Люблю Россию – поэтому изучаю язык

Андрей ЖИЗЛОВ

Фото: Геннадий ПОЛЯКОВ

– Вот вам студент. Его зовут Ваня, – говорит преподавательница. Перед нами стоит высокий и улыбчивый темнокожий парень. Он пришел сдавать зачет по фонетике и культуре речи.

Что сказано на тренировке – остается на тренировке

Это сейчас камерунец Иван Фабрис Ньянка уже не стесняется уменьшительной формы своего имени, а поначалу, как только услышал «Ваня», запротестовал:

– Нет, нет, это женское имя!

Пришлось объяснить: хоть «Ваня» и похоже на Аню, Таню и так далее, имя это самое что ни на есть мужское.

Для Ивана, выходца из экономической столицы Камеруна Дуалы, Россия – не чужая страна: здесь уже целый год живет его отец. Но русский язык по-прежнему таит для парня множество загадок.

– Когда я приехал из Камеруна, знал только «Привет» – и все. Самое сложное – это новые и длинные слова, но с ними мне помогает преподаватель, – рассказывает камерунец. – Я всегда стараюсь учить русский – на улице с друзьями, когда хожу в магазин или играю в футбол.

Кстати, о футболе. Однажды, после первой тренировки в Туле, Иван пришел на занятия и чистосердечно произнес целую тираду, состоящую из слов, которые для печати никак не годятся. Преподавателю пришлось объяснить, что не все, что говорит тренер, годится для повседневной языковой практики.

– Русский в университете и на улице очень различается, – отмечает Иван. – Иногда слышу: бабушка быстро говорит – и ничего не могу понять. Но я люблю Россию и людей, которые тут живут, поэтому и изучаю язык.

Наш большой друг

Институт русского языка как иностранного работает в ТГПУ им. Л. Н. Толстого с 2023 года. Здесь учатся парни и девушки с нескольких континентов. А объединяет их интерес к русскому языку, желание изучать его именно в нашей стране и понимание, что он поможет им в дальнейшей жизни.

Пожалуй, проще всего дается русский ребятам, что приехали из Средней Азии, из бывших союзных республик.

Алым Базаров родом из Туркменабада, многим по-прежнему известного как Чарджоу. Русский язык он изучает уже шесть месяцев.

– Мне очень нравится русская культура и Россия, – признается Алым. – Интересный город Тула. Русский учу потому, что хочу преподавать его в Туркменистане.

Особых трудностей в учебе Алым не испытывает, потому что русский язык изучал в школе. Знаком он и с нашей литературой, а среди авторов, с чьим творчеством знаком, называет Пушкина и внезапно Вознесенского – его читали на уроках.

Отлично владеет русским языком Озода Абдурахманова. Она живет в узбекистанском городе Зарафшан, ее отец узбек, а мама казашка.

– Знаю оба языка родителей и еще чуть-чуть татарский, но русский для меня родной, хочу овладеть им профессионально, знать тонкости, так чтобы можно было работать преподавателем или переводчиком, – говорит Озода. – Мой отец родился в Советском Союзе и с детства учил, что Россия – это наш большой друг.

По ее словам, так в Узбекистане считают многие, к тому же почти каждый второй говорит на русском.

Неодинаковые звуки

Китайцу Чэню Цзяхао, разумеется, приходится сложнее, чем Озоде и Алыму. Русское произношение дается ему нелегко, поэтому и диалог складывается туго: Цзяхао то и дело, не поняв вопроса, всплескивает руками, а потом протягивает телефон с включенным переводчиком. И все же…

– Мой двоюродный брат уже десять лет живет в Туле, – говорит он. – У меня много друзей в России. Здесь живет много китайцев, которые изучают русский язык. Я чуть-чуть знаю вашу литературу – Достоевского, Пушкина, чуть-чуть читал.

Что же самое сложное в нашей речи для китайского студента? По мнению Цзяхао, это звуки.

– В русском языке много звуков… – он подбирает нужное определение. – Чуть-чуть неодинаковых.

Цзяхао можно понять. В безударных слогах наши звуки редуцируются, и попробуй объясни иностранцу, почему в первом слоге слова «корова» пишется «о», а произносится «а». Впрочем, доводилось слышать от русских, изучающих китайский язык, примерно то же самое: тон произнесения гласного звука в нем определяет многое. Тогда как наше ухо разницу в тоне порой не чувствует совсем.

И все же, несмотря на различия, популярность китайского языка в России растет – а в Поднебесной все больше интересуются русским.

– Я думаю, это потому, что отношения между двумя странами становятся более тесными, интерес к культуре становится больше, – говорит Цзяхао.

«Ы» и другие трудности

Арабский на первый взгляд тоже очень далек от русского. Но Лоай Бапсис Махмуд из палестинского города Хеврон не считает наш язык трудным.

– Он не такой сложный. У нас в стране не изучают русский в школах – только английский, еще немного иврит. А вот с вашими писателями знаком – на уроках в Палестине мы проходим все литературы мира. Самый главный – это, конечно, Пушкин.

На вопрос, почему решил изучать русский, Лоай отвечает: просто понравился. Но это еще не все – по его мнению, со знанием языка легче найти работу.

– Пока не знаю, чем хотел бы заниматься, но можно было бы стать переводчиком, – говорит он.

Лоай уже проделал серьезный путь в овладении русским языком, причем с нуля.

– Когда мы приехали в Россию, вообще ничего не могли сказать и ничего не понимали, – признается он. – К тому же здесь мало кто говорит по-английски, поэтому было трудно. Сейчас, конечно, проще.

Естественно, в процессе изучения Лоай не мог не столкнуться с самыми специфичными буквами русского алфавита.

– У нас нет мягкого и твердого знаков, – рассказывает он. – Самый трудный в произношении – это звук «ы». Но самая первая трудность – это грамматика. В арабском нет такого разнообразия форм.

У многих иностранцев есть мнение, что русская речь из-за шипящих и четко произносимых согласных звучит слишком жестко. Конечно, мы поинтересовались об этом и у Лоая.

– Вообще русский язык звучит… – он на несколько секунд задумывается. – Не мягко. Но он очень красивый!