Сокровища российского офицерства

В тульском филиале Государственного исторического музея готовится к открытию выставка «Сокровища полковых музеев. Традиции и реликвии Российской армии». Здесь за парадным серебром скрываются человеческие судьбы, за полковыми знаками – истории подвигов. Это путешествие в исчезнувший мир русского офицерства, где переплелись доблесть и нежность, героизм и забота. О том, как собирали эти сокровища по крупицам и почему выставка интересна всем, независимо от возраста, рассказал заведующий сектором научно-экспозиционного отдела ГИМ Константин Игошин.

Кирилл ТЫРО

Фото: Геннадий ПОЛЯКОВ  

– Константин Георгиевич, как родилась идея этой выставки?

– Все началось с наблюдения наших коллег из отдела драгоценных металлов. Они заметили, что значительная часть их коллекций группируется по полковому принципу. Предметы явно принадлежали разным воинским частям. Когда стали изучать поступления, выяснилось: в конце 1920-х – начале 1930-х годов к нам одномоментно поступила коллекция расформированного Военно-исторического музея Москвы. А тот, в свою очередь, был создан в середине 1920-х годов из разрозненных фрагментов коллекций бывших полковых музеев Российской императорской гвардии и армии.

– А экспонаты как собирали?

– После Русско-турецкой войны 1877–1878 годов в России возникла настоящая мода на полковые музеи. Их были десятки. А после Октябрьской революции 1917 года, когда императорскую армию распустили, судьба музеев сложилась по-разному. Какие-то влились в советские собрания, какие-то разорили, и их фрагменты до сих пор всплывают то у нас, то за рубежом. Лучше всего сохранились гвардейские полки. Большая коллекция осела в Санкт-Петербурге – в Артиллерийском музее и Эрмитаже. А к нам в ГИМ пришла часть собрания Военно-исторического музея, куда случайным образом попали фрагменты разных полковых коллекций. И самое ценное – вместе с предметами к нам попали и музейные документы – учетные книги Преображенского и Кексгольмского полков. Это позволило восстановить подлинную историю многих экспонатов.

– Выставка называется «Сокровища полковых музеев». Это действительно драгоценности?

– Безусловно. Здесь представлены произведения ювелирного искусства: серебро, золото, драгоценные металлы. Но важно понимать – за каждым предметом стоит человек и его судьба. Поэтому выставка интересна всем, независимо от пола. Женщины увидят здесь изящные столовые приборы, украшения, вышивку, хорошо одетых и ухоженных офицеров на портретах. Мужчины познакомятся с традициями застолий и праздников. Каждый взрослый человек и даже ребенок может найти на этой выставке для себя что-то родное.

– Получается, это не столько про войну, сколько про культуру?

– Совершенно верно. Мы говорим о пласте культуры образованного слоя русского общества – офицерства. Это рафинированная военная интеллигенция, жившая своим укладом. И этот уклад удивительно близок нам, современным городским жителям. Те же корпоративные правила: мы живем в фирме со своими офисными традициями, а тогда это была внутриполковая культура, культура офицерского собрания, культура корпоративная, культура военных.

– О каких именно традициях Российской армии можно узнать на выставке?

– Прежде всего, о традиции корпоративной культуры. Полк был родным домом для каждого служащего: и солдата, и офицера. Верность не только Родине в целом, но и полку как единому организму, была важнейшей частью воспитания долга, отваги, ответственности перед товарищами. Далее – традиция офицерского застолья. Еще одна – традиция собрания реликвий при полковых церквях, которые создавались на деньги солдат и офицеров. Также традиция героизма и подвига: у нас представлены трофеи, индивидуальные и коллективные награды. Есть даже окровавленный китель генерала Келлера, в котором он погиб. Его соратники хранили эту реликвию как пример самопожертвования..

