Общество

09:00, 28 ноября 2014

Чтоб их не испортил квартирный вопрос

Чтоб их не испортил квартирный вопрос
 Екатерина ГАРБУЗОВА
 Андрей ЛЫЖЕНКОВ

Как ни крути, а чтобы привлечь в региональное здравоохранение медицинских работников, надо в первую очередь решать их жилищные проблемы. Пресловутый квартирный вопрос как был краеугольным камнем российской действительности, так им до сих пор и остается. Поскольку  руководство областью на этот счет не питало никаких иллюзий, программа развития кадровых ресурсов государственных учреждений здравоохранения на 2013–2017 годы уделяет самое пристальное внимание обеспечению медиков жильем.

Начальник кадровой службы министерства здравоохранения правительства Тульской области Николай Юрчик:
– При поддержке губернатора Владимира Сергеевича Груздева в нашем регионе начато формирование жилищного фонда для предоставления служебного жилья врачам. Из областного бюджета для реализации этой задачи в 2014 году было выделено 25 миллионов рублей. Уже приобретены квартиры в Богородицке, Веневе и Черни. В будущем году рассматривается возможность покупки квартир в Киреевске, Суворове, Узловой. Кроме того, программой предусматривается компенсация найма съемного жилья до 10 тысяч рублей в месяц, на данную выплату уже подали заявки 39 человек. Помимо этого, министерством здравоохранения и Региональным фондом развития жилищного строительства и ипотечного кредитования разработаны и реализуются две программы льготного ипотечного кредитования медицинских работников. На сегодняшний день выдано 24 ипотечных займа на сумму 35,92 миллиона рублей
Компенсация найма жилья – новое направление программы развития кадровых ресурсов регионального здравоохранения. Посмотрим, как оно работает на практике.

Хирургов наконец достаточно
Прибегнуть к такой мере социальной поддержки, как компенсация за найм жилья, решили медицинские работники уже 15 лечебных учреждений области. В Заокской и Куркинской ЦРБ заявки подали по одному человеку, а в лидерах – больница скорой медицинской помощи имени Ваныкина, где такую компенсацию оформляют семеро сотрудников.
В ГБ № 11 этой мерой социальной поддержки воспользовались трое докторов: два травматолога и невролог. Главный врач больницы Виктор Свиридов говорит, что учреждение укомплектовано медицинскими кадрами не хуже других – на 60 процентов. Появились отделения, где в некоторых специалистах потребности уже нет: хирургов, например, достаточно. За два последних года в больницу трудоустроилось 24 врача, из которых 5 – молодые специалисты. В разных медицинских вузах обучаются 8 целевиков, и всех их ждут вакансии. ГБ № 11, чтобы удержать новоиспеченных докторов, даже платит им в течение трех лет свою собственную 20-процентную надбавку за счет заработанных учреждением средств. Но все равно остро нужны педиатры, гинеколог в женскую консультацию, анестезиолог, травматолог, а главное – участковые терапевты. Терапевтических участков приписано порядком – 31, а это значит, что все «амбразуры» вряд ли когда-нибудь будут закрыты…
– Благодаря тому, что больница вошла в программу помощи пострадавшим в дорожно-транспортных происшествиях, травматологическая и хирургическая службы получили мощный толчок к развитию. Сделаны современные ремонты, закуплено оборудование на 60 миллионов руб­лей, установлен компьютерный томограф. Была проблема с рентгенологами, теперь при томографе их у нас уже трое, – рассказывает Виктор Свиридов.

