Рекламный баннер.

Общество

21:21, 09 сентября 2013

Прокурор должен быть синонимом безупречности

Прокурор должен быть синонимом безупречности
Он поменял шесть школ, поднимался под облака и спускался под землю, тянул лямку на Колыме и в Сибири, а после серьезных разборок с начальством получил прозвище Прокурор. Спустя годы наш герой и вправду надел погоны блюстителя законности. Сегодня Олег Черныш – прокурор региона, государственный советник юстиции второго класса, заслуженный юрист России. А еще – отличный семьянин, любящий отец и дед, азартный охотник. И с недавних пор – почетный гражданин Тульской области. Впрочем, всего этого могло и не быть, если бы сбылась его детская мечта…

Но обо всем по порядку.

– Олег Васильевич, говорят, накатавшись с родителями по городам и весям, после восьмого класса вы забрали документы из школы и подались в повара.

– Как и все мальчишки, в детстве я был без ума от фильмов про индейцев с Гойко Митичем в главной роли. Я мечтал о путешествиях, о том, что однажды своими глазами увижу озеро Онтарио. А еще хотел посмотреть Париж. Поэтому решил поступить в техникум общественного питания, чтобы стать шеф-поваром на каком-нибудь корабле и наконец отправиться в зарубежные страны. Я знал, что профессия эта очень популярная и конкурс будет немаленький, но особо не боялся: учился-то хорошо, а мой аттестат был почти отличный. И когда за вступительное сочинение мне поставили «двойку», не поверил. Попросил экзаменационную работу, а мне говорят: «Парень, ты деньги заплатил?» По наивности я не понял, чего от меня хотят. А когда дошло – забрал документы.

– Но романтики в вас не убавилось: решили стать геологом.

– Да, отнес документы в горный техникум и поступил туда без проблем. Уже через год побывал за границей: после первого курса меня, как отличника учебы, отправили по обмену опытом в Чехословакию. На сегодняшний день я не посетил лишь Австралию и Антарктиду. Так что можно считать, что детская мечта все-таки сбылась, только обошлось без камбуза и морской болезни.

– В вашей биографии была еще одна романтическая страница – служба в ВДВ.

– С десантными войсками все просто: я занимался классической борьбой и игровыми видами спорта, соответствовал предъявленным требованиям по росту, весу и морально-волевым качествам, поэтому и получил отметку «годен». За время срочной службы совершил 24 прыжка. Мне и сейчас иногда хочется подняться в небо и спуститься под куполом. Но самое важное – знаменитые войска стали для меня настоящей школой мужества.

– Как и шахтерская работа?

– Почти сразу после армии я женился и решил сменить профессию геолога на более доходную. Родом я из Донецкой области, мой отец был шахтером, поэтому выбор был недолгим – из Донецка отправился на Север, прямиком в Магадан. Шахтерская работа – самая трудная и опасная из гражданских специальностей. Трудиться приходилось под землей, а это психологически некомфортно и поначалу страшно. Плюс грязь, пыль, загазованность, темнота. Требуется предельная концентрация физических и моральных сил. Зато закалку получаешь на всю жизнь.

– Товарищи по забою прозвали вас Прокурором. Почему?

– Подземная смена не должна длиться больше шести часов – это по трудовому законодательству. А на нашей шахте проходчики вкалывали по восемь – таким образом руководство экономило на транспорте и других накладных расходах. Меня эта ситуация крайне возмутила, я поднял на уши всех, кого только можно, в результате смены сократили, коллеги стали называть меня Прокурором, а потом еще и выбрали председателем товарищеского суда.

– Выходит, что, когда вы пришли в правоохранительные органы, то уже имели за плечами опыт борьбы с беззаконием…

– Я пришел в прокуратуру в 28 лет, начинал стажером, имея заочное юридическое образование и опыт общественной работы. Относительно быстро стал помощником, старшим помощником, а потом и районным прокурором. Я горел на работе и горю до сих пор. Это нужно в любой профессии, иначе ничего не получится.

– А как получилось, что вы связали свою жизнь с нашим регионом? 

– Анатолий Васильевич Седухин, возглавлявший Тульскую прокуратуру в 1995–2001 годах, в начале девяностых работал прокурором Магаданской области. Вот там, в Тенькинском районе, он меня и встретил, когда поехал знакомиться с территорией. Я тогда был старшим помощником, исполнял обязанности прокурора района, курировал надзор, в том числе законность добычи золота, вечно что-то инициировал. Наверное, моя энергичность и бросилась в глаза начальству. Вскоре я возглавил прокуратуру соседнего района. А когда Седухина перевели в Тульскую область, он пригласил меня на должность первого заместителя. К тому времени я работал в прокуратуре Рязанской области.
Работать пришлось в очень непростой исторический период. Людям повсеместно не выплачивали зарплаты и пенсии, они бастовали, объявляли голодовки. Миллионы оказались без работы и лишились средств к существованию. Резко возросла преступность, новоиспеченные законы были предельно несовершенными. Вот тут-то наш коллектив и прошел проверку на прочность, пригодились и энергия, и накопленный опыт. В то время проявились лучшие качества Седухина как руководителя. Я по сей день безмерно благодарен Анатолию Васильевичу за доверие, за его умение тактично поправить и дать грамотные наставления и считаю, что этими свойствами должен обладать каждый начальник.

