Общество

09:05, 29 мая 2015

Чтоб не убить любовью

Чтоб не убить любовью
 Екатерина ГАРБУЗОВА

Одна из лестниц большого административного здания перекрыта, на металлическом штыре табличка: «Выхода нет». Однако пониже кто-то шариковой ручкой подписал: «Выход есть всегда». Знал бы писавший, сколь точно одной фразой он выразил главный жизненный принцип наших сегодняшних собеседниц – Натальи и Лидии, членов группы помощи созависимых наркоманам. Их «лестница» неизменно открыта, в ней 12 ступеней-шагов.
Известно, что каждый наркоман имеет «свиту» из полутора десятков человек, которые обслуживают его пагубную страсть. Это родители, жены, дети, друзья, соседи, учителя, врачи, работодатели, священники… Без их помощи/сопротивления наркоману было бы куда труднее искать пути к нирване. Самые близкие люди больны ничуть не меньше, чем он, – созависимы. И им так же сложно вернуться к нормальной жизни, вынырнуть из омута привычной сладкой боли, из убивающей наркомана любви…
Тему созависимости практически не обсуждают в обществе. Ее опасность представляют себе лишь специалисты и те из созависимых, кого по-настоящему приперло. Только оказавшись на самом краю пропасти, они осознают, что лечение родного наркомана надо начинать с лечения себя. И просят о помощи.
В столицах группы анонимных созависимых существуют лет двадцать, тульская группа помощи скоро отметит трехлетний юбилей. Итоги подводить вроде рано, а вот заявить о себе – в самый раз.

Спасатель, жертва, преследователь
Созависимость – это по сути желание полностью контролировать жизнь другого взрослого человека, что не просто мешает, а буквально препятствует его выздоровлению. Если свита играет, то есть – создает короля, то семья зависимого играет наркоманию, алкоголизм. Как только созависимые прекращают подыгрывать «королю», зависимость чаще всего прекращается.
Если провести аналогию между зависимыми и созависимыми людьми, получается, что первые не могут жить без наркотиков, а вторые – без наркоманов... Они буквально не представляют, как можно не спасать, не становиться жертвой или не наказывать подопечного, сменяя одну роль на другую.
Рассматривать все психотипы созависимых не входит в задачу данного материала. Но для наглядности отметим, что, например, в роли жертвы созависимый позиционирует себя примерно так: «Я самая несчастная мать. Я пожилой человек, собираю милостыню у магазина, а он деньги отбирает и покупает героин… Бьет меня, ночую у соседей. Но он не виноват, это от болезни, а так он замечательный, красавец, талантливый музыкант (поэт, математик)». Такая мать только потворствует зависимости сына, по большому счету, ее все устраивает. Ведь чтобы на самом деле помочь, нужно не жалеть и не терпеть, а отправить сына в кутузку на 15 суток, а после прекратить контакты с чудовищем, в которое превратила его болезнь. И никакого сочувствия, до тех пор пока не начнет лечиться…
Истории реальных людей только подтверждают это правило.

Наталья
– Я дочь алкоголика, жена алкоголика, мать наркомана. 23 года было мальчику, когда я убедилась, что он колется. Тревога по этому поводу возникала и раньше, но реальность была настолько страшна, что я ее игнорировала. Когда из дома стали пропадать деньги, вещи и его выперли с работы, прятать голову в песок уже было нельзя. В короткий срок я полностью вовлеклась, как мне казалось тогда, в борьбу с его зависимостью. Я отслеживала каждую минуту его жизни, проверяла знакомства и карманы, подслушивала, подглядывала, хватала за руку, сидела в засаде, вела переговоры с милицией и распространителями «дури», покрывала, отмазывала… Сын умудрялся выскальзывать из ежовых рукавиц, опускаясь на самое дно жизни. Ушел – плохо, пришел – еще хуже. Я цепенела от страха при малейшей смене его мимики, поскольку в каждом движении читалось единственное желание – достать дозу и уколоться. Росло чувство вины: мне казалось, в благополучные времена я его недолюбила, а теперь любовь стала аналогом боли, она не поднимала, а сокрушала. Непрекращающийся страх и безмерное, прямо-таки вселенское одиночество вызвали чувство богооставленности, которое трудно представить тем, кто его не испытывал. Это чувство абсолютно невыносимо…
Сын сел в тюрьму, мои терзания усилились. Я поняла, что схожу с ума. И на каком-то последнем пределе вдруг осознала, что тоже больна, не меньше, чем он. Чтобы не кричать «караул», начала по Интернету искать находящихся в такой же ситуации. Неожиданно обнаружила, что я совсем не одинока, напротив – нас «тьмы, и тьмы, и тьмы…» Это не преувеличение. Сейчас, когда глаз наметан, я иду по улице и вижу, как много вокруг созависимых. Человек полностью погружен в себя, страх, безысходность, отчаяние без труда читаются на его лице – значит, наш клиент.
Стала ездить в Москву в группу помощи созависимым, которая занималась по известной программе «12 шагов». Судьба, а может, Бог, которого я подозревала в том, что он меня оставил, сразу же дала мне толкового наставника. Когда сын вышел из тюрьмы, я уже оправилась, распрямила плечи. Увы, он прожил на свободе всего три дня. Стремясь «оторваться по полной», милый мой мальчик погиб от передоза...
Вопреки всему я не повесилась и не сошла с ума. Я организовала группу помощи созависимым здесь, в Туле. Это было непросто, я носилась с женщинами, как курица с цыплятами, передавая им свой опыт выживания. И свидетельствую: даже после смерти сына выход есть, жизнь продолжается. Я купила машину, завела собаку, а четыре месяца назад вышла замуж. Ко мне вернулось душевное равновесие, ощущение перспективы.
Есть женщины, которые оплакивают своего погибшего от наркотиков ребенка всю жизнь. Но на самом деле они в значительной степени тоскуют по привычной боли – по своей созависимости, от которой можно и нужно избавиться.