В экспозиции есть также ковчежец с прахом генерала Дурново, погибшего в 1828 году во время Русско-турецкой войны. Его хранили близкие люди. Но есть и совершенно удивительная история о жизни, а не о смерти. Представлена, например, подушка, которая имеет прямое отношение к истории лейб-гвардии Кексгольмского полка. Она была изготовлена к юбилею шефства австрийского императора над полком. На подушке вышиты все регалии полка: наградные петлицы на воротнике и обшлагах. Представлена лента, подаренная императором на знамя полку в честь пятидесятилетия его шефства. А вышила эту подушку дочь полка – Мария Кексгольмская. Девочка-сирота, подобранная во время Русско-турецкой войны 1877–1878 годов и воспитанная на деньги офицеров полка. Это ее дар полку, который стал для нее семьей.

– Вы упомянули традицию августейшего шефства…

– Эта традиция родилась в Западной Европе в Новое время. Шеф – крупный магнат или богатый феодал – нанимал за свои деньги полк, платил офицерам. После войны 1812 года император Александр I отменил реальное шефство, но ввел почетное. Шефство над несколькими русскими полками он «подарил» своим союзникам – западноевропейским монархам. Полки стали называться по имени прусского, австрийского или английского короля. Русский император был шефом в австрийском полку – это нормально, и наоборот: прусский король – шеф в русском полку – тоже норма. Эти шефства отражались на названиях полков и на униформе: на погонах и эполетах появлялись вензеля августейшего шефа. C началом Первой мировой шефство германского и австрийского императоров, естественно, отобрали.

– На выставке представлены полковые знаки. Это тоже часть корпоративной культуры?

– Традиция их изготовления возникла в связи с юбилейными торжествами, причем шла снизу, от самих полков. Офицеры разрабатывали знаки: овальные медальоны или кресты разной формы, на которые наносили даты формирования полка, памятные сражения, вензеля монархов – основателя, того, чье имя носил полк, и правящего императора. Для офицеров знаки делали из драгоценных металлов с эмалью, для солдат – из латуни или жести, вместо эмали – краска. Но смысл был един для всех.

– А есть на этой выставке экспонаты, связанные с Тулой?

– Да. Представлен знак 72-го пехотного Тульского полка. Но должен сразу сказать: с городом Тулой его не объединяет ничто, кроме названия. Полк был сформирован из батальонов Московского легиона – воинской части, уже принимавшей участие в войнах. В Московском легионе служил молодой офицер Михаил Кутузов. Командуя одним из батальонов, он получил под Алуштой ранение в голову, выжил, а когда легион переформировали в два пехотных полка, один из них назвали Тульским и Кутузов стал его командиром. Тульский полк участвовал во всех крупных войнах: и в первой Русско-турецкой, и во второй, и в наполеоновских, и в Крымской, и в Первой мировой.

– Что еще из «царского» увидят туляки?

– Целую витрину мундиров членов императорской фамилии. Вот мундир Талызина – офицера Семеновского полка, в котором Екатерина Великая совершала переворот, свергая мужа. А рядом – мундир самого Петра III. И мундиры Александра I, Александра II. Есть вещи цесаревича Алексея – сундук с полным его обмундированием. Портреты августейших шефов. Все это не просто парадные вещи, а предметы с историей. Вот, например, мундир Павла I – мы предполагаем, что это один из последних его мундиров, возможно, тот самый, который он носил накануне гибели. А рядом мундир его сына, Александра I. Император Николай I подарил этот мундир гвардейским артиллеристам после подавления восстания декабристов – в знак того, что они сохранили верность императорскому дому.

– Кому в первую очередь адресована выставка?

– Мы ориентировались на людей. Да, здесь много военной истории, но это история в человеческом аспекте. Здесь нет однотипных мундиров и сабель – все очень разное, красивое, личное. Мне кажется, каждый, независимо от пола и возраста, найдет здесь что-то для себя. А главное – все это про живых людей, которые любили, дружили, воевали, погибали и помнили друг друга.

12+