Ежедневная областная общественно-политическая газета

Войти на сайт

Сегодня 27 ноября 2021

Шашка для Кельвеса

Шашка для Кельвеса
08 ноя 2021 16:38 / Проекты "ТИ"

Мы продолжаем рассказ о событиях, происходивших в 1941-1942 годах в Чернском районе. 2 марта 1942-го сотрудник госбезопасности попросил Николая Ивановича Борзенкова рассказать о Николае Васильевиче Борзенкове.

«Эта антисоветская листовка («Обращение») была написана рукой Кельвеса»

ДОСЬЕ
Николай Иванович Борзенков. Родился в 1899 году в деревне Казачья Слобода Чернского района. Проживал в Черни по улице Советской. Считался грамотным. В ВКП(б) не состоял. Он хорошо знал Н.В. Борзенкова.
По словам Н.И. Борзенкова, он не знал, каким было социальное происхождение Н.В. Борзенкова, так как последний являлся уроженцем Орловской области и проживал в Чернском районе с 1923 года, работал в райзо. «Антисоветских высказываний я от него не слышал. В период оккупации Чернского района немецкими войсками Борзенков Н.В. работал в сельскохозяйственной комендатуре землеустроителем, собирал шнуровые книги с колхозов, по заданию райагронома сельхозкомендатуры Кельвеса он составил, то есть снял копию карты Чернского района и по заданию замбургомистра Никольского составил план Черни. Кроме того, он переписывал фашистскую антисоветского характера листовку («Обращение»)».
Н.И. Борзенков сказал, что он тоже принимал участие в размножении антисоветской листовки – по заданию райагронома сельхозкомендатуры Кельвеса. Листовка («Обращение») размножалась с целью «разослать ее по всем сельсоветам».
«Эта антисоветская листовка («Обращение») была написана рукой Кельвеса, но я не знаю, кто ее автор – Кельвес или нет, – пояснил Н.И. Борзенков 2 марта 1942-го. – Я знаю, что Кельвес с этой листовкой пришел из военной комендатуры».
14 сентября 1942 года Управлением НКВД по Тульской области Н.И. Борзенков был арестован. Основанием послужило заявление N, из которого следовало, что Николай Иванович «к моменту оккупации Чернского района немецкими войсками в разговоре высказывал пораженческие настроения в отношении Советского Союза в войне с фашистской Германией, недовольство советской властью, ожидал с восторгом прихода немецких войск, а в период оккупации служил главным бухгалтером в сельхозкомендатуре». А NN сообщил, что Н.И.  Борзенков «участвовал в размножении документа антисоветского содержания, так называемого «Воззвания к сельскому населению Чернского района» и сам составил письмо резко враждебного по отношению к советской власти содержания». Н.И. Борзенков виновным признал себя полностью. По его словам, Кельвес являлся руководителем сельхозкомендатуры, возглавлял всю работу ее аппарата, подбирал кадры, осуществлял деятельность по снабжению немецкой армии продовольствием и тягловой силой, заставлял Н.И. Борзенкова и Н.В. Борзенкова переписывать «Обращение к сельскому населению», которое призывало население помогать немцам и в котором возводилась клевета на советский государственный строй. А Н.В. Борзенков, утверждал Н.И. Борзенков, работал в сельхозкомендатуре землеустроителем, переписывал контрреволюционное «Обращение к сельскому населению». И вот итог. 10 апреля 1943 года постановлением Особого Совещания при НКВД СССР Н.И. Борзенков за измену Родине был осужден к высшей мере наказания, его расстреляли.

