Не просто кузнец Подкоха с тульской шахты, убийца-антисоветчик Куриленко и медаль немецкого пособника Вольпера

Подготовил Сергей МИТРОФАНОВ совместно с архивом Управления ФСБ России по Тульской области

Фото: Сергей КИРЕЕВ – реконструкция событий времен Великой Отечественной войны; Сергей КИРЕЕВ – остатки одной из шахт в Тульской области, на которых после войны работали и коллаборационисты; Ефраим Вольпер – фото из архива Управления ФСБ России по Тульской области

В Тульской области после войны на шахте № 7 треста «Скуратовуголь» работал кузнецом некий Николай Подкоха, а жил он в поселке Западном Косогорского района. Фамилия не из наших мест, согласитесь. И действительно, родом этот человек был из деревни Картуша (Картушин) Стародубского района Брянской области, там же проживала и его жена Подкоха Зоя Максимовна, трудилась в колхозе. С Подкохой встретился 14 сентября 1948 года старший оперуполномоченный Косогорского РО УМГБ Тульской области, а разговор у них зашел про немецкого пособника Ефраима Вольпера.

Переводчик с винтовкой

Ефраима Исааковича свидетель Подкоха знал с 1943 года. Познакомились они, будучи в плену у немцев. Подкоха, к слову, находился в плену с 18 сентября 1941-го (по февраль 1945 г.), а служить в РККА начал с 25 июня того же года. Рядовой.

На фото: Сергей КИРЕЕВ – остатки одной из шахт в Тульской области, на которых после войны работали и коллаборационисты

ДОСЬЕ

Николай Демьянович Подкоха. Родился в 1910 году. По социальному происхождению из крестьян-середняков. Образование 4 класса. По профессии кузнец. Беспартийный, общественной и политической деятельностью не занимался. Правительственных наград не имел. Военнообязанный. Ранений, контузий не имел. В бандах, антисоветских организациях не состоял, в восстаниях не участвовал. Не судим. Взамен паспорта имел справку. Взаимоотношения с Вольпером у него были нормальные, никаких личных счетов не имелось и ссор не возникало.

Подкоха уточнил: Вольпер в немецком плену имел иную фамилию – Вольный, «так его все и знали, но почему он сменил свою фамилию, я точно не знаю». Они знали друг друга с 1943 года. Поэтому подробностей того, как Вольпер, он же Вольный, попал в плен, Подкоха не знал и на эту тему они не общались. «Мне хорошо известно, что Вольпер в 1943-1945 гг. служил в немецкой армии в 45-м регименте, или батальоне. Как владеющий немецким языком, служил в этом батальоне переводчиком, так как в этом батальоне служили русские. Кроме того, Вольпер в батальоне был ездовым, я сам служил в немецкой армии в 6-й компании, и эта компания входила в 45-й батальон», – сообщил Подкоха чекистам. Он также озвучил такие детали: Вольпер носил форму немецкого солдата, был вооружен винтовкой. Всем, кто служил в немецкой армии, платили 36 рейхсмарок, «но сколько получал немецких марок Вольпер, мне неизвестно». Подкоха добавил: он хорошо знает, что Вольпер являлся переводчиком, «но что конкретно он сделал, сказать не могу, так как я с Вольпером непосредственно не находился, он в батальоне, а я в компании». Подкоха также поведал, что 45-й немецкий батальон, в котором он служил с Вольпером, принимал участие в борьбе с партизанами и частями Красной Армии. В частности, дело было в 1943 году в районе города Карачева, что в Брянской области. «Немецкие войска вели бой с Советской Армией, а мы в это время находились в Брянске с обозом и снабжали эту часть. В 1942-1943 гг. в городе Гомеле охраняли от партизан как город, а также и железнодорожную линию, охрану несли сами немцы, а мы находились с обозом. Последнее время 45-й немецкий батальон находился в Восточной Пруссии, вел бои с Советской Армией, где нас и освободили части Советской Армии. Я лично видал, что Вольпер находился в обозе и был переводчиком, но так как я с Вольпером вместе не был, то о нем больше ничего не знаю». Впрочем, еще кое-какую деталь Подкоха все-таки припомнил, а мы о ней тоже ранее говорили. Он сказал, что Вольпер от немцев получил медаль (сам Вольпер называл эту награду медалью «За храбрость» II степени, по-другому она называется «Знак отличия для восточных народов»), но носил на груди не саму медаль, а зеленую ленточку: «За что он получил, сказать не могу, не знаю».

Коллаборационисты из «Украинской караульной роты»: приметы зла

Немного забежим вперед, раз уж снова заговорили про эту медаль. Вольпера судил 16 декабря 1948 года в закрытом (!) судебном заседании, проходившем в Туле, Военный Трибунал Московского военного округа. На суде он привел некоторые подробности своего награждения: 45-й охранный полк, в котором служил Вольпер, в 1944 году перебросили в район города Бобруйска, где он занял оборону по реке Друть. 1 апреля 1944 г. «я был немецким командованием награжден медалью «За храбрость», которая мной в 1945 году была заброшена. Медаль эту я не носил, кроме ленточки, обозначающей эту медаль».

