Рекламный баннер.

Культура

11:09, 20 июля 2022

«В молодости пишут почти все: худо-бедно, но пишут». Интервью с куратором литературного клуба «Типографии»

«Общение писателя с миром прервется, если не делиться ни с кем своим творчеством», – отмечает Ирина Быкова, куратор литературного клуба в «Типографии». В сегодняшнем интервью мы побеседуем о том, почему многие люди раз за разом приходят на встречи клуба и что есть притягательного в разговорах о литературе.

– С чего началась ваша деятельность в литературном клубе? Как вы пришли к тому, что хотите этим заниматься?

– Во-первых, многие считают, что это мой личный литературный клуб. На самом деле, нет: я просто пришла на пустующее место. «Типография» как культурное пространство достаточно молодое, литературному клубу всего четыре года. До меня его кто-то вёл. Я не знакома с этими людьми, и, насколько я знаю, они были студентами или школьниками. Я первый раз пришла в «Типографию», когда моя подруга читала лекцию о путешествиях, после – зашла на интернет-портал и увидела, что им [«Типографии»] требуется куратор литературного клуба. Я решила понаглеть и написала, и вот мы уже четыре года наглеем потихонечку (смеётся).

Почему именно такая деятельность? Мне кажется, что в нашем городе необходимо проводить больше просветительских мероприятий. В Туле много читающих людей, и им лишний раз некуда пойти. Существуют люди, загруженные работой, которым некогда читать, но которых тянет в подобные места: прийти, послушать какую-нибудь лекцию, побеседовать. Поэтому я считаю, что такие научно-популярные вещи, в том числе литературные, в Туле быть должны.

– Это чудесно! Как проходят встречи в клубе?

– Встречи у нас бывают разные, в зависимости от тематики. Идеи обычно приходят по наитию, но пытаюсь придумать что-то по-настоящему интересное, актуальное. Иногда я спрашиваю посетителей, что бы им хотелось услышать на следующей лекции, и готовлю научный материал, что-то читаю, что-то обобщаю.

Когда у нас проходят открытые микрофоны, приходят заранее зарегистрировавшиеся на сайте люди и уже выступают со своими произведениями. При этом я не рецензирую материал. Это прям-таки настоящий открытый микрофон: человек выходит на сцену и читает то, что читает, хорошо это или плохо. Люди в зале это по-своему оценят и, если надо, подойдут к выступающему и пообщаются

Если проводится лекция, то, конечно, здесь уже требуется большая подготовительная научная работа. Часто меня сопровождает Кирилл, Кирилл Прудкий, автор-исполнитель, по совместительству еще и экскурсовод в Ясной Поляне. Мы очень близки к литературе во всех смыслах. Он и стихи сам пишет, и лекцию однажды читал по Толстому, что ему особенно близко, учитывая его сферу деятельности. Встречи Кирилл немножко разбавляет музыкой, потому что два часа слушать лекцию народ устаёт. Хочется, чтобы люди чувствовали себя приятно и расслабленно, потому что кто-то приходит просто музыку послушать, а кто-то приходит действительно ради литературы.

– Сложно ли привлекать внимание людей к клубу? Занимаетесь ли вы его рекламой?

– Во-первых, на сайте «Типографии» есть отдельная страница литературного клуба, где публикуются анонсы. Во-вторых, недавно совершенно случайно я увидела наш анонс на портале «Афиша Тула». Если целенаправленно, то нет, не рекламирую.

Если я приглашаю знаменитого поэта, то нужно кого-то персонально приглашать: перед двумя-тремя людьми выступать ему не захочется. Нет, у нас есть завсегдатаи, люди, которые каким-то образом уже приросли, и вот они приходят, иногда приводят кого-то с собой. Тогда у нас появляются совершенно новые лица.

Поток ещё зависит от темы. Я помню, когда мы поначалу проводили лекции по антиутопии и утопии, народу был полный зал. Просто тема достаточно актуальная, поэтому люди пришли. Однако когда тема специфическая, это уже сложнее. Например, мы читали рассказы латиноамериканских авторов, и, видимо, поклонников латиноамериканской литературы не так много, как у утопий и антиутопий, поэтому народу пришло меньше.

Кроме того, существует зависимость от общей внешней ситуации, например, в пандемию мы вообще не собирали зал, мы работали онлайн: вели прямой эфир. Первое время после пандемии народ приходил неохотно. Наверное, было страшновато толпой собираться.

– Большинство оценило лекции об утопиях и антиутопиях. А какая встреча запомнилась именно вам?