Распоряжения комендатуры выполнял беспрекословно

Александр Касатиков – это еще один человек, который знал Кельвеса. 1 января 1942 года в разговоре с сотрудником госбезопасности Александр Иванович поделился воспоминании о деятельности чернского агронома.
ДОСЬЕ
Александр Иванович Касатиков. Родился в 1909 году в деревне Пишкова-1 Чернского района, проживал там же. Из крестьян. Малограмотный (образование 3 класса). Колхозник, председатель Тимирязевского сельсовета. Кандидат в члены ВКП(б). Семья состояла из 7 человек.
Александр Касатиков заявил, что Кельвеса знает около трех лет. Он знал, что Владимир Густавович после оккупации Чернского района «активно помогал немецкому командованию по установлению фашистского режима, Кельвес работал в немецкой сельхозкомендатуре в качестве коменданта». Со слов Касатикова, 6-7 декабря 1941 года Кельвес дал приказание за своей подписью по сельсоветам и колхозам района. Оно предписывало немедленно приступить к ремонту сельскохозяйственного инвентаря и к молотьбе хлебов. 15 декабря 1941-го Кельвес выслал приказание: в суточный срок собрать «мелкий и рогатый скот, лошадей, повозки с упряжью и доставить в Чернь». Ответственность за выполнение возлагалась на председателей сельсоветов и колхозов. Указывалось и то, что за невыполнение приказа последует расстрел... Отвечая на вопрос сотрудника госбезопасности, какие приказы по сельсоветам и колхозам отдавал самостоятельно Кельвес, Касатиков добавил: «Кельвес по выгону скота высылал своих инструкторов, которые проводили работу».
Известно, что 3 июля 1942 года Александр Касатиков, попавший в поле зрения чекистов, был арестован. Ему вменялось в вину то, что во время оккупации Чернского района он являлся старшиной деревень Тимирязевского сельсовета, активно сотрудничал с оккупантами, совместно со старостами деревень отбирал у крестьян скот для вермахта, мобилизовывал для немцев гужевой транспорт, собирал продукты питания, объявлял приказы оккупационных властей о конфискации у населения всего скота. В преступной деятельности изобличался показаниями шестерых свидетелей. Касатиков признал себя виновным полностью. С его слов, он добровольно явился в Чернь в сельхозкомендатуру, получил там удостоверение старшины и указания по работе, а также получил приказы комендатуры о конфискации скота у населения. Распоряжения комендатуры выполнял беспрекословно. 21 октября 1942 года постановлением Особого Совещания при НКВД СССР Александр Касатиков был осужден к высшей мере наказания.
Скот выгонять не в Чернь, а во Мценск
«Кельвеса Владимира я знаю как агронома Чернского райзо, а при оккупации района – как райагронома сельхозкомендатуры, – а это о Владимире Густавовиче поведал сотруднику госбезопасности 5 апреля 1942-го Антон Кретов. – Первый раз я с Кельвесом встречался в ноябре 1941 года, когда меня как председателя колхоза <вызвали> на регистрацию. В этот раз нам, вызванным председателям колхозов, прочитали какую-то бумагу, где говорилось: «Большевики вас бросили, немецкая армия пришла освободить от ига большевиков». После этого он предложил мне взять удостоверение. И отпустил нас домой. Второй раз я с Кельвесом встречался во время отступления немцев из нашего района: 21 декабря 1941 года ко мне пришли Кельвес, Минаев и Успенский».
– Как быть, что мы скот не выгнали? Вы скотину, что ли, выгонять? – спросил сильно перепугавшийся Кретов, когда к нему в дом вошел Владимир Густавович (ведь селяне получили приказ о конфискации всего скота, но сами скот не погнали; Кретов подумал, что Кельвес пришел как раз выгонять скотину, а Антона Яковлевича за невыполнение приказа расстреляют).
– Нет, – ответил Кельвес. – Ничего, успокойся, успокойся. Немцы отступают, остается не больше 2-3 дней, а мы от них сбежали. Надо добывать оружие и организовывать партизанский отряд, иначе никакого спасения не будет.
Очевидно, таким образом Владимир Кельвес старался обелить себя? Надо было как-то оправдываться за поведение в период оккупации?
Кельвес пробыл у Кретова двое суток. А потом командир партизанского отряда капитан Никольский прислал к Кретову бойца партизанского отряда – за людьми, которые добыли себе оружие. Кельвес в то время уже успел вооружиться. Кретов дал ему шашку, а бойцы принесли из деревни Кальна винтовку. И Кельвес в числе 10 человек пошел в штаб, располагавшийся в лесу в сторожке. «Как Кельвес был принят в партизанский отряд, я сказать не могу».
ДОСЬЕ
Антон Яковлевич Кретов. Родился в 1891 году в деревне Дьяково Чернского района. Проживал в поселке Свобода Дьяковского сельсовета Чернского района. Из крестьян-середняков. Грамотный. До революции 1917 года - рабочий, после нее занимался сельским хозяйством. В ВКП(б) не состоял. Паспорта не имел, поскольку являлся колхозником. Председатель колхоза "Свобода". В РККА не служил. Не военнообязанный. Был женат на Анастасии Кретовой, воспитывал 7 детей (сын Николай родился в 1922 г. в д. Беськово Чернского района, а по другим данным, в пос. Свобода; призван в РККА Чернским райвоенкоматом 22.06.1941 г., рядовой 20-й танковой бригады).

