В поисках истины и обервахмана СС Клименко

Подготовил Сергей МИТРОФАНОВ совместно с архивом Управления ФСБ России по Тульской области

Фото автора и из архива Управления ФСБ России по Тульской области

Вот ведь какой крутой поворот случился однажды в судьбе Якова Сагача. С 5 по 19 (по другим данным, по 21) ноября 1941 года он, находясь в Красной Армии, участвовал в Великой Отечественной войне – был на фронте рядовым. А затем по 1945-й служил в Польше в войсках СС! Как он сам признался 14 сентября 1954 года в ходе допроса старшему следователю УКГБ Московской области, «находясь в плену у немцев, я изменил Родине и поступил на службу к врагу», «осенью 1942 года я окончил школу немецких войск СС в местечке Травники и был направлен в команду СС по охране Люблинского лагеря», «в этой команде я и познакомился с Клименко». На момент того допроса Сагач являлся заключенным и проходил как свидетель… Пришлось ему повспоминать темные дела: и свои, и сослуживцев.  

Трибунал Черноморского флота и 25 лет лагерей

Дело в том, что 26 января 1948 года Якова Сагача за измену Родине осудил по ст. 58-1 «б» УК РСФСР Военный Трибунал Черноморского флота, приговорив к 25 годам исправительно-трудовых лагерей и 5 годам поражения в правах. Наше издание продолжает знакомить читателей с материалами из архива Управления ФСБ России по Тульской области, рассказывающими о немецких пособниках и о том, как чекисты разыскивали коллаборационистов. Это, к слову, уже был не первый допрос, когда Сагача спрашивали про Клименко: до этого компетентные органы с ним пообщались, в частности, в феврале и июле 1953 г. Отношения у них, со слов Сагача, были нормальные, никаких личных счетов не имелось.

– Чем занимался Клименко в команде СС Люблинского лагеря? – спросили Сагача.

– Первое время Клименко исполнял обязанности по обслуживанию командного состава охраны – убирал их помещение, постели, чистил им обувь. Затем он был переведен на работу в конюшню по уходу за лошадьми. В марте или апреле 1943 года Клименко был переведен в команду по охране лагеря, но вскоре вместе со мной и другими вахманами направлен в Львовский лагерь.

Итак, отмечаем для себя: Клименко служил в Люблинском и Львовском лагерях. По прибытии в команду войск СС Львовского лагеря Клименко наравне с другими вахманами (т.е. охранниками в фашистских концлагерях) нес охрану лагеря заключенных. Потом ему присвоили звание обервахман (он стал старшим над другими вахманами, включая Сагача) – и что изменилось? «Проживал на привилегированном положении и на охрану лагеря не назначался». В обязанности Клименко входила проверка несения охранной службы вахманами. За плохое отношение к службе он мог поколотить некоторых вахманов.

На фото: о «травниковцах» в 2019 году вышло большое исследование Арона Шнеера, но многое о них мы узнаем только сейчас 

Они пили и их били

Как-то Клименко застукал вахманов Иванова и Сагача за распитием спиртных напитков, причем пьянка произошла во время несения наряда, – и избил обоих. Сагач привел и такой факт: «Во время массового истребления еврейского населения, заключенного в Львовский лагерь, совершенного немцами летом 1943 года, Клименко конвоировал заключенных к месту расстрела. Я его лично видел в числе других охранников, конвоировавших заключенных к месту расстрела, находившемуся на расстоянии 400-500 метров от Львовского лагеря».

ДОСЬЕ

Яков Александрович Сагач. Родился в 1916 году. Уроженец города Севастополь. По социальному происхождению из рабочих. Образование 3 класса (по другим данным, 4). Беспартийный, общественно-политической деятельностью не занимался. В бандах, контрреволюционных организациях не состоял и в восстаниях не участвовал. По профессии слесарь-механик. Имел дочь. Правительственными наградами не отмечен. Был трижды легко ранен в голову и ноги. Был на оккупированной противником территории – в частности, в Львове. В 1953 году находился в заключении в г. Норильске в горном лагере МВД, считался невоеннообязанным. Паспорта не имел.

И еще любопытный штрих в биографии Сагача. В ноябре 1943 года он был арестован немцами… за побег! И с тех пор Сагач с Клименко ни разу не встречался. Сагача через пару недель выпустили из тюрьмы, но он уже не застал Клименко в Львовском лагере. Вместе с другими вахманами команды СС Клименко выбыл на охрану Бухенвальдского концлагеря. И что потом стало с Клименко, об этом Сагач не знал.

