На языке опасных связей

Теплым майским вечером, когда в воздухе еще витал сладкий аромат яблоневых цветов, в лучах багрового заката в углу здания мелькала черная тень человека. Пройдя вперед, уже заметила, что это был молодой мужчина. Его глаза были тусклыми, а лицо выражало досаду, он раздраженно говорил по телефону:

– У тебя есть мяу-мяу?.. Понятно. Тогда блэк тар. На неделе. Словимся.

Подходить к незнакомому человеку и выяснять, что означают эти слова, не было необходимости – было понятно, что диалог не для посторонних ушей. Замедлив шаг, я задумалась, что речь явно не о котах, а слово «блэк» в этом напряженном монологе прозвучало неслучайно.

Услышанное не давало покоя, для этого нужно было срочно обращаться в интернет. Первое, что высветилось, – наркотики. В голове мелькнули две мысли: почему я не успеваю за молодежным сленгом и почему этот парень уже увлекся запрещенными веществами?

Очевидно, он не один такой. Но как люди попадают в эти сети? Как распознать опасный сленг? Как близким узнать о беде и, главное, как помочь?

Это первая статья из цикла «Опасные связи: сленг и зависимость» в которой наша задача не запугать, а постараться разобраться в проблеме изнутри. Вместе с экспертами – психиатром-наркологом Юлией Перминовой, сотрудниками Управления по контролю за оборотом наркотиков и человеком, который прошел этот страшный путь, но смог выбраться, – мы поищем ответы на вопросы: как не пропустить беду, куда обращаться и какая она – жизнь после зависимости.

Засекречено

Начав свое увлечение наркотиками, употребляющий старается всячески скрыть свои новые пристрастия. Вероятно, хорошо осознает, что за это придется отвечать и перед семьей, и перед законом.

– Он достаточно продумано ведет себя в семье, со сверстниками, друзьями или же с одноклассниками, – подсказывает психиатр-нарколог Юлия Перминова. – Однако внимательный взгляд позволяет заметить перемены.

Из беседы выяснилось, что меняется не только поведение «больного», но и его речь:

– Тот, кто начал недавно употреблять быстро осваивает сленг наркоманов. Видя, что близкие не понимают, о чем он говорит по телефону, ощущает себя героем. Однако жаргонизмы, употребляемые наркозависимыми изучены. Их перевод известен врачам наркологам и психологам.

Этот сленг возник неслучайно: для того, чтобы понимать их психологию, врачи изучали длительное время не только их поведение, но и разговоры.

– Появление собственного жаргона обусловлено желанием зависимых чувствовать сплоченность. Любой язык объединяет народ, выделяет его среди других, позволяет оставаться индивидуальным.

Жаргонизмы используют не только в устной речи, но и в письменной, и часто на форумах, где в завуалированной форме предлагают приобрести «продукт».

Так, какие же слова должны насторожить близких?

– Например, когда человек говорит слово «база» про место, то это означает, зачастую, ресурс или площадку, на которой продаются наркотики. Слово «барыга» давно вошло в обиход, оно означает продавца, а еще есть «купец» - этот тот, кто продает. Слово «беда» –означает любые наркотики, но чаще сильные психостимуляторы, «абстяга» – это ощущение ломки – довольно тяжелая форма реакции организма на прекращение употребления, «вмазка» – введение наркотика внутривенно, это слово, кстати, вошло в наркоманский сленг из тюремного жаргона.

Шаг за шагом в пропасть

Другое, что может волновать: почему человек, который уже потерял все – семью, работу, здоровье, – продолжает употреблять? Почему близкие, пытаясь спасти, только усугубляют ситуацию? И есть ли выход из этого замкнутого круга?

Спойлер: осознать проблему и справиться самостоятельно можно только на начальном этапе.

– Как люди попадают в зависимость из-за рецептурных препаратов? Часто ли вы с таким сталкиваетесь?

– Зависимость развивается из-за неконтролируемого или длительного приема лекарств, которые воздействуют на центральную нервную систему. Со временем организм привыкает, возникает толерантность. При отмене появляется абстинентный синдром – «ломка», с физическими и психическими симптомами.

– А что насчет «уличных» наркотиков? По вашему опыту, что может заставить наркомана остановиться и задуматься?

– Будет ошибкой считать, что наркоман ничего не знает об опасности или бессмысленности употребления. Но осознать проблему и справиться с ней самостоятельно возможно только на начальных этапах и при поддержке близких.

Дальше наркомания прогрессирует: меняются мышление, эмоции, поведение. Человек теряет критику к себе, ему сложно принять болезнь и обратиться к врачу.

– Кто или что мешает зависимому сделать этот шаг?

– Часто – сами близкие. Живя с наркоманом, они сами становятся созависимыми. Своими действиями – жалостью, покрывательством, решением проблем вместо него – они провоцируют углубление зависимости. Это замкнутый порочный круг. Разорвать его может только опытный специалист в комплексной работе со всей семьей.

– А как завлекают тех, кто еще не может делать сознательный выбор – подростков? Есть ли статистика по детской зависимости?

– Процесс вовлечения очень обширен, и чаще всего это делают… друзья несовершеннолетнего. Добровольцев среди наркоманов почти нет. Гораздо чаще это происходит путем обмана, шантажа, манипуляций или даже насилия. Даже когда подросток пробует наркотик из любопытства, он приходит к этому не сам, а в результате психологической обработки заинтересованных лиц.

– Куда обращаться, если нужна помощь?

– Специализированную помощь по профилю «психиатрия-наркология» можно получить в Тульском областном наркологическом диспансере и его филиалах. Контакты я назову в конце интервью.

– Почему же люди, даже понимая, что больны, затягивают с обращением?

– Есть несколько причин.

Во-первых, анозогнозия – это клинический феномен, механизм защиты психики, когда человек отрицает проблему и ее разрушительные последствия. Он может утверждать, что не нуждается в помощи, или преуменьшать степень своего употребления. Во-вторых, страх перед абстинентным синдромом («ломкой»). В-третьих, убежденность в безрезультативности лечения. Некоторые зависимые не видят смысла в терапии, считая, что справятся сами или что это все равно не поможет.

Врач отметила, что на протяжении последних лет в регионе не регистрируется случаев наркомании среди несовершеннолетних, что, конечно, не может не радовать. Роста потребителей нет, ситуация остается стабильной. При этом, нельзя отрицать факт: да, на учете состоят подростки с пагубным употреблением веществ.

Продолжение следует. В следующей части мы поговорим с сотрудником Управления по контролю за оборотом наркотиков – о схемах вербовки, наказании и о том, как уберечь своего ребёнка. А также – с человеком, который прошёл этот путь и вышел из тьмы. Не переключайтесь.

Главное помнить, что вы не одни и есть множество специалистов, которые готовы вам помочь.