Итак, бывший райагроном направился в партизанский отряд. После этого Кельвес до прихода Красной Армии «гостил» у Кретова несколько раз.
Однажды он заявился с каким-то бойцом-партизаном. Побыли они у Антона Яковлевича несколько часов и ушли.
А потом Кельвес ночевал у Кретова вместе со всем партизанским отрядом.
В третий раз Кельвес появился у Антона Кретова в тот день, когда части РККА пришли в Дьяковский сельсовет, – пробыл до часу ночи, а в час ночи весь отряд по тревоге ушел.
Антон Кретов уточнил: Кельвес ему рассказывал, что ему удалось обмануть сельхозкоменданта. Первый приказ о конфискации скота не выполнили. Тогда германское командование подписало второй и предложило Кельвесу взять с собой солдат, чтобы он с вояками отправился изымать живность. Но Кельвес «якобы отказался, заявив коменданту, что его (Кельвеса. – Прим. ред.) председатели колхозов хорошо знают, и он справится один, причем предложил коменданту скот выгонять не в Чернь, а во Мценск. Комендант это предложение одобрил, а когда Кельвес ушел без солдат, то приказ <Кельвес> выполнять не стал и скрылся в нашей деревне Дьяково».

13 часть.JPG

Медали Петра Шадского

А вот еще один персонаж нашего большого рассказа о малоизвестных событиях, которые разворачивались на территории оккупированного Чернского района, – это Иван Шадский.

ДОСЬЕ
Иван Михайлович Шадский родился в 1903 году в деревне Кресты Чернского района, проживал там же. Грамотный (образование низшее). Беспартийный. Не военнообязанный. Заведующий складами "Заготзерно". Был женат на Пелагее Шадской, воспитывал 3 детей. До 20 ноября 1941 года нигде не работал, а 20 ноября был избран председателем колхоза деревни Кресты.
– Кто к вам приезжал из представителей немецкой сельхозкомендатуры по вопросу доставки подвод для немецкой армии? – спросил Шадского сотрудник госбезопасности 5 марта 1942 года.
– Приезжал Крылов Иван Иванович (Шадский знал Крылова, встречался с ним несколько раз. – Прим. ред.).
Это было примерно 4 декабря 1941-го. Прибывший в Кресты Крылов предъявил председателю сельсовета Меркулову документ о доставке 9 подвод, которые должен был выделить Крестовский сельсовет для работы на немецкую армию. У Шадского Крылов отобрал подписку о доставке 3 подвод в Чернь. «Я объявил это распоряжение бригадирам, которые ехать категорически отказались, – пояснял Иван Шадский 05.03.1942 г. – Бригадир принес бумажку о том, что Шадский Петр Гаврилович ехать отказался как инвалид. После этого Крылов и председатель сельсовета Меркулов забрали Шадского в Чернь как не подчинившегося распоряжению».
– Если тебя назначают, надо ехать, – ругался Крылов на отказавшегося куда-то там ехать Петра Шадского и тем самым заодно запугал остальных колхозников, которые, кстати говоря, на следующий день поехали-таки с подводами. – Нечего показывать свои документы. Поедем в Чернь – там вам покажут.
Интересен и дальнейший поворот событий: 29 июня 1942 года военным прокурором Чернского района Иван Шадский был арестован. Основанием для ареста послужили показания 8 свидетелей о том, что мужчина в период оккупации являлся старостой д. Кресты, организовал обмолот ржи в колхозе и сдал хлеб немцам, производил изъятие у крестьян скота и птицы для вермахта (24 коровы, 70 кур и другие продукты), посылал крестьян на работы для нужд германской армии. Иван Шадский виновным себя в пособничестве оккупантам признал полностью – как на предварительном следствии, так и в судебном заседании Военного Трибунала войск НКВД Горьковской области. 27.10.1942 г. был осужден к 10 годам исправительно-трудовых лагерей. Иван Михайлович уточнил: на должность старосты д. Кресты он был избран на собрании односельчан. Со слов И. Шадского, проводил собрание и руководил выборами представитель управы из Черни А.С. Зайцев. Зайцев после того, как Шадский на собрании был избран старостой, отобрал у Ивана Михайловича подписку о явке на совещание в Чернь. А по вопросу конфискации скота у селян в Кресты приезжали из Черни представители управы Хнычков и Гришин.
А как сложилась судьба Петра Шадского?
ДОСЬЕ
Петр Гаврилович Шадский родился в 1900 году в д. Кресты, проживал там же. Из крестьян-бедняков. Образование 1 класс. Паспорта не имел. Беспартийный. Участник Великой Отечественной войны с 1942 (по другим данным, с 1943-го) по 1945 год, рядовой, заведующий хранилищем отдела хранения артиллерийского вооружения фронтового полевого артсклада вооружения. Имел контузию. Удостоен 2 медалей: «За боевые заслуги» и «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.».
В 1960-е годы мужчина сообщил, что в период оккупации Чернского района он был направлен от Крестовского сельсовета в обоз для нужд немецкой армии. Направил туда мужчину Иван Степанович Меркулов, который «приказал ехать на своей лошади». Петр Гаврилович поначалу отказался ехать в Чернь. Тогда Меркулов накричал на отказника. И под угрозой заставил-таки ехать в Чернь. А чтобы Петр Шадский не уклонился от выполнения распоряжения Меркулова, последний сам отправился с Петром Гавриловичем в Чернь. «Тогда мы ездили с Меркуловым вдвоем. Направлялся ли еще кто из крестьян, не знаю, с нами никого не было, – говорил Петр Шадский. – Прибыв в Чернь, там каким-то властям я показал свои документы о том, что, являюсь инвалидом, и меня отпустили домой. После этого Меркулов ко мне больше не приходил, и я никуда не ездил».