Мужичок с гармошкой

…Вечером 24 июля 1953-го в Норильске оперуполномоченный оперотдела Управления горного лагеря показал Сагачу фото времен войны, на котором была запечатлена большая группа вахманов. И Сагач узнал некоторых: «Опознанные мною лица вместе со мной служили в германских войсках СС по охране лагерей смерти». Стал рассказывать про них. Тот, кто сидит с гармошкой в руках, – Яков Клименко, примерно 1912-1913 года рождения, уроженец Украины («где в настоящее время находится, мне неизвестно»). Под № 1 – Уткин (про него никаких подробностей не сообщил). А под № 2 –  Роман Зажирко, примерно 1910-1911 года рождения, уроженец Украины.

На фото: Яков Клименко (с гармошкой) в чине обервахмана среди таких же, как он сам, немецких пособников в одном из гитлеровских концлагерей (под № 1 Уткин, под № 2 Зажирко)

В тот же день Сагачу показали еще три фотокарточки. На одной из них он узнал Клименко. Сказал, что примерно в сентябре или октябре 1942-го он (Сагач) вместе с группой советских военнопленных, обучавшихся в учебном лагере СС «Травники», прибыл в город Люблин, «где я и встретил его (Клименко) в числе этой группы». Сагач пояснил, что об обстоятельствах, при которых Клименко попал в немецкий плен, и о подробностях поступления Клименко на службу в войска СС и полицию безопасности по охране лагерей смерти, ничего сказать не может: «Я с ним на эту тему не разговаривал». Итак, после учебы в «Травниках» Клименко оказался в Люблинском лагере и служил вахманом. Спустя примерно полтора месяца Клименко «направили на работу в конюшню нашей части» – ветфельдшером. В марте Сагача в числе небольшой группы полицейских направили также для работы на конюшне, «где работали ездовыми на лошадях».

Перед расстрелом: «…а детей раздевали их родители»

«В середине мая 1943 г. из конюшен нас (в том числе и Клименко) отправили в лагерь, расположенный в г. Львове. В Львове мы занимались охраной лагеря, конвоировали гражданских лиц еврейской национальности на различные работы, на расстрелы их». В лагере смерти содержали около 5000 мирных граждан. В начале июня 1943 г. приехало несколько немецких офицеров, они отдали команду расстреливать заключенных. Всех вахманов построили. Распределили по группам – конвоировать людей на расстрел. Обреченных узников выводили из лагеря, вели за холм примерно в 500 метрах. Этих людей приблизительно в 200 метрах от ямы останавливали и требовали раздеваться. Всем. Донага… И потом их гнали в ямы. «Все раздевались, а детей раздевали их родители». Со слов Сагача, одежду этих несчастных людей после собирали и отвозили в лагерь, там сортировали, упаковывали и куда-то отправляли. Сагач не скрывал, что часть ценностей тех людей, которых расстреливали, вахманы забирали себе и потом пропивали или меняли на что-то другое. Сагач заявил, что за давностью времени он не в состоянии назвать фамилии тех лиц, кто мог бы подтвердить и дополнить его показания о преступной деятельности Клименко. «От места, где раздевали, гнали в ямы уже сами немцы, поэтому я не видел, как их расстреливали. Клименко тоже принимал участие в конвоировании. Принимал ли участие Клименко в избиении и расстрелах мирных граждан, мне об этом неизвестно». Сагач также указал, что о связи Клименко с немецкой разведкой ничего пояснить не может: «При мне он <немецкими властями> не арестовывался и не допрашивался». А на вопрос, что Сагачу известно об обстоятельствах пленения Клименко в конце войны американскими войсками, пояснил: с Клименко он потерял связь в ноябре 1943 г., т.е. «до момента моего ареста немцами за побег из части, в которой я служил. Больше я его после этого не видел». И еще один интересный вопрос задал Сагачу вечером 24 июля 1953-го в Норильске оперуполномоченный оперотдела Управления горного лагеря: где и когда Клименко вставил себе большое количество золотых зубов? «При мне он вставлял несколько зубов в г. Люблине в самом лагере. Зубы вставлял еврей-врач». Примечательно, что на допросе 12.02.1953 г. Сагач пояснил старшему следователю отдела МГБ при горном лагере: «Я замечал, что у Клименко было несколько искусственных (вставленных) зубов, но из какого металла они были приготовлены и где, мне неизвестно». Имел ли Яков Клименко другие имена или фамилии (об этом тоже спрашивали Сагача)? Этого Сагач не знал. И еще деталь. В тот день, 12 февраля, на групповом фото вахманов он опознал только Клименко, а про остальных сказал, что видит впервые. В этой истории, как видите, хватает путаницы в показаниях. Неспроста? К показаниям Сагача мы еще вернемся.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.