– Мне каждый вечер по-своему запоминается. Очень в памяти отпечатались моменты, когда мы записывали эфиры. Тогда нас в «Типографии» обычно было два-три человека, не больше, поэтому общались мы очень свободно, непосредственно. У меня сперва появился страх перед камерой, но из-за приятной обстановки он быстро улетучился.

Мне и самой утопи-антиутопии запомнились: тема достаточно близкая и интересная для меня. Мы также несколько раз проводили такие мероприятия как триптихи: выбирали трёх поэтов и искали общие черты в их творчестве. Это было здорово, потому что нужно было учить стихотворения и читать их со сцены.

Особенно хорошо я помню один из первых вечеров: день памяти Владимира Высоцкого. Именно на этой встрече мы познакомились с Кириллом. У нас на тот момент был практически аншлаг, пришли люди из разных творческих клубов, например, клуб «Бригантина» собрался почти полным составом. Его участпики спели многие песни Высоцкого. Встречу посетили в том числе и просто заинтересованные люди, которым хотелось мило пообщаться и обсудить творчество поэта. Это было очень приятное объединение.

Последний вечер у меня в голове тоже отложился. Пришли новые люди, молодые, интересные, они улыбались, им все нравилось, они даже шутили как-то. У нас с ними всё началось с общения, пока мы ждали подходящих: ребята рассказали о себе и о том, почему они решили посетить клуб. В конце концов, один из них, Дмитрий, взял у нас с Кириллом интервью. Это было весьма неожиданно и приятно.

– У вас было когда-либо волнение перед проведением лекций, или вы чувствуете себя достаточно комфортно в этой среде, чтобы не переживать?

– Я восемнадцать лет отработала учителем, по сути, читая те же самые лекции. За это время вырабатывается привычка, формируется личность, но даже так – волнение было. Насколько бы хорошо мы ни разбирались в том, о чём вещаем, мы всё равно нервничаем. Для меня волнение – это некий показатель: если мне неспокойно перед выступлением, и я думаю, как провести вечер интересно, значит, я к нему небезразлична. Я считаю, что волноваться — это совершенно нормально.

– Как вы думаете, насколько важно для поэта обнародование своего творчества?

– Как писал в свое время Вознесенский:

Можно и не быть поэтом
Но нельзя терпеть, пойми,
Как кричит полоска света,
Прищемленная дверьми!

Мы можем быть поэтами, но даже не написать ни одной поэтической строки: это просто специфическое мировидение и мироощущение. Но любому артисту нужны зрители, как и любому писателю нужны читатели. Неважно, пишешь ты прозу или стихи, действительно нужен кто-то, кто скажет, что это хорошо или плохо, правильно или неправильно.

Нельзя быть художником и рисовать «в стол»: кто тогда скажет, что ты художник? Общение писателя с миром тоже прервется, если не делиться ни с кем своим творчеством. Читателей необязательно должно быть много: достаточно мамы и папы, близких друзей, главное — чтоб они могли оценить.

Я думаю, что обнародование когда-нибудь обязано случиться, если человек действительно считает, что это дело его жизни. Если он принимает это за игру, то тогда да, можно написать что-то для себя. В молодости пишут почти все: худо-бедно, но пишут. Понятно, что показывать это многие стесняются. Спустя время кто-то всё бросает, а кто-то продолжает работать. Если человек действительно выбрал идти дальше, то у него уже должны найтись читатели.

— Приходили ли к вам когда-нибудь на открытый микрофон люди, которые никогда не показывали миру свои работы, а тут вдруг решились?

— Были такие люди. Многие приходят и говорят, что они первый раз на подобном мероприятии. Как правило, это люди с достаточно интересным материалом. Видимо, у него что-то в душе переворачивается, созревает. Они волнуются, но читают. Бывает, сидят-сидят, а затем: «Ой, а можно мне тоже прочесть? У меня тут с собой тетрадки». Публика у нас лояльная, никого не критикуют, а только поддерживают. А люди, которые всегда направо-налево читают свои материалы, не всегда имеют суперкачественные вещи.

— Посещение литературного клуба и участие в открытом микрофоне может способствовать самореализации в дальнейшем своем творческом пути?

— Я думаю, да, потому что для многих людей выход на сцену — это отчаянный шаг, и, если человек уже решился выступить, значит, он либо чувствует какую-то свою значимость, либо ему важна оценка, чтобы дальше знать, куда идти. Участие в открытых микрофонах и различных конкурсах — это о том, что человек хочет кому-то что-то показать. Может быть, это будет не литературный клуб, а просто какая-то группа лиц, которой он доверяет. Это уже будет большой шаг на пути к творческому самосовершенствованию.

Валерия КУРБАСОВА

0 комментариев
, чтобы оставить комментарий