Рекламный баннер.

Общество

09:00, 10 января 2014

В семье не без журналиста

Так получилось, что наш с мамой путь в журналистику проходил через одни и те же газеты. Не знаю, передалась ли эта профессия мне по наследству или я «заразилась» ею уже в зрелом возрасте, но что журналистика стала судьбой – однозначно…

У нас в семье «старшим по работе» был папа – кандидат технических наук, доцент, ученый, работавший в КБП. И мама старалась как-то стушеваться, уходила в тень, обеспечивая ему все условия для спокойной жизни и занятий наукой. Но для меня, что называется, с младых ногтей стало ясно: профессиональная деятельность – это важнейшая часть жизни человека. Я с детства прекрасно знала, как зовут редактора и всех сотрудников  «Молодого коммунара», кто из них о чем пишет. В общем, была осведомлена об их жизни больше, чем о многих родственниках. В редакцию приходила еще ребенком: долбила пальцами по клавишам дребезжащей печатной машинки, что невостребованной стояла в углу. Когда подросла, начала брать книги из коммунаровской библиотеки – кстати, там были великолепные издания. И понимала: у  людей, которые меня окружают, всегда есть собственное, зачастую отличное от окружающих, мнение. У меня с детства сложилось полифоническое восприятие жизни: отец слушал запретные «Голоса» по радиоприемнику и был настроен слегка диссидентски, мама работала в партийной газете, но при этом весьма критично относилась к происходящему вокруг. Она вела тему образования, поэтому на школу я стала смотреть немножко ее глазами. Так что жилось интересно…
Потом матушка весьма успешно трудилась в «Коммунаре», но вот «Молодой» с ее подачи навсегда остался для меня страной вечной юности, свободы, раскрепощенности. Молодость-то бывает у всех, но, когда она совмещается с творческим взлетом, с единомышленниками, можно сказать, что человеку повезло. Вспоминается эпизод из жизни журналиста Людмилы Носковой, когда ее, уже сделавшую себе имя, пригласили из газеты обкома ВЛКСМ в многотиражку крупного предприятия, по­обещав платить вдвое больше. Мама поначалу согласилась, но, придя в ту редакцию, увидев серьезных теток с начесами и в платьях из «накрахмаленной фанеры», сбежала через месяц назад, в «Молодой», под недоуменные взгляды новых коллег: подумать только, от такого оклада – и назад, на копейки.
Мать окончила Тульский пед­институт, год проработала в Таджикистане по распределению, потом в Лазаревской школе, так что темой образования вполне владела и вела ее во всех газетах, где довелось трудиться. В том числе – в «Тульских известиях», куда она была приглашена в 1991 году. Там уже были комфортные условия работы, служебные машины для командировок, а у матери оставались еще воспоминания, как «младокоммунаровцы» и «коммунары» мотались по районам на своих двоих – на автобусах и электричках, а при необходимости и на попутном транспорте. Причем грузовик почитался за счастье, случалось ездить и на телеге с сеном.
«Тульские известия», созданные на заре перестройки, тоже стали глотком свежего воздуха: писать разрешалось на любые запрещенные раньше темы, и журналистский народ, даже вполне серьезный, оттягивался вовсю. Редактор Александр Гелиодорович Ермаков собрал вокруг себя великолепную команду творческих, раскрепощенных людей. Требование было одно: владеть словом, за это прощались и «очепятки», и пятиминутные опоздания на планерки…
Учась в школе, я решила, что пойду по папиным стопам, поступила в «политех», потом пришла работать в КБП. Но за окном было начало 90-х, и инженеры стали никому не нужны. Переломив себя, пришла по маминым стопам к гуманитариям в редакцию «Тульских известий» – поначалу верстальщицей. Потом попробовала писать, получилось, да и темы были интересные – музейная жизнь, археологические раскопки. Все это захватило, увлекло, и случилось неизбежное – я «заболела» журналистикой, а вакцины от этой «хвори» нет.
Правда, наличие вокруг аксакалов несколько напрягало, да и маменька опять же под боком… Короче, ушла в «Молодой», меня взяли. И начался период роскошной творческой жизни, когда тебе интересно все, каждый день – счастье, устаешь, недосыпаешь, ешь на ходу, но – пишешь, пишешь… Прежде запретная тема наркотиков стала актуальной. Толчком к ее разработке послужило письмо женщины из Щекина, чей сын кололся. Поняв, что это – катастрофа для людей, чьи дети гибнут, я стала организовывать круглые столы для сотрудников милиции, медиков, родителей, чьи дети страдают этим ужасным недугом. Итогом стало создание реабилитационного центра «Страна живых»…
А когда мама ушла на пенсию из «Тульских известий», я, уже повзрослевшая, ставшая матерью, пришла в эту газету на ее тему и начала писать об образовании. Причем старалась не просто давать сухие материалы «про училок», а показывать читателям  педагогов как личностей, рассказывать об интересном опыте, внедряемом в разных школах. Сейчас возглавила пресс-службу в ТГПУ имени Л. Н. Толстого и, наблюдая за студентками с модельной внешностью, понимаю: они пойдут работать в школы на небольшие зарплаты, потому что действительно хотят быть учителями.
Мария НОСКОВА
Фото из архива семьи Носковых
1 комментарий
, чтобы оставить комментарий
Гость
11 января 2014
Да никуда эти студентки не пойдут, о чем вы?..