Общество

19:16, 25 мая 2016

Возвращение малолеток

Возвращение малолеток
 Людмила ИВАНОВА

В Интернете как-то проводился опрос: «Стоит ли помогать подросткам, преступившим закон?». 90 процентов участников ответили: «Нет». Почему же общественное мнение оказалось настолько категоричным? Потому что законопослушные граждане посчитали разбойников и убийц людьми второго сорта? Или потому что злодеи «сами виноваты», ведь когда воры и насильники шли на дело, то не думали о последствиях, а теперь не заслуживают того, чтобы подумали о них? А может потому, что отвечавшие на вопрос забыли, что подростки, оказавшиеся за колючей проволокой, попали туда не навсегда?

Они проведут несколько лет в изоляции с такими же как они преступниками, а потом вернутся в общество и будут жить бок о бок уже с нами. Что из этого получится, во многом зависит от тех, кто находится по эту сторону закона.
Такая идея стала лейтмотивом заседания общественно-по­пе­чи­тельского совета, который прошел в стенах Алексинской воспитательной колонии. Вместе с представителями тульского региона в нем участвовали гости из Владимирского, приехавшие навестить своих юных земляков. Между тем сегодня здесь отбывают срок ребята из Ярославской, Ростовской, Нижегородской, Московской, Ивановской, Рязанской, Липецкой, Владимирской и Тульской областей…

Здесь уже не тюрьма
Руководитель колонии Виктор Овсянников:
– Сегодня Алексинская колония оправилась от стресса, полученного во время бунта 2011 года. Но главное, что сделаны выводы. Мы воспитываем ребят по-другому, видя в них прежде всего детей, попавших в трудную жизненную ситуацию: брошенных на произвол судьбы, озлобленных, обманутых, недолюбленных, подчас лишенных опеки и родительской ласки. Поэтому вместо мер принуждения на первый план выходят меры убеждения, и это уже дает свои положительные результаты. Большое внимание уделяем и трудотерапии: сейчас в колонии можно получить специальности швеи, оператора ЭВМ и столяра-строителя. Ребята сажают картошку и капусту, выращивают зелень для столовой. В планах – оборудование теплицы. Но нерешенных проблем тоже хватает. Продолжается ремонт общежития, нет мебели в клубе, не хватает спортивного инвентаря, швабр и щеток, нагревательных тенов, электрических чайников. Нет возможности сделать социальную гостиницу за территорией колонии, в которой смогли бы размещаться родители, приезжающие к детям. Есть комнаты длительного свидания, но даже чайник там можно вскипятить только за отдельную плату. А хочется, чтобы родственники пожили с ребятами, поучаствовали в мероприятиях. Мальчишки, преступившие закон, на длительное время отдаляются от отцов и матерей, а ведь их тоже можно включать как ресурс в процесс воспитания. На воле слово «колония» у многих ассоциируется с решетками, колючей проволокой и продажными ментами. А родители – это своеобразное связующее звено, они могут честно рассказать, что здесь уже не тюрьма.

Мальчишки боятся взрослой зоны
– Несовершеннолетних надо отделить от взрослой преступности! – уверен директор Объединенного профтехучилища регионального Управления исполнения наказаний Вячеслав Кочетыгов. – Когда-то была идея создать ПФРСИ (помещение, функционирующее в режиме следственного изолятора), куда бы свозили всех ребят, заключенных под стражу. Но Управление внутренних дел эту задумку не поддержало: бензин дорогой, дорога дальняя, следователям – морока. В итоге ПФРСИ, появившееся в Алексине, объединило только четыре района. Но мальчишки здесь были шелковыми! Чего не скажешь о тех, кто приходил издалека, из других областей. Кто знаком с системой следственного изолятора, тот знает, что там невозможно не пересечься с матерыми уголовниками. За новичками сразу назначаются смотрящие, чтоб отслеживать поведение, учить воровским традициям, а души у мальчишек неокрепшие, стержня нет. В итоге из СИЗО в колонию для несовершеннолетних приходят ребята, у которых в голове уже прочно осела тюремная субкультура. Бунт, который случился в Алексинской ВК в 2011 году, это только подтверждает, ведь его зачинщиками стала горстка парней, которые попали к нам из Ярославля. А там как раз несовершеннолетние сидели в изоляторе вместе со взрослыми.
Ну а те, кто за решеткой «по малолетке», полный срок должны отбывать в одной колонии и не идти во взрослую, чтобы не растерять всего хорошего, что в него вложили в воспитательной, вдали от настоящей зоны. Сейчас мальчишки, которые оказались в Алексинской ВК, боятся, что по достижении 19 лет их отправят к взрослым преступникам, потому что здесь у 90 процентов – правопослушное поведение. А там с них спросят: «Ты чего, сидя по малолетке, начальство слушал?»