Кто-то теряет,
кто-то находит

В травматологическом отделении компенсацию за найм жилья оформили аж два молодых специалиста – Виталий Крылов и Владимир Сенаторов.
Туляк Крылов отсутствовал в родном городе девять лет – учился в Ивановской государственной медицинской академии, где пришлось в том числе брать академический отпуск. Уезжал от родителей мальчишкой, а возвратился с женой и двумя детьми: как еще можно вернуться из Иванова, города невест?
Пользуясь программой развития кадровых ресурсов, получил 500 тысяч рублей единовременной выплаты, за второго ребенка еще и материнский капитал вот-вот будет. Но суммарно все равно достаточных денег на покупку жилья не выйдет, а сбережений пока нет. Чтобы не теснить родителей, Виталий Крылов с семейством снял трехкомнатную хрущевку за 15 тысяч в месяц и теперь очень рад, что государство большую часть этой суммы берет на себя.
– С хозяйкой квартиры вообще никаких проблем, – рассказывает Виталий Михайлович, – очень удобно, что компенсационная выплата приходит на мой личный счет, и я как отдавал ей деньги в руки, так и сейчас отдаю. Вообще-то мы надеялись взять льготную ипотеку под семь процентов годовых по программе «Доступное жилье», но пока из этого ничего не выходит. По уровню моих доходов – 30–35 тысяч рублей в месяц – Региональный фонд ипотечного кредитования обещает мне всего 750 тысяч рублей ипотеки. Так что будем жить на съемной квартире до лучших времен.
Травматолог Владимир Сенаторов пока не женат, снимает однокомнатную квартиру, и компенсационная выплата покрывает почти все его расходы на жилье. Это единственная из преференций программы развития кадровых ресурсов, которой Сенаторову удалось воспользоваться. Он начал работать в здравоохранении региона на несколько месяцев раньше Крылова, и тогда программа еще не была запущена. «Проболтался бы без дела полгодика, полмиллиона получил бы… – иронично замечает травматолог. – Но учеба в медвузе так дисциплинирует, что мне это даже в голову не пришло…»

Сбежавшая невеста
Невролог ГБ № 11 Анна Хроменко из Украины в Россию сбежала в августе. На другой день после свадьбы.
– Я дончанка, но расписываться с мужем нам пришлось на его родине, в Угледаре. В тот момент это была территория Украины, а Донецк, естественно, – территория ДНР. В Донецкой республике органы ЗАГС уже не работали, хотя мы и заявление подавали в Донецке, и ресторан там же был заказан. Ну ничего, 29 июля, после росписи, пошли гулять по Угледару. Прогулка да фотографии – вот и вся память о свадьбе. Переночевали у родителей мужа и утром, прихватив бабушку Алю, поехали в сторону Крыма. По Угледару шли танки. Через Харьков и Ростов выехать было нельзя. Сутки из-за задержек на блокпостах добирались до границы и там стояли в очереди четырнадцать часов. Не помогало ускорить процесс даже мое свадебное платье, которое я не снимала, надеясь вызвать приятие у военных и пограничников, – так рассказывает Анна Владимировна о самом решительном поступке в своей жизни.
Анна еще в Донецке решила работать в Туле, изучала возможности здравоохранения, смотрела вакансии. В наш город беглецы приехали потому, что здесь была зацепка – подружка бабушки Али. У нее и прожили месяц, пока выправляли документы, определялись с работой. В Донецкой больнице Хроменко трудилась в палате интенсивной терапии для больных с острым нарушением мозгового кровообращения. Поначалу, учитывая высокую квалификацию, ей пообещали место в Тульской областной больнице, но потом оказалось, что оно уже занято…  В ГБ № 11, куда в конечном итоге пришлось устроиться, палаты интенсивной терапии в неврологическом отделении нет, но есть надежда, что скоро будет.
– Я даже не думала, что жизнь так круто развернется, – говорит Анна Владимировна. – Теперь мои родители в Донецке, моего мужа Сергея – в Угледаре, это разные страны и даже разные часовые пояса. А я из города-миллионника приехала в маленькую провинциальную Тулу. Греет, конечно, что люди здесь сердечные и трагедию Украины переживают как свою.
Чета Хроменко с бабушкой снимают «двушку» на Епифанской, вместе с квартплатой отдают хозяйке 18 тысяч рублей в месяц. Так что компенсация в 10 тысяч им как нельзя кстати. Тем более что кроме двух привезенных с родины чемоданов с личными вещами в хозяйстве пока ничего не прибавилось…

0 комментариев
, чтобы оставить комментарий

На эту же тему