Рекламный баннер.

Общество

18:54, 28 октября 2013

С револьвером в кармане

Трактир Соколова на углу Грязевской и Калужской улиц (ныне улицы Лейтейзена и Демонстрации) в Туле был излюбленным местом сборов окрестных рабочих. Но если другие приходили сюда отдохнуть за разговором под стакан чая или чего покрепче, то Федора Лебедева вело в трактир дело. Токарь с фабрики Баташева конспиративно встречался здесь с представителями большевистской организации, чтобы передавать сведения о настроениях рабочих.

Однажды поход в трактир завершился для Федора арестом. По пути в участок его били, да и там еще досталось. «После этого отец стал часто болеть и в феврале 1917-го умер от скоротечной чахотки», – вспоминал один из первых тульских комсомольцев Михаил Федорович Лебедев. Пришлось Мише наняться мальчиком на побегушках в скобяной магазин, но вскоре нашлось дело интереснее – разносить газеты «Известия Тульского Совета».
В городе тогда шла острая межпартийная борьба, которую паренек испытал на себе. «Я продавал газеты в мастерской оружейного завода, – рассказывал он. – Там была сильная большевистская организация. Газеты у меня отобрали и строго-настрого запретили приходить. Рабочие покупали «Пролетарскую правду».
Миша решил уйти из экспедиции «Известий». В Народном доме (ныне театр юного зрителя) ему повезло встретиться со знакомым отца – большевиком, работавшим секретарем Совета. С его подачи Лебедева взяли туда курьером-телефонистом. Одновременно он стал связным ревкома, и не только связным: «Дежурил у телефона, носил секретные пакеты. Я был очень маленький ростом, проворный, и мне удавалось проникать на собрания меньшевиков, эсеров, анархистов. Узнавая об их намерениях, я сообщал о них Каминскому и  Каулю. За мое усердие ревком решил взять меня на полное обеспечение. Каминский подарил мне револьвер. А оружие в то время было необходимо».
Позже Миша вступил в Красную гвардию, работал в справочном бюро губисполкома, стал членом союза рабочей молодежи «III Интернационал» Городского района Тулы. Доводилось ему и выполнять оперативные задания ЧК. Словом, к лету 1919 года 15-летний подросток много чего повидал и превратился в испытанного бойца революции, твердо знающего, на какой он стороне.
«В марте 1919 года губернский комитет РКП(б) направил меня на работу заведующим агитотделом губернского детского пролеткульта, помещавшегося на Дворянской (теперь ул. Бундурина), – рассказывал Лебедев. – Пролеткульт объединял самых различных ребят. Необходимо было перевоспитать их в коммунистическом духе».
Пролеткульт – литера­тур­но-художественная и культурно-просветительная организация. Возникнув накануне Октябрьской революции, она провозглашала задачу формирования пролетарской культуры путем развития творческой самодеятельности рабочих. Именно в Туле, утверждают «Очерки истории Тульской областной организации ВЛКСМ» (Тула, 1988), от «взрослого» пролеткульта впервые «отпочковался» детский: в начале 1919-го по инициативе Каминского в городе оружейников появилось «первое в Республике детское коммунистическое объединение», которое составили около 300 мальчиков и девочек.
Лебедев начал с того, что создал группу агитаторов, в которую вошли Гриша Владимиров, Вася Иванов, Ваня Томкин, Боря Жабров и другие. 11 мая около двух тысяч детей приняли участие в митинге, резолюция которого подчеркивала: «Наш долг всеми силами стремиться к тому, чтобы с честью вступить на жизненный путь и достойно заменить наших отцов и старших братьев». Это было серьезное заявление для того времени, когда в стране царили разруха и голод, Туле угрожали рвавшиеся к Москве войска Деникина, а дезертирство стало обычным явлением.
«Дети часто выступали среди дезертиров, – вспоминал Лебедев. – Например, представитель Богородицкого детского пролеткульта Иван Телков, выступая на станции Волово вместе с другими ораторами, создал перелом в настроении солдат. Они единогласно приняли резолюцию немедленно отправиться на фронт против Деникина и запели революционные песни».
В июне 1919-го детский пролеткульт Тулы выезжал на станцию Узловая. «Здесь было засилье спекулянтов, – вспоминал позднее Михаил Федорович. – Мы организовали митинг. Выступали члены местной парторганизации, они призывали на борьбу со спекуляцией... Я читал стихотворение Демьяна Бедного: «Судьбою нам дано лишь два исхода: иль победить, иль честно пасть в бою». Много приходилось работать и в агитпункте Курского вокзала Тулы: «Раздавали едущим в эшелонах красноармейцам газеты и журналы, проигрывали граммофонные пластинки с речами Ленина».
В середине июля в Туле открылась Детская коммунистическая школа, где учились детпролеткультовцы. Основными направлениями обучения в ней были политическое, научное, профессиональное, эстетическое и физическое. Занятия вели партийные работники и члены союза молодежи, а также преподаватели городского коммунистического университета. При школе был интернат, где жили 60 сирот, работали учебно-производственные мастерские, художественная студия и библиотека. Дети шили знамена, делали древки, писали лозунги, а затем агитаторы раздавали их по проезжавшим через Тулу на фронт эшелонам.
В сентябре удалось организовать поездку детей в прифронтовую полосу. «Мы отвезли красноармейцам подарки от тульского пролетариата: кисеты с табаком, бумагу, политическую литературу, теп­лые вещи, собранные среди рабочих, – рассказывал Лебедев. – Агитаторы выступали в частях на митингах, участники театральной студии устраивали концерты и спектакли. Возвращаясь в Тулу, мы узнали, что Красная армия прорвала деникинский фронт, что угроза, нависшая над Тулой, ликвидирована».  
К празднованию второй годовщины Октября Лебедев и его подопечные выпустили «однодневную печатную газету «Детский пролеткульт» с передовой статьей «На боевой смотр, дети пролетариата». А в начале 1920 года тульский детпролеткульт переехал в село Молоденки Епифанского уезда, где на базе детдома создал ребячью сельскохозяйственную коммуну. Как сложилась ее дальнейшая судьба, неизвестно. Но такие пролеткульты в Туле были преобразованы в 1921 году в детские коллективы под руководством губкома РКСМ, а через два года их сменили пионерские организации.
10 октября 1923 года губернское совещание комсомола постановило создать пионерские отряды во всех уездах губернии. Организатор первого такого отряда в Одоеве Нина Сечкина вспоминала: «По улицам патриархального Одоева, при развернутом пионерском знамени, в ярких пионерских галстуках, с песнями пошли ребята – всего четверо – и я впереди. Ох, что было! За нами бежали ребята, выскакивали из калиток тетушки, кричали. Взбудоражили мы тишь одоевскую».    
К тому времени Мишу Лебедева направили на работу по ликвидации детской беспризорности. И через несколько десятилетий Михаил Федорович (а дожил он до восьмого десятка лет) на встречах с молодежью часто рассказывал тогдашним пионерам, как в их возрасте жил и действовал с револьвером в кармане и комсомольским задором в душе…
Валерий РУДЕНКО
0 комментариев
, чтобы оставить комментарий