Когда третьего не дано
Начальник Управления ФСИН России по Тульской области Юрий Краснов уделил особое внимание подготовке осужденных к освобождению.
– Коллектив Алексинской ВК ведет с воспитанниками колоссальную работу, но зачастую она оказывается бесполезной. Потому что, оказавшись на свободе, молодые люди не могут найти свое место в обществе и вновь попадают за решетку. Видимо, настала пора в каждом районе организовать комиссию, которая следила бы за освобождающимися ребятами и помогала им трудоустраиваться. Возглавлять ее должен глава муниципального образования, а помогать – прокуратура, начальник полиции, руководители соцзащиты и центра занятости. Дело в том, что число несовершеннолетних осужденных из года в год уменьшается, и есть реальная возможность каждому из них оказывать адресную помощь при освобождении. По большому счету, все силовые и социальные структуры бывают в курсе, что определенный несовершеннолетний освобождается из колонии. Но пока они работают разрозненно, результата не будет. Между тем активное взаимодействие помогло бы понять – что за человек возвращается домой, чего от него следует ожидать и от чего беречь. А важно это по той причине, что если подростка не возьмет под крыло законопослушное общество, то это сделают криминальные авторитеты. Третьего не дано.

Старейшины и волонтеры в помощь
– Во Владимирской области судьбой освобождающихся ребят заинтересовались волонтеры: они встречают с поезда, помогают решить проблемы с жильем, устроиться на работу, преодолеть бытовые трудности, наладить общение с родственниками, – говорит уполномоченный по правам ребенка во Владимирской области Геннадий Прохорычев, рассказывая о действующей в регионе системе индивидуального сопровождения девушек из Можайской колонии. – Кстати, в Чечне всех правонарушителей собрали в родовом селении Кадырова, а работают с ними старейшины…

Общение обоюдонужное
– В каждом регионе обязательно должны быть наставнические консультационные центры, которые могли бы работать со всеми ребятами, у кого нелады с законом, заниматься ресоциализацией выпускников детдомов и исправительных учреждений, – уверен международный эксперт по социальному сиротству стран СНГ Александр Гезалов. – Кроме того, назрела необходимость программы по их профессиональному обучению и трудоустройству. Также очень важно, чтобы появилась система обратной связи, динамическая база, которая бы по первому запросу давала информацию: куда попал конкретный человек, где учится, где работает. Такая уже успешно действует в Якутии, а нужно, чтобы она получила повсеместное распространение. У нас же пока получается так, что подросток выходит из колонии, едет на родину – и связь с ним обрывается. И куда попал, чем занимается, какова его судьба – неизвестно.
При этом очень важно – а сегодня число оказавшихся за решеткой заметно уменьшается – искать индивидуальный подход. Так получилось, что волею судьбы я знакомлюсь с массой людей, которые прошли по тернистому жизненному пути и не потеряли в себе человека. В футбольном клубе ЦСКА, к примеру, играет знаменитый Игнашевич, в судьбе которого были и школьные сложности, и криминал. Но он нашел в себе силы уйти от конфликта с законом. И ребята должны знать о таких людях: им важен личный контакт с агентами внешнего влияния. Очень хорошо, что в Алексинской колонии реализуется патриотическая программа «Подвига героев – стать достойными», приходят ветераны Великой Оте­чественной вой­ны и боевых действий, рассказывают о своей службе, о своей жизни. Но следующим шагом должно стать общение со сверстниками. Это нужно и тем, кто тут, и тем, кто на воле.