Общество

18:32, 29 июля 2015

Когда вся жизнь – борьба

Когда вся жизнь – борьба
 Нелли ЧУКАНОВА
 Андрей ЛЫЖЕНКОВ

Долгие годы на проблемы инвалидов в нашей стране закрывали глаза. Людям взрослым, получившим группу в результате травмы или болезни, предлагалось тихо сидеть дома или отправиться в специализированный интернат, расположенный, как правило, где-нибудь в глубинке. А матерям, родившим детей с отклонениями в развитии, в медучреждении услужливо предлагали передоверить «некачественного» младенца государству. Мол, молодая еще, родишь себе здорового и красивого. Зажатые, забитые своими проблемами в четыре стены квартир или специализированных интернатов, инвалиды крайне редко отваживались их покинуть, поэтому у всех остальных складывалось впечатление, что таковых у нас нет вообще.

Сейчас ситуация, кажется, меняется к лучшему. При входе в жилые дома и учреждения обустраиваются пандусы, кое-где для прикованных к коляскам людей устанавливают даже специальные подъемники. Для детей-инвалидов внедряют программы дистанционного обучения, и вроде бы вузы не ставят препон для получения профессии молодежью, ограниченной в физической активности. И бесплатное санаторно-курортное лечение положено инвалидам, и средства реабилитации… В общем, всего не перечислишь. Чтобы понять, как на самом деле работают все эти меры поддержки, мы побеседовали с тулячками Викторией и Еленой Анненковыми.

Беда не ходит одна
У Елены подрастал Рома, сын от первого брака, когда она вышла замуж во второй раз и родила Вику. В полтора годика ребенку поставили диагноз – ДЦП. Как известно, беда не приходит одна. Спустя год семья потеряла кормильца, и тогда Анненковы хлебнули лиха сполна. На дворе стояли девяностые. Чтобы хоть как-то прокормить семью, Елена ушла со «Штампа», где трудилась инженером, и переквалифицировалась в рыночные продавщицы. А уход за ребенком-инвалидом пришлось взять на себя четырнадцатилетнему Роману. Школу пареньку пришлось бросить.
– Ромка стал для Вики лучшей нянькой на свете. Пока я стояла на базаре, сын купал ее и кормил с ложечки, переодевал и выво­зил на прогулки, – вспоминает Елена Петровна. – И сегодня отношения между братом и сестрой самые теплые, доверительные. Но, увы, школу Рома так и не окончил, хорошую профессию не получил. Пытался учиться в вечерке, да постеснялся, что там за партами – одни дети, а он уже «здоровый дядька». Так и работал много лет грузчиком, спину сорвал. Теперь выучился на водителя, надеюсь, все у него наконец-то сложится.
Школьную программу Вика осваивала на дому – по программе дистанционного обучения ей выдали компьютер. Техника помогла девочке не только глубже изучать предметы, получать всевозможную информацию, но и распахнула окно в мир, подарила счастье общения со сверстниками. Но школьные годы остались позади, в вуз Виктория поступить не смогла, хоть ее аттестат и украшают одни четверки и пятерки, и компьютер пришлось вернуть государству. Мир снова сузился до четырех квартирных стен. Мама и дочка три года выкраивали деньги со своих скромных пенсий (их совокупный доход не превышает двадцати тысяч рублей), но все же смогли купить новый компьютер.

Как пойти учиться?
Вика мечтала выучиться на юриста, полагая, что смогла бы работать дистанционно, хоть немного зарабатывать, а главное – чувствовать себя нужным обществу человеком. Но увы. Они с мамой живут в двухкомнатной «хрущевке» в самом конце улицы Кутузова. Из центра города, где в основном сосредоточены профессиональные учебные заведения, сюда ходит лишь автобус № 28. И ходит не очень часто. Впихнуться в инвалидной коляске в маршрутку не представляется возможным, добираться с пересадками – тоже. А главное, как выбраться из малогабаритной квартиры, которая давно держит несчастную девушку в плену? Коридорчики в ней настолько узкие, что протиснуться на кухню, в ванную или к выходу в коляске невозможно – матери приходится волоком перетаскивать по квартире наполовину обез­движенное тело дочери. А весит Вика около шестидесяти килограммов…
Не будем пересказывать, скольких сил стоило Елене Петровне признать квартиру непригодной для проживания инвалида первой группы, пользующегося креслом-коляской. Соответствующее постановление было подписано 12 сентября 2014 года, только воз, как говорится, и ныне там. Никто не спешит предоставить семье подходящее жилье. Лишь проложили по ступенькам, ведущим в подъезд, два железных швеллера, на том и успокоились. А дальше-то как? Пролеты узенькие, площадка – не развернуться.
Справедливости ради заметим, что Анненковым предлагали получить субсидию для улучшения условий проживания в размере пятисот тысяч рублей. От помощи семья отказалась, ведь купить квартиру, в которой Вика могла бы жить полноценно, при помощи этой суммы нереально.
В тех вузах, куда они обращались, не против принять на учебу девушку-инвалида, но предупредили: обучение на дому возможно, однако на зачеты и экзамены все равно придется являться лично. Круг замкнулся…