Надо отметить, в Белоруссии у Вольпера было очень много знакомых – если точнее, то сослуживцев. И о них он сообщил следствию, потому как чекисты разыскивали коллаборационистов. Сотрудников госбезопасности интересовала любая информация о тех, кто воевал на Восточном фронте под знаменами Гитлера: фамилии, приметы, звания… Например, Вольпер знавал лейтенанта немецкой армии (и в РККА, кстати, он тоже носил это звание) Пальчиковского, примерно 1910-1912 года рождения. Уроженец Украины. Выше среднего роста, стройный, круглолицый, черноволосый, имел ранение в левую руку, из-за чего она перестала сгибаться. В 45-м охранном полку служил командиром взвода «Украинской роты», участвовал в карательных операциях против партизан в Гомельской области. После расформирования «Украинской роты» в сентябре 1942 года Пальчиковского направили в какую-то кавалерийскую сотню, вспоминал Вольпер.

Или вот, например, Александр Горский, тоже примерно 1910-1912 года рождения, в прошлом красноармеец. А в 1942-м он служил старшим группы по охране немецких объектов в г. Гомеле. Старшина немецкой армии, носил соответствующий знак различия. Ниже среднего роста, плотного телосложения, блондин, с красным лицом. Нижняя челюсть у Горского выдавалась немного вперед. После расформирования «Украинской караульной роты» Горского для прохождения дальнейшей службы перевели так же, как и Пальчиковского, в некую кавалерийскую сотню. И после этого Вольпер с этим человеком не пересекался.

Фото: Сергей КИРЕЕВ – реконструкция событий времен Великой Отечественной войны

Интересная судьба и у сослуживца Ефраима Вольпера по фамилии Черный. Звали его Владимир. Примерно 1910-1912 года рождения. До Великой Отечественной войны проживал в городе Новомосковске Днепропетровской области, где работал поваром. Бывший военнослужащий РККА. В 1942 году служил поваром в «Украинской караульной роте», потом был переведен также поваром в 12-ю немецкую роту. «По слухам, в 1943 году расстрелян немцами», – рассказывал Вольпер старшему следователю следственного отдела Управления МГБ Тульской области на допросе от 13 ноября 1948 года. Приведем попутно несколько фактов и о самом Ефраиме Вольпере. 1912 года рождения, уроженец г. Запорожье, еврей, из мещан, образование в объеме 4 курсов института, беспартийный, женат, ранее не судим, до ареста сотрудниками МГБ проживал в Дедиловском районе Тульской области и работал нормировщиком на шахте № 1 треста «Тулшахтстрой».

Показания Еввы Лосевой за 1956 год

А еще обвиняемый Вольпер припомнил старшину Кирилла Куриленко, примерно 1908-1910 года рождения. Украинец. Родом из Сумской области (предположительно). Служил в РККА, а в 1942 году он – старшина обоза «Украинской караульной роты» в Гомеле. С сентября 1942 г. до января 1943-го вместе с Вольпером находился в д. Кляпино Кормянского района Гомельской области в составе карательного взвода, продолжая быть старшим обоза. Этот Куриленко особо запомнился Вольперу тем, что убил женщину из деревни Кляпино, за что в январе 1943-го убийцу перевели в другое подразделение 45-го охранного полка. Потом Вольпер с ним не встречался. Уточнил его приметы: среднего роста, худощавый, лицо продолговатое и морщинистое, темноволосый. «Куриленко отличался особой преданностью немцам, – говорил Вольпер сотрудникам госбезопасности, – был резко антисоветски настроен, издевался над местными жителями д. Кляпино». Еще интересный момент: 26 мая 1956 года жительница деревни Кляпино Евва Фроловна Лосева (1914 г.р., член колхоза им. Карла Маркса) засвидетельствовала, что в период немецкой оккупации в 1942-1943 годах она знала Ефраима Исааковича Вольпера, который в Кляпино находился как переводчик Вольный. «Товарищ Вольпер зимой 1942-1943 гг. спас мою сестру Пашу Титовну Щербитову, 1926 года рождения, от расстрела. Наша семья как партизанская (мой зять Шевченко Николай Владимирович находился в партизанском отряде Ушева) часто привлекалась на разные работы к немцам. И вот как-то, будучи назначена старостой на работу для уборки помещения, моя сестра Паша не явилась. Явившийся за ней немецкий солдат из военнопленных Куриленко стянул ее с печи, куда она спряталась, и, избивая, погнал в комендатуру. В это время появился Вольпер, завел с Куриленко спор, а Паше велел тем временем скрыться. Позднее Куриленко застрелил жительницу нашей деревни Филоненко Варвару Петровну. Вольпер знал, что наша семья – партизанская», – так утверждала Лосева; к слову, она считалась неграмотной, поэтому за нее расписался житель Кляпино Иван Федотович Красовский, 1928 года рождения. Вот так поворот, согласитесь!

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.