Рекламный баннер.

Общество

19:30, 06 августа 2013

Лампа преткновения

Лампа преткновения
В августе 1873 года многие видные петербуржцы получили приглашение в Технологический институт на демонстрацию электрических ламп изобретателя Лодыгина. В прилагаемой программе указывалось, что показаны будут «фонарь с углем, опыты над управлением тока из общего коммутатора, сигнальный фонарь для железных дорог, подводный фонарь, уличный фонарь». Новинки вызвали большой интерес: «Освещение своей яркостью привлекало внимание многочисленной публики, сравнивавшей электрическое освещение с керосиновым», – отмечали современники. Но мало кто из публики знал, что деньги для начала работы над этим проектом изобретатель заработал тяжелым трудом на Тульском оружейном заводе.
По семейной традиции тамбовских дворян Лодыгиных Саша должен был стать военным. Он поступил в Тамбовский кадетский корпус, из которого был выпущен с характеристикой «Добр, отзывчив, прилежен», и продолжил учебу в Воронежском корпусе. Здесь он увлекся физикой, был лаборантом физического кабинета и наблюдателем метеостанции. Из корпуса его направили юнкером в 71-й Белевский пехотный полк, потом была учеба в Московском юнкерском пехотном училище и служба в том же полку уже поручиком. К тому времени Александр окончательно разочаровался в военной карьере, видя свое призвание в физике. При первой же возможности вышел в отставку. Этот поступок вызвал негодование родных и привел к полному разрыву с семьей.
Лишившись семейной поддержки, не имея ни денег, ни штатской профессии, Александр не пал духом – у него была цель: еще в кадетском корпусе он загорелся идеей построить электролет. Тогда же начал продумывать конструкцию, набрасывать первые чертежи. Чтобы продолжить эту работу, нужен был стартовый капитал. Так отставной поручик превратился в молотобойца, а затем слесаря на Тульском оружейном заводе, где довольно высокие заработки позволяли подсобрать денег.
Накопив нужную сумму, Лодыгин отправился в Петербург искать спонсоров для электролета. Параллельно начал первые опыты с лампами накаливания – они нужны были для ночного освещения задуманной машины, поскольку применявшиеся тогда дуговые лампы были небезопасны в пожарном отношении. Проект электролета изобретатель отправил в военное министерство, но ответа не дождался. В это время началась Франко-прусская война, и Александр Николаевич предложил свою разработку французскому правительству. Проект русского изобретателя заинтересовал французов, комитет национальной обороны выделил 50 тысяч франков на строительство электролета заводами Крезо. Лодыгин отправился в Париж. Зимой 1870 года он добрался до Шамони, где его приняли за шпиона и отправили в участок. С большим трудом Александру Николаевичу удалось объяснить, кто он такой и куда направляется. Вдобавок в пути у него украли чемодан с чертежами…
До Парижа Лодыгин все-таки добрался. Чтобы прожить, устроился работать слесарем, а вечерами по памяти восстанавливал чертежи. В этом его поддерживал единственный человек, который сразу и безоговорочно поверил в проект русского изобретателя, – это был командир бригады аэронавтов Феликс Турнашон, близкий друг Жюля Верна.
Построить электролет помешало поражение Франции в войне. Лодыгин возвращается в Петербург, слушает лекции в университете и Технологическом институте и много работает – теперь уже над лампой накаливания. «При моих опытах над лампой с вольтовой дугой, производившихся 15 лет тому назад, – писал он позже в брошюре «Заметка о дуговых лампах и лампах накаливания», изданной в Париже в 1886 г., – я мог убедиться, что свет в дуговой лампе происходит только от накаленных концов угольных электродов и что свет, даваемый самой дугой, очень слаб… Поэтому мне пришла в голову мысль заменить дугу цилиндром из угля, который, будучи нагреваем током, давал бы свет, не вызывая явления поляризации и, следовательно, не поглощая лишней энергии… Таким образом, от двух угольных полюсов, соединенных вольтовой дугой, я перешел к одному тонкому угольному стержню, не имеющему разрывов». Лодыгин также первым пришел к выводу о необходимости помещать накаливаемый уголь в «герметически закупоренный пустой прозрачный сосуд». Лампы, которые он демонстрировал в Петербурге в 1873 году, по форме напоминали современные многоваттные шаровые лампы. Такими через пару месяцев после показа в «технологичке» Лодыгин осветил часть Одесской улицы в Петербурге. Как писали тогдашние газеты, на демонстрацию электрического света собиралось больше публики, чем на оперу в Мариинке.
В августе 1874 года Академия наук присудила Лодыгину Ломоносовскую премию в размере тысячи рублей, он получил на свое изобретение привилегию в 10 странах – Австрии, Великобритании, Испании, Италии, Франции, Бельгии, Португалии, Швеции, Венгрии и даже Индии, при участии петербургского банкира Козлова основал «Товарищество электрического освещения Лодыгин и К°». Но блестящий ученый оказался никудышным бизнесменом. Известный электротехник Владимир Чиколев писал: «Изобретение Лодыгина вызвало большие надежды и восторги в 1872–1873 годах. Компания, составившаяся для эксплуатации этого способа, вместо энергичных работ по его усовершенствованию, на что надеялся изобретатель, предпочла заняться спекуляциями и торговлей паями в расчете на будущие громадные доходы предприятия. Понятно, что это был самый надежный, совершенный способ погубить дело, способ, который не замедлил увенчаться полным неуспехом».
Не добившись успеха во внедрении своих разработок на родине, Лодыгин в 1884 году уехал за границу. Более 20 лет он работал во Франции и США, создавая новые лампы накаливания, – в 1906 году, например, Лодыгин получил патенты на лампы с нитями из тугоплавких металлов, изобретая электропечи и электромобили, строя заводы и метрополитен. В Россию изобретатель вернулся в 1907 году. Преподавал в Электротехническом институте, работал в строительном управлении Петербургской железной дороги, с началом Первой мировой войны занимался летательным аппаратом вертикального взлета.
В феврале 1917 года с женой и детьми Александр Николаевич уехал в США. Позже его приглашали вернуться в Россию для разработки плана ГОЭЛРО, но здоровье не позволило этого сделать. Лодыгин умер в Бруклине в марте 1923 года, не успев прочесть письмо из СССР об его избрании почетным членом Общества русских электротехников.
Когда через несколько лет демонстрации в Технологическом институте «американец Эдисон на основании знакомства с работой Лодыгина сделал аналогичное «изобретение», отличавшееся лишь несколькими незначительными деталями, – писал «Московский журнал», – нация поднесла ему 600 000 долларов для устройства лаборатории и вся страна была убеждена, что автор открытия именно он. Самое печальное, что в этом же была уверена и почти вся Россия».
 Валерий РУДЕНКО
0 комментариев
, чтобы оставить комментарий

Ранее на тему

83 героических года

05 августа, 20:03

Участок преткновения

05 августа, 20:02

Разведка боем

05 августа, 20:01

На эту же тему