Такая вот реабилитация…
Маленькая, но очень уютная, со вкусом оформленная квартирка мамы и дочки буквально забита средствами реабилитации. Легкую складную инвалидную коляску бесплатно выдал Фонд социального страхования. Ее в семье берегут как зеницу ока, ведь она должна служить шесть-семь лет. На свои средства семья приобрела массажное кресло, необходимое парализованной девушке для того, чтобы не было застоя крови в органах и тканях, параподиум (вертикализатор), помогающий закрепить обездвиженное тело в вертикальном положении, чтобы выполнять комплекс физических упражнений, и беговую дорожку. Да-да, когда-то Вика начинала ходить: усилия врачей, массажистов, всевозможные процедуры, на которые без устали таскала ее мама, дали очень хорошие результаты. Но потом у девочки началось половое созревание, и мышцы, лишенные эластичности, скрутили ее несчастное тельце в тугой комок нечеловеческой боли. Пришлось сделать ряд операций, и в результате с мечтой передвигаться самостоятельно пришлось проститься навсегда…
В прошлом году семью здорово поддержали по линии соцзащиты: выделили 100 тысяч рублей на ремонт ванной комнаты. Мама и дочка были счастливы. И все коммуникации поменяли, и сантехнику, а какую красивую плитку они выбрали для стен и пола!
А вот с санаторно-курортным лечением у них прямо детективная история вышла. Последний раз семья получала путевку в 2013 году. Помимо ДЦП Вика страдает хроническим пиелонефритом, переохлаждаться ей категорически нельзя. Девушке показано лечение на южных курортах и только в теплое время года. В прошлом году Елене Петровне в Тульском отделении фонда соцстраха, ссылаясь на недостаточное финансирование вследствие сложной экономической ситуации, в путевке отказали. Но обещали, что она непременно будет в 2015-м. Аккуратно оформив все необходимые справки и документы к концу февраля, Анненковы принялись ждать. Но наступил июль, и, ничего не дождавшись, мать отправилась на личный прием к руководству регионального отделения фонда. Каково же было ее удивление, когда Елена Петровна обнаружила в личном деле дочери… поддельную медицинскую справку! Выписанную на приеме врачом, которого Анненковы никогда в глаза не видели, более того, в день, когда их и в Туле-то не было…
– Справку, которую я представляла в фонд соцстраха, оформлял участковый терапевт, вызванный на дом. Там четко указано, какой дочке показан санаторий и в какое время года необходимо пройти лечение. А в подделке этой информации нет, – возмущается Елена Петровна. – Значит, нам можно предложить путевку на осенне-зимний период, от которой мы, конечно, откажемся. Очередь на санаторно-курортное лечение таким образом сократится, и цифры в отчетах чиновников станут куда более оптимистичными.
Чтобы разобраться в ситуации, мать обратилась в ГУЗ «Городская больница № 11», выдавшее, мягко говоря, странную справку. Оказалось, что выписал ее невролог, кабинет которого располагается… на четвертом этаже медучреждения.
– В нашей поликлинике и на первый-то этаж инвалиду-колясочнику попасть проблематично, – вздыхает Елена Петровна. – Пандус проложен только ко входу в здание. Есть лифт, но такой крошечный, что коляска туда не втиснется. В общем, надоело распутывать этот клубок лжи, и я отнесла заявление в прокуратуру, теперь с появлением липовой справки разбираются там.
Ну а в целом мать и дочь не унывают и не отчаиваются. Вика потихоньку самостоятельно осваивает компьютерный дизайн. Год назад девушка увлеклась танцами на колясках, в чем ей помогает общество семей с детьми-инвалидами «Свет ты мой». И вместе с мамой они увлеченно мастерят костюмы для будущих выступлений.
0 комментариев
, чтобы оставить комментарий

Ранее на тему