Дело Ефраима Вольпера: путь из немецкой армии в строители тульских шахт

Подготовил Сергей МИТРОФАНОВ совместно с архивом Управления ФСБ России по Тульской области

Фото: Сергей КИРЕЕВ – реконструкция событий времен Великой Отечественной войны; Сергей КИРЕЕВ – остатки шахт в Тульской области в наши дни

В мае 1944 года Ефраим Вольпер, о котором «Тульские известия» рассказывали в предыдущих публикациях, был откомандирован во взвод конной разведки при штабе 45-го полка, которым командовал русский военнопленный, но при этом лейтенант немецкой армии (!) Чалый. И стал Вольпер служить в этом взводе повозочным. Так продолжалось до октября 1944-го.

В Белоруссии ловили партизан, в Литве готовились к обороне

До 30 мая 1944 г. взвод был расквартирован на станции Колодищи (ныне узловая железнодорожная станция Минского отделения Белорусской железной дороги на линии Минск – Орша, между ст. Озерище и остановочным пунктом Садовый), «где в карательных операциях против партизан не участвовал, за исключением того, что патрулировал вдоль полотна железной дороги от одного опорного пункта до другого с целью охраны железной дороги от налета партизан».

Фото: Сергей КИРЕЕВ – реконструкция событий времен Великой Отечественной войны

Обо всем этом Вольпер говорил в Туле чекистам на допросе 4 ноября 1948 года. Из материалов архива Управления ФСБ России по Тульской области следует: лично Вольпер на постах по охране «железки» не использовался, поскольку находился с подводой при полковом обозе. В конце мая 1944 года 45-й полк (в том числе и взвод конной разведки) срочно перебросили в район города Борисова. Для вооруженной борьбы против народных мстителей. Вольпер утверждал, что лично он в боях не участвовал, «поэтому не знаю, какого характера бои против партизан вел личный состав полка». Ефраим Вольпер отметил, что во время боя гитлеровцы взяли в плен значительное (!) количество партизан, которых конвоировал в Борисов и взвод конной разведки полка. И подчеркнул: он, Вольпер, никого не конвоировал, «так как двигался вместе с полковым обозом».

А примерно 25 июня 1944 г. полк из района Борисова передислоцировался на Витебское направление, где части Красной Армии прорвали немецкую оборону. «Однако мы не успели доехать в район Витебска, а от города Лепеля вместе с другими отступающими частями немецкой армии через Литву отступили на территорию Восточной Пруссии». 20 июля 1944-го Вольпер и его сослуживцы вступили в город Ликк (ныне г. Элк в Польше?) в Восточной Пруссии, где простояли около недели, ничего не делая. А потом их перебросили в Литву, где до октября личный состав полка занимал оборону, ожидая подхода наступающих частей РККА. Когда фронт приблизился к городу Шауляю (в Литве), полк отступил без боев в Восточную Пруссию, где занял оборону. Примерно в ноябре 1944 г. взвод конной разведки немцами был…расформирован. Лейтенанта Чалого вместе с группой разведчиков перевели в украинское формирование какой-то немецкой части, а Вольпера для прохождения дальнейшей службы отправили в хозяйственное отделение 2-го батальона 45-го охранного полка. В Восточной Пруссии этот полк простоял до середины января 1945 года.