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ
На фото Сергея Киреева: реконструкция событий 1941 года в Тульской области
Благодарим пресс-службу УФСБ России по Тульской области за предоставленные материалы

 


Читайте также

«Увидели бойца уже мертвым»
27 ноя 2021 13:10 / Без срока давности

«23 ноября 1941 года к нам в деревню Нащекино ворвались проклятые немецкие изверги и начали свое хозяйничанье». Так эмоционально описывается период оккупации Тепло-Огаревского района в документе, предоставленном редакции пресс-службой Управления ФСБ России по Тульской области. Автор заявления на имя начальника районного отделения областного Управления НКГБ – Зинаида Прощелыкина, жительница Спасского сельсовета.

Читать »
«И не шуми много, а то возьму на стенке повешу»
25 ноя 2021 12:58 / Без срока давности
Продолжая рассказ о Владимире Кельвесе и его окружении, не можем не остановиться на судьбе еще одного участника событий, происходивших в 1941 году в Чернском районе, – Константина Логунова. Этот человек хотя и очень мало, но все же знал Алексея Зайцева – контролера по мельницам, инструктора сельхозкомендатуры.

Читать »
Сожженная Зареченка
16 ноя 2021 11:27 / Без срока давности

«Когда территория Одинцовского сельсовета была оккупирована немецкими войсками, то все деревни стонали от грабежей немецких солдат. Начался ужасный грабеж: лошадей, коров, свиней, птицы, овец и ульев, одежды и обуви, хлеба».

Читать »

Комментарии

Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений
 
 



Наш Twitter



СМИ: TI71 СВИДЕТЕЛЬСТВО о регистрации средства массовой информации ЭЛ №ФС77-80498 от 1 марта 2021 Федеральная служба по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникации (Роскомнадзор) Учредитель: ГУ ТО «Информационное агентство «Регион 71»
Главный редактор Крымова П.И. Тел. редакции +7 (4872) 76-56-00 Адрес эл. почты ti71@tularegion.org 12+ Все права на материалы, опубликованные на сайте ti71.ru, принадлежат ГУ ТО «Информационное агентство «Регион 71» и охраняются в соответствии с законодательством РФ. Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения правообладателя