Не сидят, а отбывают наказание

Сергей МИТРОФАНОВ
Фото: Геннадий ПОЛЯКОВ
 

Редакционное авто останавливается у ворот ИК-1 в окрестностях Донского. А тут уже стоят машины скорой. Что-то случилось? Ответ не заставил себя долго ждать. Встретивший нас заместитель начальника УФСИН России по Тульской области Александр Карамышев объясняет: один из видов работ, выполняемых на территории колонии самими заключенными, – это автосервис с обслуживанием спецмашин, включая увиденные нами те самые неотложки. Как тут не вспомнить рассуждения отдельных граждан об участи оказавшихся за решеткой: «Попали на зону? Пусть вот там и поработают». Наша репортерская группа убедилась: действительно, осужденные хоть и сидят тут, но точно не сидят сложа руки!

Путевка в жизнь

Директор информагентства «Регион 71», председатель комиссии Общественной палаты Тульской области по взаимодействию со СМИ и информационной безопасности Лада Варфоломеева вместе с нашей репортерской группой посетила все производственные участки колонии.

– В Донском осужденные шьют постельное белье для больниц, детсадов, лагерей, центров соцобслуживания, домов престарелых. Выпускают спец­одежду. Занимаются металлообработкой – делают остановочные павильоны. Есть тут и участок пошива верха обуви, и участок деревообработки, – перечисляет заместитель начальника УФСИН России по Тульской области Александр Карамышев. – Колония большая, свыше тысячи заключенных. Соответственно, и производственная зона обширная. ИК организована в 1954-м. И тогда тут работали: у колонии был договор со сталепрокатным заводом из соседнего региона, выпускали проволоку-катанку, сетку-рабицу, гвозди… Трудоустроены у нас сейчас все. Исключение – только по состоянию здоровья. Каждый осужденный обязан работать в соответствии с его специальностью и возможностями.

Теперь казенные учреждения перешли на самообеспечение. Государство по-прежнему выделяет деньги на питание заключенных, а вот хлопоты по трудоустройству легли на плечи руководства ИК и УФСИН. Работа по поиску заказов для трудоустройства осужденных ведется сразу по пяти направлениям: производство для нужд самой системы УФСИН, взаимодействие с федеральными и государственными органами власти, органами местного самоуправления и с коммерческими организациями.

Под запросы рынка приходится подстраиваться ежедневно. Такого нет, чтобы одно и то же шили годами. Пару недель занимаются одеждой, потом постельным бельем.

Итак, уяснили: каждый должен трудиться. А если человек ничего не умеет? На базе каждого исправительного учреждения есть проф­училище. Упор – на профессии швейной направленности, потому что здесь большой объем соответствующего производства.

– Мы научим любого. А отталкиваемся от того, что человек раньше делал, на свободе. Если ничем не занимался, то обучаем. В настоящее время обучение происходит по 18 профессиям: швея, сварщик, слесарь, столяр и другие, в зависимости от потребностей производства, – объясняет Игорь Слаутинский, руководитель филиала № 1 ФКП ОУ № 79. – Осужденный не сразу, а постепенно может освоить несколько профессий, причем человек получает документ, где ни слова о том, что он обучался, находясь в заключении. В общем-то, мы даем здесь людям путевку в жизнь.

Нет заказов невыполнимых

В ИК люди попадают с исковыми требованиями потерпевших и государства. А поскольку погашать их никакой дядя не собирается, то заключенные сами же и платят по счетам.

– В уголовно-исполнительной системе Тульской области привлечение к оплачиваемому труду осужденных, большинство из которых является жителями региона, позволяет своевременно погашать нанесенный материальный ущерб потерпевшим и государству, уменьшает издержки на содержание осужденных в заключении и снижает рецидив преступлений, тем самым снижая налоговую нагрузку на бюджет Российской Федерации, – поясняет Александр Карамышев.

Осужденный, выполняющий норму, зарабатывает не ниже МРОТ. Можно что-то купить в ларьке или отправить деньги родным. Каждый оступившийся, выходя на свободу, уже имеет кое-какие финансы, а главное – специальность, которая поможет первое время после освобождения встать на ноги и уведет от рецидива.

Москва, Подмосковье, Средняя Азия, Китай, Сенегал, Франция… Уроженцы самых разных мест попадали сюда. Кому-то 25 лет сидеть. Мы прошлись по всем участкам. И везде работа кипела. Заключенный Сергей Шейдин родом из Белоруссии, а жил в Москве. На воле занимался детейлингом – проще говоря, обслуживал машины, делал фары, подсветку салона и так далее. Почти по профилю нашел себя и в ИК.