Им занялась контрразведка…

Красная Армия тем временем наступала. Полку пришлось отходить к городу Пиллау (ныне Балтийск), причем без боев, если верить Вольперу. Он сам уверял, что в пути примерно 28 января 1945 г. с группой других добровольцев немецкой армии (Подкоха, Леонтьев, Смирнов и другие) ушел из своей части и сдался в плен передовым частям 43-й армии. Позже двое из той группы оказались в Тульской области и работали на шахтах треста «Скуратовуголь» в Косогорском районе! Как объяснял чекистам Вольпер, во время отступления вермахта по территории Восточной Пруссии он осознал «бесполезность дальнейшей службы в немецкой армии» и потому с группой таких же военнослужащих немецкой армии, как он сам, ушел из подразделения 45-го охранного полка, а потом в районе Грюнвальда (ныне село в Польше?) дождался подхода красноармейцев… «Документы, свидетельствующие о моей службе в немецкой армии, я предварительно уничтожил. Однако после пленения я не скрывал, что служил в немецкой армии, тем более был пленен, будучи одетым в немецкую форму». Оружия при себе у Вольпера на тот момент уже не имелось. Он говорил, что оно было отобрано немцами при отступлении. Ефраимом Исааковичем занялись органы контрразведки 43-й армии. До 14 июня 1945 года содержался в тюрьме города Тапиау (ныне Гвардейск) в Восточной Пруссии. Шли допросы. Потом его с другими лицами, тоже сидевшими в тюрьме, отправили в Тулу, где Вольпера ждал проверочно-фильтрационный лагерь № 18. 20 июля 1945 года Ефраим Вольпер оказался в лагере № 11 «а» (или «о»?), который располагался в  Косогорском районе Тульской области. Вчерашний пособник стал работать на строительстве шахты № 6 треста «Скуратовуголь» (так продолжалось до марта 1946 года).

Фото: Сергей КИРЕЕВ – остатки шахт в Тульской области в наши дни

Награжден медалью «За храбрость»

Новые ступени его карьерной лестницы – десятник и нормировщик на строительстве шахт № 8 и № 9 треста «Тулшахтстрой» (до июля 1948-го). В июле 1948 года в числе других спецпоселенцев Вольпера отправили в Дедиловский район Тульской области, где он трудился десятником и нормировщиком на шахте № 1 треста «Тулшахтстрой». А потом за ним пришли сотрудники госбезопасности…

Следствие подозревало, что Вольпер, попав к немцам в плен, мог обучаться в специальных школах или на каких-то курсах. Его могли готовить как шпиона или как диверсанта… Но обвиняемый все это решительно отрицал. «Я конкретно виновным признаю себя в том, что, находясь на службе в действующей Советской Армии и оказавшись в плену у немцев, с ноября 1941 по январь 1945 года служил в сформированном немцами для вооруженной борьбы против советских партизан и армии так называемом 45-м охранном полку, где принял присягу на верность службы фашистской Германии, – заявил Вольпер старшему следователю следственного отдела УМГБ по Тульской области. – В 45-м охранном полку я исполнял должности писаря и переводчика роты, а также ездового различных подразделений полка. Так, находясь в дер. Кляпино Кормянского района Гомельской области с сентября 1942 по март 1943 года и выполняя там функции переводчика карательного взвода, я периодически принимал от местных предателей сообщения о появлении партизан в том или ином населенном пункте. Полученные мною сведения доносил командованию карательного взвода, в результате чего предпринимались меры к задержанию партизан. Выезжая в населенные пункты Кормянского района, я совместно с немцами участвовал в поисках и выявлении партизан. С этой целью я занимался опросом населения, преимущественно предателей, старост, через которых устанавливал местонахождение партизан. Правда, в результате моей предательской деятельности, как мне известно, в Кормянском районе задерживать партизан не приходилось». Вольпер не стал скрывать: он также как военнослужащий немецкой армии нес караульную службу по охране гарнизонов немецких подразделений, а как ездовой подвозил продовольствие и имущество для личного состава германских подразделений. За добросовестную и безупречную службу в немецкой армии Вольпера наградило германское командование медалью «За храбрость» II степени («Знак отличия для восточных народов»). «Виновным себя признаю и готов нести ответственность». Обвиняемый настаивал: непосредственно в боевых операциях (перестрелках) против партизан и частей Красной Армии он не участвовал: «А поскольку в указанных операциях участвовали подразделения, в составе которых я служил переводчиком или ездовым, следовательно, мое участие в этом также в какой-то мере выражалось».

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.