Лидия
– У нас, можно сказать, династия созависимых. Я правнучка, внучка, дочка алкоголиков, и муж у меня алкоголик тоже. У нас двое детей, я естественно беспокоюсь: вдруг созависимость, как переходящий вымпел, будет и у них? В определенный момент именно тревога за будущее детей заставила меня обратить внимание на собственное душевное здоровье.
Для начала попыталась ответить на вопрос: почему у нас в роду все женщины выбирали себе в мужья алкоголиков? Без сомнения, из-за крайне низкой самооценки. Каждая думала: меня, дрянь такую, нормальный не полюбит, придется с пьянчугой жить. Ну ничего, я его спасу, вытащу, все проблемы решу. Только я знаю, как он должен себя вести, все предусмотрю, устрою, соломки подстелю. И стану счастливой, когда он перестанет пить. В этом – зерно созависимости, которая несла еще моя бабушка.
Созависимость всегда – свидетельство слабости при иллюзии силы. Потому что, лишь будучи сильной, можно взвалить на себя воз и нести его до гроба. Обеспечивать семью материально, кормить, обстирывать, убирать, отвечать за все и быть готовой сразу ко всему. Такое сдюжит только женщина и, пожалуй, только та, что есть в русских селеньях…
Позже я поняла, что эта безоглядная любовь к другим – не что иное, как крайняя степень эгоцентризма. Разве это я кручусь вокруг мужа? Нет, я кручу его вокруг себя. Я диктую, как жить, ставлю условия, направляю поведение. И как только почудится, что цель близка, меня переполняет гордость. Вот же какая я мощная, предусмотрительная, убедительная, идеальная, безошибочная!
Разве можно обрести внутреннее равновесие при такой двойственности внутренней жизни? Созависимость чревата постоянным беспокойством, раздражением по любому, даже незначительному, поводу, неудовлетворенностью всем и вся.
Обратиться в группу помощи созависимым меня заставила депрессия, в которую я впала после смерти мамы. Она выстраивала мою жизнь, а я точно так же пыталась выстраивать жизнь своих детей. Результат таких усилий удручал: я боялась взять телефонную трубку, боялась звонка в дверь, боялась опоздать, недосмотреть, сходить в гости, где муж, не ровен час, напьется… Я была как монолитная стена, мелко-мелко дрожащая от страха.
В феврале 2013 года я пришла в группу с целью пройти программу «12 шагов», Наталья стала моим первым наставником. И через какое-то время я познакомилась с ощущением простого человеческого счастья, которое не было известно ни одной из четырех поколений женщин в нашем роду. Я узнала, что небо голубое, а сирень пахнет. Если вы скажете, что для полноты жизни этого недостаточно, я с вами не соглашусь.

Раз в месяц
открыты для всех
Анонимные созависимые собираются для взаимопомощи два раза в неделю в Центральном районе Тулы. Группа, как уже сказано, работает по программе «12 шагов», доказавшей свою эффективность во всем мире. Собственного помещения у созависимых нет, поэтому приходится снимать помещения. Аренда оплачивается из добровольных пожертвований, так же как расходы на литературу, чай с печеньем. Недавно группа приобрела и оформила информационные стенды о своей работе, разместив их в наркологическом диспансере, кризисном центре для женщин.
Группа собирается раз в неделю на час с небольшим. Тематические собрания предполагают обсуждение проблем, описанных в литературе. На спикерских собраниях выздоравливающие делятся опытом преодоления созависимости, и опыт этот бесценен. На закрытых встречах участники откровенничают о самом наболевшем. А каждое первое воскресенье месяца группа устраивает открытые собрания, куда может прийти каждый.
Найти тульскую группу созависимых можно, связавшись по телефону 8-915-694-84-29 с Натальей.

0 комментариев
, чтобы оставить комментарий