– В колонии есть автосервис, к нам пригоняют автобусы, а также занимаемся машинами скорой, полиции. Обслуживаем полностью двигатели, перебираем, устраняем неполадки, красим, занимаемся кузовными работами. Работа каждый день, – рассказывает Сергей. – Можем и гражданские авто отремонтировать. Для нас нет сложных заказов. Штат 10 человек: кто-то красит, кто-то сварщик, кто-то умеет заниматься сборкой-разборкой.

И время за работой быстрее идет

Иван Васин – из Кимовска. На воле с шестнадцати лет занимался строительством. На ты был и с внутренней отделкой, и со сборкой металлоконструкций. Все это пригодилось и в колонии, где он уже три с половиной года. Теперь через его руки проходят быстровозводимые фермы, остановочные павильоны – в общем, все, что связано с металлом и сваркой. На свободу – через шесть с половиной лет, но надеется выйти пораньше. Дома ждут жена, дети, брат.

– Для нас главное здесь – была бы работа. Ребята все трудоспособные, умеют читать чертежи, размечать. Администрация ИК идет нам навстречу: постоянно дает заказы. Поставка материалов вовремя, отгрузка тоже. Проблем нет, – рассуждает Иван. – На воле тоже всем этим намерен заниматься, ведь руку себе набил за время заключения, думаю со временем перебираться в Москву. Сейчас ожидаем заказы от железнодорожников, станем делать ангары под поезда. И время за работой быстрее идет, и зарплату получаем. За время заключения, конечно, много думаешь о том, что совершил, – осознаешь свои ошибки в жизни, понимаешь, что что-то не так сделал. И уже совсем не хочется опять наступить на те грабли, на которые однажды наступил.

Заходим в пошивочный цех.

– Нам поставщики привозят материал, обычно в рулонах. Дают тех­условия. А мы рисуем, вырезаем, производим раскрой продукции. И отправляем в швейный участок, где все сшивают. Сейчас делаем зимнюю спецодежду – полукомбез и куртку, – рассказал Константин Зорькин, осужденный из Подмосковья; на воле занимался пиломатериалами, а сейчас шьет. – Работа есть, устраивает. Постоянно разные заказчики. На месте не стоим. Все заказы отшиваем вовремя.

А еще в Донском осужденные, как могут, помогают СВО – в свободное от работы время плетут масксети. Делают это не по принуждению, а по зову совести – в свободное время, без отрыва от основного производства.

Остров невезения, остров несвободы

Кого тут только нет. Энрике Дэнни Дувалон Замбрано – с Кубы. Там был поваром, занимался вольной борьбой. У нас же занялся наркотиками – и кривая дорожка довела до колонии. В ИК парня научили шить на машинке. Еще сидеть кубинцу шесть с половиной лет.

– Работа нравится, а главное – хочется получить хорошую характеристику и поскорее освободиться. Дома ждут родители, брат, двое детей. Выйду на волю – пойду работать поваром. Очень хочу поесть говядины. Хотел бы остаться в России, но, наверное, депортируют, – вздыхает кубинец.

Заместитель начальника УФСИН Александр Карамышев твердо повторяет: каждый осужденный обязан трудиться. Что и происходит.

– Исправление через общественно полезный труд – это уникальная возможность почувствовать себя полезным для общества. Большую помощь оказывает правительство Тульской области, размещая заказы в учреждениях уголовно-исполнительной системы региона, а наши колонии поставляют качественную продукцию для различных организаций.

Цифры, озвученные руководством УФСИН, превращают абстрактные разговоры о пользе труда в конкретный экономический аргумент. Только за пять месяцев 2026 года ИК-1 заключено девять государственных контрактов на сумму, превышающую 35,5 миллиона рублей. Нужды региона — от текстиля до городской среды — закрыты качественной продукцией.

Собеседник добавил: в дальнейшем при участии областной прессы запланированы выезды во все исправительные колонии региона с целью освещения деятельности УФСИН по ресоциализации осужденных, их подготовке и дальнейшей адаптации к гражданской жизни уже после освобождения и детального ознакомления с производственной деятельностью каждого учреждения. Ведь именно в цехах, где шьют, варят металл и обслуживают спецтехнику, и происходит то самое исправление трудом. Качественная организация рабочих процессов и получение востребованных профессий во время отбывания наказания – важный шаг в системе пробации. Эта важная часть работы пенитенциарной системы, и о ней необходимо рассказывать.