи должны столько всяких бумаг оформлять… Так что кадровый вопрос – это наша печаль. Давайте лучше о сердце.

– Говорят, что у человеческого организма ресурс существенно превышает 100 лет.

– Так и есть. 125 лет.

– Так что нужно сделать, чтобы максимально выработать этот заложенный «пробег»?

– Трудно сказать. Черчилль курил сигары и пил армянский коньяк, а дожил до 90 лет. Все мы под Богом. Мне нравится идея из сказки о том, что каждый человек приходит в этот мир со своим «чемоданчиком», иными словами, заранее известно, кому сколько отпущено. Подход совсем не научный. А кто точно знает, как оно есть на самом деле?! Но профилактика, совершенно точно, никому и никогда не помешает!

Арсений АБУШОВ

На эту же тему