– Судя по тому что подчиненные видят в вас не только шефа, но отца родного, вы оказались хорошим учеником и Анатолий Васильевич может только гордиться. При этом далеко не секрет, что многие тульские чиновники и руководители знают вас как человека принципиального и жесткого. И – не любят. 

– Любить меня или ненавидеть – дело сугубо личное. Но мундир и должность извольте уважать! Я никогда и никого не делил на «своих» и «чужих», мне не нужны личные качества поднадзорных должностных лиц – только законность их позиций или действий. При этом не нужно сбрасывать со счетов, что арсенал прокурорских полномочий не ограничивается карательными мерами: мы всегда стараемся обойтись малой кровью, предотвратить нарушение закона или минимизировать его последствия. Согласитесь, получить представление или предостережение прокурора и устранить недоработки намного лучше, чем выплачивать штрафы или идти на скамью подсудимых. Даже бандиты не обижаются, когда их справедливо наказывают, а что об остальных говорить…

– Олег Васильевич, бывают ситуации, когда вы чувствуете себя бессильным?

– Люди приходят в прокуратуру с разными жалобами. Впервые обратившиеся сначала направляются в соответствующие отделы и управления, а потом к моим заместителям. Если на этом этапе жалоба не получает разрешения или человека не устраивает результат – его записывают к прокурору. Мой приемный день – четверг. Обычно народу записывается много – в течение года человек сто. Многие часто стремятся попасть именно ко мне, думая, что прокурор области такой волшебник, который вмиг может решить любую проблему. Но я так же ограничен рамками закона, как и любой другой гражданин. Поэтому, если просьба гражданина выходит за эти рамки, я бессилен.

– Вы довольны своей карьерой?

– Мне довелось поработать в разных сферах – не из-за жажды перемен, просто так складывались обстоятельства. Ничуть не жалею, что в 2001 году я ушел по выслуге лет в отставку и волею судьбы оказался в исполнительных органах власти. Я работал в федеральной службе по финансовому оздоровлению и банкротству, после этого в Минюсте, потом в Росрегистрации. Кроме того, в столице я преподавал в двух вузах, в Туле читал лекции в филиале Российской правовой академии. Пять лет назад получил второе высшее образование. В прошлом году защитил кандидатскую, которую планировал еще 20 лет назад. Тогда мне помешали обстоятельства – Союз развалился, в Харьковском юридическом институте с меня потребовали украинское гражданство, а я уже прочно связал свою жизнь и карьеру с Россией… Сегодня, оглядываясь на прошлое, я понимаю, что все случилось тогда, когда и должно было случиться. В итоге я приобрел важный жизненный и профессиональный опыт, который помогает мне глубже понимать общественные и экономические процессы.

– Какое из дел запомнилось больше других?

– За долгие годы работы в прокуратуре было много интересного и сложного – от хищений золота до бандитизма с убийствами. Но особенно запомнилось, когда была реальная угроза не только нам – сотрудникам прокуратуры, но и членам наших семей. Ряд милиционеров, в том числе и некоторые руководители районных отделов внутренних дел и УВД Магаданской области, «сколотили» настоящую банду – убивали людей, насиловали женщин, похищали золото, продавали его в одной из Кавказских республик, а оттуда отправляли в Турцию, занимались игорным бизнесом. К сожалению, коллеги из КГБ на первоначальном этапе нас не поддержали, и нам самим пришлось заниматься в том числе и оперативно-разыскной деятельностью. В итоге мы победили. Работники милиции, чью преступную деятельность мы смогли доказать, были привлечены к уголовной ответственности, остальные – уволены из органов внутренних дел.

– Деньги, причитающиеся за звание «Почетный гражданин Тульской области», вы перечислили в Северо-Агеевскую школу-интернат.

– В 2013 году мы взяли над этой школой-интернатом шефство. Выбирали, у кого сложное положение и кому в первую очередь требуется помощь. Это главный критерий.
В прошлом, 2012 году мои средства, около 300 тысяч руб­лей, были перечислены в детский сад компенсирующего вида № 1, расположенный на улице Макаренко в Туле. 
Понимаете, я человек не бедный. В молодости заработал себе на Севере на достойную жизнь. При этом никогда не считал, что богатство измеряется квадратными метрами или лошадиными силами. Для меня главная ценность – это то, что останется после меня: мои дети и внуки, мои ученики, хорошие дела, добрая память.

– Олег Васильевич, обиженный человек идет за помощью в полицию, в прокуратуру, в суд. А куда идти обиженному прокурору? Сегодняшние реалии таковы, что с экранов телевизоров и со страниц газет вашего брата критикуют часто, бывает, что и необоснованно.

– В нашей среде не принято жаловаться. Выход один – не давать даже намека на повод. Ни словом, ни жестом, ни тем более действием прокурор не имеет права запятнать честь мундира. Дело даже не в конкретном представителе нашей структуры – дело в престиже закона. Люди, выступающие мерилом законности, не могут себе позволить отступить от него. Слово «прокурор» должно быть синонимом безупречности. Может, это и пафосно звучит, зато верно отражает суть.

 Людмила ИВАНОВА
1 комментарий
, чтобы оставить комментарий
Гость
11 сентября 2013
Прокурор должен быть синонимом безупречности... Поэтому свою подпись на заявлении о принятии не стал ставить,когда ходоки из Новомосковска приезжали по поводу несуществующих домов? Понятно!

На эту же тему